Сонеты

Сонет XCIV

They that have power to hurt and will do none,
That do not do the thing they most do show,
Who, moving others, are themselves as stone,
Unmoved, cold, and to temptation slow;
They rightly do inherit heaven's graces
And husband nature's riches from expense;
They are the lords and owners of their faces,
Others but stewards of their excellence.
The summer's flower is to the summer sweet,
Though to itself it only live and die,
But if that flower with base infection meet,
The basest weed outbraves his dignity:
   For sweetest things turn sourest by their deeds;
   Lilies that fester smell far worse than weeds.

Кто властен делать зло, в ком есть к нему
стремленье
И кто порыв к нему способен заглушить,
Чья воля –  сталь, пред кем бессильно
искушенье –
Все милости небес тот вправе получить.
Он многоценными дарами обладает,
Не расточая их. Он сам свой властелин,
Не слабый раб страстей. Живет и умирает
Лишь для себя цветок –  и все ж он перл долин.
Но чуть подкрадется к нему недуг нежданный –
И плевел кажется свежее, чем цветок.
Роняет красота венец свой златотканный,
Чуть прикоснется к ней предательски порок.
И роза пышная и лилия лесная
Красу и аромат теряют, увядая.

Перевод Ф.А. Червинского

Кто может вред нанесть, но все же не вредит,
Не делает того, о чем лишь говорит,
Кто, возбудив других, холодным остается,
И на соблазн нейдет, и злу не поддается –
В наследство тот берет небесные красы
И не кладет даров природы на весы:
Он внешности своей хозяин и властитель,
Тогда как в большинстве всяк лишь ее хранитель.
Нам мил цветок полей лишь летнею порой,
Хотя он для себя цветет и увядает;
Но вот червяк к нему под венчик заползает –
И сорной вскоре он становится травой.
И лучшему легко в дурное превратиться,
И лилия, завяв, навозом становится.

Перевод Н.В. Гербеля

Кто в силах повредить, но не вредит,
Не делает того, чем угрожает,
Влияя на других, сам как гранит
Незыблем, тверд, соблазны побеждает, –
По праву тот наследует блага,
Возделывает их, не расточая,
Как властелин, разумно умножая,
Когда другие стражи лишь добра.
Весенний цвет наряден для весны,
Сам по себе он лишь живет и вянет,
И если вдруг он зараженным станет,
То хуже он негоднейшей травы.
   Так красота от скверны и обмана
   Как сгнивший цвет – зловоннее бурьяна…

Перевод М.И. Чайковского