ВИКТОРИЯ
Я без всякой надежды пролистывала информацию о кредитах в ноутбуке, сидя за кухонной барной стойкой. Тишину нарушил телефонный звонок.
– Да, алло!
– Привет!
– Влад, мне сейчас некогда, давай я потом перезвоню, – протараторила я, не ожидая от него помощи.
– Я узнал, что ты завтра выходишь замуж.
– Замуж? Ты что несешь? – оторвалась я от монитора ноутбука. – Не выхожу я замуж ни за кого, – я подошла к широкому светлому окну в гостиной с видом на парк.
– Знаешь, я так и знал, что у тебя кто-то есть. Ты в последнее время часто ездила в Питер, – говорил он обвиняющим тоном, что я расценивала каким-то бредом.
Я не совсем понимала, что происходит.
– Влад, ты что такое говоришь? Вы там все с ума, что ли, сошли? – я старалась держать себя в руках, чтобы не расплакаться.
– Вика, я думаю, нам лучше расстаться, а тебе и вправду замуж за Игоря идти, у нас бы и так ничего не получилось. Не так давно я встретил другую, – признался Влад, меняя направление разговора; чувствовалось, что он хочет быстрее порвать со мной отношения, будто к его виску приставили пистолет и заставили произнести этот текст.
– Что? Ты меня бросаешь вот так? – оказалась в недоумении, к горлу подступал ком.
– Да, будь счастлива, прощай, – сухо пожелал тот.
– Влад! – выкрикнула я, но с другого конца осталось молчание. Я держала телефон у уха, отказываясь верить, что отношения окончены.
Я снова набирала его, но автоответчик каждый раз повторял «абонент недоступен». Кажется, он кинул меня в черный список. Я медленно опускала руку с зажатым телефоном, затем присела на край дивана около окна и очередной раз расплакалась. В моих ушах до сих пор звенело его «прощай». Нервно швырнула гаджет рядом, ладонями обхватила лицо и сильно разрыдалась.
– «Что сделал Покровский, раз Влад так быстро отказался от меня?» – задавала мысленный вопрос. – «Нет, Влад бы ни за что со мной так не поступил бы, я отказываюсь в это поверить!»
Я чувствовала, как яростно внутри меня все кипит. Хотелось от него потребовать объяснений. Не могла поверить, что любимый смог так поступить со мной. Сегодня ждала хотя бы капельку моральной поддержки, а он стал убийцей моего сердца, вонзающим в него холодное оружие. Во мне рождались ощущения, будто оставшаяся энергия покидала мое тело, как песок сквозь пальцы. Мне хотелось уснуть, завтра проснуться, и осознать, что это все оказалось всего лишь ночным кошмаром. Я не могла и предположить, что сегодня столкнусь с предательствами дорогих мне людей. Из всех самую глубокую рану оставил Влад… Слезно отзывалось внутри меня его имя… И я снова разревелась.
Захотелось поговорить с Катариной, но та не брала трубку. Через пару минут получила от нее сообщение, что она занята и в ближайшие пару часов заедет ко мне. Я пыталась собраться с мыслями – сходила умыться, включила чайник.
Мой телефон подал сигнал, что пришло сообщение.
На экране высветилось имя тети. От Инги пришли какие-то фотографии. Я открыла их и не поверила своим глазам: фотографии брачного договора с Игорем, где стояли все подписи, кроме моей.
– «Какого дьявола? Что происходит? Я убью Покровского!» – первые гневные мысли, которые приходили ко мне в голову.
Мне так сильно хотелось закричать, что ком в горле от горячих и горьких слез не давал этого сделать. Я чувствовала себя как на рынке шкур – меня просто продали за долги. Внутри все звенело и, кажется, даже кровь в венах стала чернеть. Предательство за предательством… Жгучая душевная боль парализовала живые клетки моей доброты и человечности.
После того как успокоилась, я перезвонила Инге.
– Тетя Инга, что происходит? Что все это значит? – не успела она еще взять трубку, как я перешла на крик.
– Вика, извини, но нам пришлось совершить этот отчаянный поступок. По-другому не получится решить этот вопрос. Покровский хочет предъявить обвинения в мошенничестве. Я не хочу иметь никаких криминальных дел. Мы тогда окончательно потеряем безупречную репутацию, что выстраивали годами. Даже без галереи ты сможешь заниматься любимым делом. Мы подписали с его отцом договор, что у того не будет претензий по картине, если ты подпишешь брачный договор с Покровским Игорем. Он будет ждать тебя завтра к десяти утра в ЗАГСе, либо послезавтра предложение уже не действует, и мы будем судиться.
– Тетя, ты сейчас серьезно?
– Вика, ты станешь его женой на три месяца, это будет ненастоящий брак, – настаивала Инга, – разве тебе трудно поставить пару подписей?
– Нет, ну вы издеваетесь! – кипела я.
– Пожалуйста, сделай это для своей семьи. Подпиши этот чертов брачный договор и приди в ЗАГС. Это всего лишь формальности, которые нас всех спасут! – она повышала интонацию в голосе.
– Всех спасут? Только не меня! – я истерично рассмеялась. – Может, ты сама пойдешь за Покровского замуж?
– Вика, хватит истерик. Приди в себя и выходи за него замуж.
– Надеюсь, вы завтра тоже приедете посмотреть на шоу, которое я устрою ему в ЗАГСе.
– Нет, мы завтра улетаем в Сочи, там тоже есть дела…
– Браво! – воскликнула я. – Бегите и не попадайтесь мне на глаза! Вы просто продали меня!
– Мне кажется, ради семьи ты должна выйти за него. Ничего ужасного в этом нет, а всего лишь деловые договоренности.
– Нет? А если я не приду, что будет?
– Вика, мы с дядей всегда выбирали для тебя все лучшее. Ты хотела учиться в Питере – ты училась там, ты хотела стажироваться в лучших галереях Европы, пожалуйста. Мы тебе во всем помогали. Может, тебе уже следует задуматься и о нас? – она продолжала говорить на повышенных тонах.
– Я не приду завтра, тетя. Лучше я буду всю жизнь им должна, чем выйду замуж за противного, гнусного, отвратительного сыночка, который людей использует как игрушки.
– Ты думаешь только о себе. А ты не подумала, чем может закончиться суд? Ты действительно считаешь, что мы выиграем это дело?
– Мы выиграем дело, – уверенно заявила ей.
– Пожалуйста, не будь так наивна. Покровский пока не увидит нас за решеткой и не получит свои деньги обратно, не успокоится. Ты же видела, что они за люди. Они живут в мире безграничной власти и больших денег.
– Я верю, что мы сможем все решить.
– Оптимальный вариант один – подписать брачный договор. Пожалуйста, поставь подпись на бумагах, и через три месяца будешь свободна, как и твоя семья, – она выдавала бесконечные аргументы, чтобы я согласилась.
– Я услышала тебя. Думаю, хватит! Спасибо за заботу обо мне, – стальным голосом оборвала наш телефонный разговор, нажав на кнопку.
Новая порция слез, и попытки успокоиться. Я неохотно взяла телефон – прочитать брачный договор, но все буквы расплывались – не понимала ни строчки, и заново вчитывалась в то же самое по несколько раз.
– Все, не могу, – я отложила смартфон.
Все мое сознание снова заняло расставание с Владом. Вот так просто позвонил и сказал, будто мы и не встречались пять лет. Подлец. Еще вчера мечтала: на днях мы планировали улететь в отпуск, и я думала, что тот сделает предложение, ну или хотя бы мы будем жить вместе. Но получила предложение от другого подлеца. Как говорится: «Бойтесь своих желаний».
Кажется, мои горькие слезы бесконечны.
– «Вика, соберись, надо что-то делать», – подбадривала саму себя.
Я все-таки налила себе успокоительный чай и хотела устроиться на диване, как раздался звонок в дверь. Я подумала, что Катарина, и открыла ее по инерции. Там стоял он. Мерзкий. Неприятный. Гнусный.
– Я не хочу тебя видеть. Зачем ты пришел? – выпалила злостно и резко на него, что внутри меня зазвенело.
Игорь бесцеремонно переступил порог и закрыл за собой дверь.
– Нам надо с тобой поговорить, – серьезно заявил он.
– Мы вроде с тобой все обсудили, – сбавила свой пыл.
– Не все. Ты разве не прочитала мою записку утром?
– Удивлена, как у тебя хватает наглости, – сложила руки впереди. – Плевать мне на твои записки. Я знаю, что ты сделал. Это ты что-то наговорил Владу, аж он позвонил и сказал, что мы расстаемся. Это все ты, – мой голос уже дрожал и все переходило в новую истерику, – это все ты, ты, ты! – я не сдержалась и начала бить его кулаками по груди, с каждым ударом все слабее. – Что ты ему сказал? – сквозь слезы еле вымолвила я. – Что? – беззвучно двигала я губами.
– Успокойся, – он обхватил мои плечи руками и посмотрел на меня.
– Как я могу успокоиться, если человек, которого я люблю, расстался со мной, потому что ты рассказал ему какую-то очередную ложь? Я ненавижу тебя, убирайся из моей квартиры! – вырвалась я, взмахнула правой рукой и указала на дверь.
– Никакой лжи не говорил ему, я предложил денег, – его выражение лица сменилось с сочувственного на высокомерное. – А человек, которого ты любишь, начал еще торговаться за тебя.
– Этого не может быть… Ты все врешь.
– Хочешь узнать, сколько ты стоишь по его мнению? – спросил с циничной интонацией.
– Ты все лжешь! – Я не верила ушам, что Влад взял деньги за наше расставание.
– Два миллиона рублей.
– Это неправда, я не хочу с тобой говорить, не хочу! Выметайся! Ты еще хочешь разговаривать после того, что сделал?! – я снова ударяла кулаками в его грудь.
– Успокойся, Вика, – я наклонила голову и потихоньку опускалась на пол, потому что ноги становились ватными. Я сидела на коленях, согнувшись, и закрыла ладонями свое покрасневшее лицо от очередных обжигающих слез.
Игорь опустился ко мне, разблокировал телефон.
– Это транзакция на его счет, посмотри данные, – обратился ко мне.
Я медленно приподняла голову, чувствуя, как мои глаза распухли от слез, и шмыгала носом. Я в недоумении перевела взгляд с экрана на него, потому что он говорил правду, и от этого стало еще хуже. Я снова обхватила лицо ладонями и продолжила рыдать. Игорь сунул гаджет в карман и, стоя на коленях, обхватил руками мою голову и прижал к груди.
– Успокойся, я понимаю, у тебя сегодня был тяжелый день, – сладким, низким и бархатистым баритоном произнес тот. Он гладил меня по светлым волосам некоторое время.
Я молча поднялась с пола, он тоже, затем убрал руки и отступил на шаг назад. Его белая футболка намокла от слез.
Я прошла в ванную, открыла кран, поднесла ладони к воде, чтобы умыться.
Прохладная вода полилась в слив, я посмотрела в зеркало над раковиной.
– Все, Вика, соберись! – не знаю сколько раз уже повторяла себе. – Он прав: нам надо поговорить без эмоций, а то он не уберется из моей квартиры.
Я до сих пор ощущала невидимый аромат его шикарного и притягивающего парфюма, который, кажется, сводил меня с ума, как и в прошлый раз. Я снова поднесла к лицу воду в ладонях и умылась, чтобы развеять нахлынувшие воспоминания.
Через десять минут вернулась в прихожую.
– Говори, что хотел.
– Может, пригласишь меня к себе?
Я безмолвно прошла на кухню, которая сливалась с гостиной. Он скинул ботинки и прошел следом. У меня уже не было сил с ним спорить или ругаться.
Я села за барную стойку, закрыла ноутбук. Он расположился напротив.
– Тебе Инга прислала документы?
– Да, я видела их. То, что она их подписала, не значит, что и я подпишу, – не изменяла я своего мнения. – Можешь жениться на моей тетушке, – добавила иронично.
– Очень смешно, – в том же стиле ответил он. – Сколько миллионов одобрили в банке? Закрыть долг хватит? – надменно улыбнулся тот и откинулся на спинку стула.
– Не твое дело.
– Самое разумное, что тебе предлагаю – это фиктивный брак на три месяца, все ваши обязательства перед моим отцом будут закрыты.
– Разумное, – подчеркнула я. – Действительно, да. Какая у тебя выгода?
– Я верну свою компанию.
– Если не соглашусь?
– Тебе придется столкнуться с гневом не только отца, но и моим. Мы можем договориться, – настаивал он.
– Я не соглашусь. Не хочу быть втянутой ни в какие игры.
– Тогда я буду разрушать твою жизнь каждый день, – ядовито процедил он. – Я привык добиваться своего.
– Она и без тебя уже разрушена, посмотри на меня. Я разбита, – натянула наигранную улыбку.
– Но у тебя осталось последнее.
– Что у меня осталось?
– Твоя свобода и репутация как отличного арт-дилера и искусствоведа, но если что мой отец подаст в суд и даст интервью о том, как вы поступили с ним. Подумай. С тобой, считаешь, после этого будет кто-то работать? – пытался он давить на мой разум.
– То есть твой отец сможет так поступить?
– Да, он всю свою жизнь испытывает особую любовь к искусству, ведь такая ошибка непростительна. Ты мне не хочешь помочь вернуть свое? Тогда я помогу папе уничтожить то, чем любишь заниматься ты. Думаю, ты должна понять, каково это – остаться без того, над чем ты трудился долгие годы.
– Тогда уничтожь до конца. Давай, – произнесла с нотами ненависти, побуждая его к действиям.
– Вика, подумай еще раз. Завтра жду тебя к десяти в ЗАГСе, последний раз тебя предупреждаю по-хорошему, потом будут последствия, – сдержанно договорил он.
– Уходи! – закричала я.
– Можешь меня не провожать.
Я услышала голос Катарины.
– Игорь? – удивилась та.
Он молча покинул квартиру, а подруга прошла в гостиную.
– Девочка моя, привет! Что случилось у вас? – она подошла ближе, и мы обнялись.
– Игорь ждет меня завтра на нашу свадьбу.
– Что? – она резко ослабила объятия и вопросительно посмотрела на меня.
– Да, ты не ослышалась.
– С чего это вдруг?
Мы присели на диван. Я рассказала подруге во всех красках, что случилось.
– Ты ведь Игоря давно знаешь? Думаешь, он зайдет так далеко?
– Ну, как знаю, наслышана о нем от других. Мой отец представлял его в суде по одному делу, касающемуся компании. Знаю, любит выходить победителем, поэтому думаю, что он не остановится, и то, что он обещал – сделает. Жестокий. Грубый. Строгий.
– И что ты думаешь об этом всем? – хотелось узнать ее мнение.
– Решать тебе, но, предполагаю, что в суд они точно обратятся.
– Может, красного вина? – хотелось переключиться.
– С радостью, но я за рулем, еду с работы. Мне еще нужно заехать к Матвею, увидеться с Русланом, и поеду домой разгребать работу.
– Как у вас с ним?
– У нас пламя, которое мы тушим и потушить никак не можем, – хихикнула та.
– Очень рада за тебя, – искренне улыбнулась я, а у подруги зазвонил телефон.
– Спасибо, я поехала, – на секунду оторвалась она, прикрыв ладонью динамик на телефоне.
– Хорошо, что ты заехала, – приобняла ее и проводила.
И я снова осталась одна наедине со своими мыслями. Отчаяние. За один день рухнула вся моя жизнь. Всю ночь не могла уснуть, ходила из угла в угол – не знала, как поступить правильно и найти верное решение. Очень хотелось прижаться к Владу, и у меня глаза наполнились соленой жидкостью. Он оказался из того ряда проходимцев, которого купили. Было больно осознавать, что наши чувства оказались утопическими иллюзиями. От этих мыслей стало настолько противно…
Только в четыре утра удалось немного поспать, но уже в семь меня разбудил будильник. Я сходила в душ, сделала крепкий черный кофе, и вжалась в диван, обхватив белую кружку руками, как будто мне не хватало тепла. Я закрыла глаза, вдыхая ароматный запах напитка, и почувствовала, как заныли мои раны от вчерашних предательств. Как я могла не замечать этого и носить розовые очки? Даже не предполагала, что они так посмеют поступить со мной. Продать. Растоптать. Обмануть.
Но с этого дня вы увидите другую сторону Виктории Пановой.
Телефонный звонок вывел меня из мыслительного процесса. Я, не торопясь, открыла глаза. Кажется, я догадывалась, кому нужна уже с раннего утра.
– Алло! – я взяла неизвестный номер.
– Доброе утро! – услышала его спокойный низкий баритон.
– Это кто? – хотя поняла, что Игорь.
– Твой будущий муж.
– Я чувствую по твоему голосу, что тебе это все нравится!
– Более чем.
– Бесишь меня, – произнесла я немного раздраженно.
– Внизу тебя уже ждет машина с водителем. И не забудь собрать чемодан, после заключения брака мы поедем ко мне.
– Я не приду.
– Что ты? – не ожидал он услышать от меня.
– Я не приду, – повторила и повысила голос.
– Жду до десяти утра, или отдел по связям с общественностью будет готовить пресс-релизы, а юристы – документы в суд, – грубо напомнил он.
– Ты будешь вариться в бурлящем котле, наполненном ненавистью до краев!
– Звучит многообещающе, – посмеялся он и положил трубку.
Еще пять минут мне потребовалось, чтобы прийти в себя после разговора с ним.
– Вика, хватит, – говорила я себе. – Я смогу пережить эти несколько месяцев, если он еще раньше не потребует развода.
Я сделала последний глоток кофе. Собрала чемодан, нанесла макияж – черные стрелки на глазах и красная помада, уложила волосы в голливудские волнистые локоны и надела черное длинное платье с рукавами, открытым декольте и высоким вырезом, что при походке оголяло одну часть ноги до бедра, и туфли-лодочки.
Накинула длинное пальто и надела темные очки. Да, будет тебе свадьба…