Оглавление
- Последний социологический роман Александра Зиновьева
- Совок
- Мое социальное положение
- Крах советской системы ценностей
- Наша личная судьба
- Почему?
- Мой дом
- Наш микрорайон
- Прошлое и настоящее
- Зримые черты будущего и пережитки прошлого
- Зримые черты посткоммунизма
- Мои собеседники
- Признание Критика
- Зримые черты западнизма
- Приватизация
- Сын
- Зримые черты западнизма
- Самоубийство народа
- Дома
- Депрессия
- Идейное опустошение
- Проблема будущего
- Понятие будущего
- Устремленность во времени
- Пережитки коммунизма
- Знать и понимать
- Кто виноват
- Зримые черты посткоммунизма
- Мнение Критика
- Русский коммунизм
- Коммунизм идеологический и реальный
- Русская революция
- Эволюция коммунизма
- Новая проблема
- Жена
- Великий соблазн
- Одержимость
- Эволюционный перелом
- Быт
- Пережитки коммунизма
- Конец ознакомительного фрагмента
Быт
Все, что нужно для жизни, теперь имеется в изобилии («как при полном коммунизме»), кроме одного – денег. Конечно, у многих денег достаточно. У многих – сверхдостаточно. Денег нет у большинства. Мы свели свои траты к минимуму. Донашиваем старые вещи. Но так или иначе вынуждаемся на чрезвычайные траты, которые нам не по карману. Стали стремительно портиться зубы. Раньше зубная техника была плохой сравнительно с Западом, но дешевая или вообще бесплатная. И этого было достаточно по нашим меркам. Теперь реклама надрывается, пропагандируя достижения мировой зубной медицины и техники, якобы общедоступные в Москве. Но сколько это стоит! Я было сунулся в частную клинику. Оказалось, чтобы привести в порядок один зуб, нужно заплатить в два раза больше, чем моя месячная пенсия. А в «старорежимной» клинике очередь. И все равно теперь надо приплачивать и давать взятки. А для женщин вообще теперь нужно иметь состояние, чтобы держать себя хотя бы на минимальном уровне современных бытовых требований. Жена раньше тщательно следила за собой, выглядела элегантно с точки зрения критериев тех лет и моложе своего возраста. Теперь она махнула на все рукой и стала стремительно стареть. Я от этого не стал любить ее меньше, наоборот. Но мне мучительно жаль ее. Видеть, что происходит с ней, и чувствовать свое бессилие помочь ей – это для меня тяжелее, чем видеть деградацию всей страны. И я решил искать работу в частном секторе. Любую, лишь бы мне по силам и лишь бы платили. Случайно коснулся этой темы в разговоре с Защитником. Он обещал помочь устроиться в частное учебное заведение или хотя бы давать частные уроки детям «новых русских».