3
С этого дня с Максимом что-то случилось. Целыми днями он бродил по Поселку с блокнотом и ручкой, исследовал Камни в Заливе и Слюдяной бухте, доски, из которых сложен причал, даже в Центр пробрался и ходил там с лупой.
– Что он ищет? – спрашивали все.
– Шуршунчиков, – всерьез отвечали мы с Роськой.
Взрослые в ответ ухмылялись или качали головой.
Я тоже не очень-то верил в эту затею. Но вот настал день, когда Максим, запинаясь и смущаясь, поведал нам тайну шуршунчиков. Едва дослушав до конца, мы помчались к Веронике.
– Подождите, подождите, так вы утверждаете…
– Максим утверждает.
– Ах, Максим! – Вероника стала мерить большими шагами комнату. – Итак, Максим, ты считаешь, что этот шуршащий звук издают… животные?
– Да. Обыкновенные млекопитающие.
– Они такие маленькие, что мы их не видим, а только слышим? – предположила Вероника, подняв черные широкие брови. – Что-то вроде микробов? Млекопитающие микробы?
Максим густо покраснел и уставился в окно. Да, не научился он еще разговаривать со своей «невозможной» тетушкой.
– Вероника! Дай ты человеку сказать! Никогда до конца не дослушаешь, что за манера…
– Листик, без нотаций, будь добр. Извини, Максим, продолжай.
– Ну… вот, – глаза Максима потеплели, а я перевел дыхание. – Я долго за этим звуком наблюдал и понял: существа, которые шуршат, они… они невидимые…
– Ну и Максим!.. Ну-ну, продолжай! – сверкнула на меня прекрасными глазами Вероника.
– Чего тут продолжать? – удивился Максим. – Шуршуны невидимые, и это у них так инстинкт самосохранения работает. Наверное. Я еще не понял. Но я их видел. Когда все спокойно, они…
– Стоп! Идем! – Вероника схватила Максима за руку и потащила из комнаты.
– Куда вы?! – крикнула Роська.
Но Вероника не удостоила ее ответом. Мы переглянулись и бросились к окну. Через минуту на дорожке, ведущей к Центру, показались Красивая и Невозможная Вероника и Максим, который ей что-то втолковывал.
– Кажется, она наконец-то сообразила, что он гений, – сказала Роська.
