Сцена 2
Даня и Никто в кафе, перед Даней мясо с ананасами.
– Вообще, знаешь, – рассуждает Даня, цепляя ананас вилкой, – иногда приходишь на выставку, а там все толпятся у картин с красивыми девушками. Как бы это красиво, а значит, это и есть искусство.
– Э-эй. Но это тоже искусство.
Никто наблюдает, как сахар растворяется в прозрачной чашке с зеленым чаем.
– Может, расскажешь уже, как тебя зовут? – спрашивает Даня. – И как ты меня нашла? А главное, зачем?
– Ну что за глупые вопросы! Какая разница, как меня зовут. Это вообще ничего о человеке не говорит, назвали и назвали. Лучше я портрет моего папы покажу. Сама нарисовала.
Никто роется в своем телефоне.
– Он сейчас в Казахстане.
– А что он там забыл?
– Он занимается буровыми установками для добычи нефти. Его постоянно посылают из одной страны в другую.
– Богатый, наверное? Раз при нефти.
– Да-а-а-а-а-а, не знаю. Слушай, вот ты мне объясни: почему твоя мама взяла всех этих детей?
– Ну… ей всех жалко, так всегда было. И она всегда хотела, чтобы детей было много. Сначала были мы с Леей, мама взяла Ромку. Потом мы вроде как подросли, родилась Яна, у мамы снова материнский инстинкт обострился, она начала смотреть все эти базы с детдомовскими детьми, сначала на Шуру запала, потом на Лешу. Мне кажется, мама как-то иначе себе все это представляла, куда более возвышенно – на деле ор, мат, драки… Не знаю… Теперь еще и эта жуткая Оксана с нами, чернуха какая-то…
– «Место занял таракан, мухи возроптали, полон очень наш стакан, к Юпитеру закричали», – цитирует Никто.
– Типа того.
– Даня, слушай, да это же круто! За нами вообще не следили в детстве. А ваша мама всех любит, обо всех заботится. У нее ко всем свой подход. Я сама видела!
– За «вами»?
Никто прижимает руку ко рту и переводит взгляд в Данину тарелку.
– А я не ем мясо. И ананасы. Так. Портрет папы хотела показать.
Никто открывает в телефоне выполненный в реалистической манере портрет серьезного человека с тяжелым взглядом и бритой головой.
– Интересно, – говорит Даня. – Правда интересно. Я не разбираюсь вообще в живописи, но мне нравится.
– А в чем разбираешься?
– В кино. Я же хочу быть сценаристом.
– И как?
– Да вот уже третий год пытаюсь во ВГИК поступить. Первый тур, где нужно показать свои тексты, я прохожу, а второй, там пишут этюды по пословицам, нет. Сейчас вот опять тренируюсь.
– Как тренируешься?
– Пишу как заведенный эти самые этюды!
Даня открывает в телефоне файл.
– Вот, например, пословица про наших детей.
Даня возвращается к мясу с ананасами, Никто пьет свой чай и с любопытством читает.
В тихом омуте черти водятся
Чертик сидит в омуте, ест головастиков и смотрит на небо.
Видит девушку на поверхности. Она соскальзывает и падает в омут. Чертик хватает девушку и вытаскивает ее на сушу. Солнце обжигает чертика, и он ныряет обратно.
Девушка приходит в себя, оглядывается. Смотрит в омут. Чертик прячется от нее. Девушка уходит.
На следующий день девушка возвращается и бросает в омут бутылку. На бумажке внутри написано: «Спасибо, ты спас меня! Кто ты?» Чертик задумчиво осматривает бумажку и проглатывает ее вместе с бутылкой.
Девушка бросает в омут рыбные котлеты. Чертик ест.
Девушка снимает сандалию и погружает ступню в воду. Чертик подплывает к дрожащему пальцу и смотрит на него.
Девушка садится на берегу и опускает ноги до колен. Чертик плавает вокруг них.
Девушка вынимает чертика из омута. Он кричит, выворачивается и падает обратно весь в ожогах. Девушка уходит.
Девушка приходит снова и погружает в омут голову. Чертик подплывает к ней. Девушка руками прижимает его к себе, целует и ныряет к нему.
Чертик целует ее в ответ. Они обнимаются под водой. Чертик снимает лямки платья с ее плеч и случайно касается цепочки с крестиком. Умирает.
Никто всхлипывает:
– Балдёж.
– Спасибо! Я стараюсь. Надеюсь, что если я заранее напишу что-то по разным пословицам, то, может, одна из них и выпадет… В любом случае потренируюсь.
– Я думаю, ты не можешь не поступить.
– Какое там, уже два раза завалил. Мой папа мог бы помочь, но я не хочу к нему обращаться. Вроде как это нечестно.
– Покажи что-нибудь его, – говорит Никто.
– Хорошо, можем у меня посмотреть… наверно… если придешь.
– Ну пригласи, – говорит Никто и почесывает подбородок.
Даня и Никто смотрят в окно кафе на проходящих мимо людей. Начинается дождь.