Наживка
Улучив удобный момент, Азеф усадил Женечку на тот самый кожаный диван, на котором дрых позавчера. Согласно инструкциям Житловского и по велению сердца, время от времени целовал ее хорошо ухоженные руки с чистыми и прозрачными, словно фарфоровыми, пальцами и говорил:
– Мы непременно свергнем проклятый царизм, не сомневайтесь, Евгения Александровна.
Женечка согласно кивала и деловито говорила:
– У нашей группы большие планы. Я затеваю демократический журнал «Общедоступный техник», а вы, как специалист, могли бы вести раздел и помогать советами. И вообще, журнал, прикрываясь пропагандой технических знаний, будет проводить плехановские и марксистские идеи.
Азеф понимающе заверил:
– Я ваш сотрудник – навек! Даже готов стать членом вашего кружка, пусть мне грозят каторга и кандальный звон.
Женечка не поняла двусмысленности слов и воскликнула:
– Я благодарю вас!..
– Не за что, это мой гражданский долг! Если мы не жалеем себя, нравственно ли другим жалеть для революции деньги? Нет, это стыдно и даже позорно. Право, на очах моих навертываются большие слезы.
Немчинова простодушно проговорилась:
– Но я Аргунову уже дала приличную сумму…
Азеф хитро прищурил глаз:
– Это на закупку динамита?
– Нет, – замялась. – Вы никому не скажете? Деньги пошли на типографию, которую недавно поставили в Финляндии.
У Азефа заколотилось сердце так, словно он на удочку подцепил золотую рыбку. Он моментально нашелся:
– Эх, ваши деньги пропали, они ничего путного там не напечатали…
Женечка замахала руками:
– Вовсе нет! Разве вы не видели два первых номера «Революционной России»? Я могу дать вам, только найти надо, куда-то засунула…
– А как насчет пожертвования?
Женечка, смущаясь, спросила:
– Иван Николаевич, сколько вам надо для революции?
Азеф в очередной раз прильнул с поцелуем к руке Женечки и страстно проговорил:
– Революция в России – мероприятие дорогостоящее. Здесь скупиться нельзя, ибо отдача будет безмерная – свобода и равноправие.
– Ах, скорей бы! Я задыхаюсь от самодержавной деспотии.
– Не только вы, Женечка, все передовые люди задыхаются! Пожертвуйте на свержение сколько не жалко! Тем более что теперь деньги для наших заграничных товарищей будут идти через меня.
– Я знаю, мне Житловский писал об этом.
– Деньги нужны срочно, иначе безвозвратно пострадает дело революции.
– Я уже приготовила для вас.
Она на минуту вышла в соседнюю комнату и вернулась с плотной тяжелой пачкой, сказала:
– Тут две тысячи.
У Азефа от волнения пересохло в гортани. Он прижал палец к губам:
– Тсс! – Оглянулся, зачем-то заглянул за шторы и громко прошептал: – Уже готовится очередной номер газеты «Революционная Россия». Можете, Женечка, принять участие или статьями, или деньгами.