ИГОРЬ
В своей спальне позвонил и заказал ужин. В гардеробной выдвинул небольшой пустой ящик в шкафу и закинул туда стринги Вики, и слегка улыбнулся, подумав, какая же она бывает ненормальная, но ее безумие даже как-то заводило меня. Ее зеленые глаза… Впервые встречаю девушку с таким же редким цветом, как и у меня.
Но она точно не такая, как все. Когда я соприкасался с ней, то чувствовал, как по моему телу шли вибрации, словно я – зеркальное озеро, в которое кинули плоский камень, и теперь круги расходились по водной глади.
Я закрыл ящик, решив прервать свои мысли о ней. Повесил пальто на вешалку и убрал в шкаф, снял костюм и рубашку, после отложил на пуф прямоугольной формы, оббитый черным бархатом. Накинул халат и ушел в душ.
Вода стекала по мне. Как только я закрывал веки, чтобы снять напряжение, возникали ее глаза – сияющие, как изумруды, наполненные жизненным блеском; образ, силуэт в облегающем черном платье. Вспомнилось, что в моей машине Вика ехала без трусиков – и я почувствовал легкое возбуждение.
– «Игорь, все», – останавливал себя, – «хватит, приходи в себя», – я выключил воду и вышел из душа.
Я переоделся в спортивные штаны серого цвета и белую футболку, забрал наш ужин у курьера. Раскрыл пакет и достал оттуда коробки с едой.
Не успел я разложить контейнеры, как посыпались сообщения с поздравлениями со свадьбой. Я открыл новости и после соцсети – повсюду мелькали наши фотографии и видео с Викой, как мы выходим из ЗАГСа. На глаза попались заголовки: «Быть Покровской – траур? Почему невеста на свадьбе в черном платье?»
Телефон стал бесконечно звонить, и я отключил его. Вика появилась в гостиной. Она выглядела прекрасно, как и всегда; на ней была пижама в нежно-розовую полоску от Victoria's Secret.
– Мой телефон просто разрывается от звонков, – недовольно кинула она.
– Я вырубил его.
Я достал последние коробки с салатами, бумажный пакет кинул на столешницу сбоку, достал круглые плоские белые тарелки, золотые столовые приборы и положил на салфетки на столе.
– Выбирай, что будешь.
– Ты всегда так ужинаешь?
– Последнее время да, – переложил салат с аргентинской креветкой и рукколой в тарелку.
– Я думала, у тебя есть повар, – она присела за стол и открыла стейк из лосося с салатом «романо» и соусом «пардмеджано».
– Нет, я редко появляюсь дома, – я приступил к еде.
– Ты много заказал, – оценивающе произнесла та.
– Не знал, что ты будешь.
– Ты мог бы спросить.
– В следующий раз.
– Белое вино есть? – заулыбалась она.
– Вино? – удивился и чуть не подавился листом салата.
Я открыл мини-бар и взял оттуда Terre Alte Rosazzo от Livio Felluga, подошел к столешнице, вытащил из выдвижного ящика штопор, который автоматически открыл бутылку. С полки достал два бокала, поставил один перед Викой, второй – себе, и наполнил их вином.
– Спасибо, – она слегка кивнула.
– Отметим, что быть Покровской – это траур, – процитировал я заголовок из статьи и сделал глоток.
– Для меня – да, – съязвила Вика и тоже выпила немного вина.
– Любая хочет оказаться на твоем месте, – приподнял уголок губ.
– А я не любая, и не надо меня приравнивать к группе твоих верных фанаток, я не из их числа. Я думаю, они просто не знают тебя, – она привстала и потянулась через стол к моему краю, чтобы взять салат с камчатским крабом, страчателлой и ореховым кремом.
– И какой я? – поинтересовался, взглянув на нее.
– Грубый, черствый, хладнокровный, – она презрительно посмотрела на меня сверху, взяла еду и вернулась на место.
– Спасибо за комплименты, хорошо, что ты это уяснила для себя, и поэтому впредь будешь послушной девочкой, – я строго смотрел прямо на нее.
– Я не буду слушать тебя, и свои приказы оставь при себе, – она сделала еще глоток вина.
– Завтра ответственный день, надеюсь, ты будешь вести себя хорошо.
– Ты переживаешь, что я снова приду в черном платье? – ухмыльнулась она.
– Хватит, я и так терпелив к тебе.
Вика снова начинала разгонять градус нашего диалога.
– Этот день должен был быть счастливым и не с тобой, – она злилась сама и распаляла меня.
– С Владом что ли? С парнем, которого настолько легко купить, – цинично напомнил ей.
– Я решила, что больше никого не хочу любить, – она резко встала из-за стола, прихватив с собой бокал и бутылку вина. – Хорошего вечера!
Остаток ужина провел в тишине. После я прошел на террасу и расположился на диване. Решил разблокировать телефон и ответить на некоторые сообщения с поздравлениями. Вытащил с нижней полки столика и надел наушники, негромко включил «37 Stitches», и просто любовался городом, утопающим в ночных огнях. Я до сих пор не мог поверить, что выполнил почти все условия пари за пару дней. Давно не чувствовал себя таким живым, как сейчас.
До сих пор не мог осознать, что теперь в квартире я не один, и у меня есть своенравная жена. Я недооценил эту девушку, придется с ней изрядно повозиться, чтобы нам оказаться в постели. Но это даже интересно, трудности меня не пугают, а наоборот – заводят. В конечном счете я уверен, что мы отлично повеселимся одной прекрасной ночью. Главное, чтобы завтра свадебная церемония прошла успешно.
В голове всплыла ее фраза: «Больше никого не хочу любить».
Отлично, я тоже не планирую никого любить, кроме себя. Я рад, что она быстро очухалась после расставания с ее меркантильным парнем-идиотом.
– «Все, хватит о ней», – прозвучал внутренний голос.
Я прикрыл глаза, чтобы разогнать мысли… А проснулся рано утром, обнаружив, что укрыт пледом. Наушники и телефон лежали на столике рядом. Не успел я открыть глаза, как в мое сознание снова ворвалось ее имя – той, что позаботилась обо мне. Затем вспомнив, какой сегодня предстоит сумасшедший день, мое тело потяжелело, я отказывался вставать с дивана.
Морально устал от последних событий, произошедших в моей жизни. Мне хотелось, чтобы эта девушка больше не тревожила мысли, и она тихо сидела в своей комнате, не создавая никаких проблем. Было бы идеально.
Но она совершенно другая, и, надеюсь, Вика сегодня наденет белое платье и ничего не натворит на торжестве.