Сцена 15
Все перемещаются на кухню. Лея шьет платье у окна. Она обнимает и целует Яну.
– Хай, дэди! – говорит Лея Марку.
Марк уныло смотрит на стол. На столе двухлитровый пакет сока, корзинка со сладостями.
Яна наливает себе стакан сока. Марк отбирает у нее стакан, выливает половину в раковину, разбавляет остаток водой.
– Хотя бы так, – говорит он.
Яна послушно пьет.
Лея тянется к пакету сока и наливает себе полстакана.
– Лея, я разбавлю твой сок? – предлагает Марк.
– Зачем? И так одна вода.
– Там много сахара.
– Я сегодня ничего сладкого не ела.
– М-м. Да?
Марк вздыхает, наливает сок себе, разбавляет его водой.
– Окей. Ну ладно. Что с тобой делать. А я себе разбавлю водой. Не люблю сладкое.
Марк вздыхает и садится обратно за стол.
– Бери пример с Яны, – говорит Марк. Лея закатывает глаза и продолжает вязать.
Марк оглядывает кухню.
– Ну хоть убрались, в кои-то веки.
– Это я тут везде убралася, – гордо говорит Оксана. – А то у вас такой срач был тут! Нянечки в Иркутске, когда ну… беспорядок, говорили: «Ай-ай-ай! А ну-ка, ребятишки, быстро уже убирать все!»
– Молодец, – мрачно говорит Марк.
Оксана обнимает Марка.
– Папусик! – говорит Оксана.
– Кать, слушай, а я теперь вообще не участвую, да? В этих удочерениях?
Мама нервно улыбается.
– Ну… я надеялась, что ты меня поймешь.
– М-м. Я тут прописан, между прочим. Вроде как ты должна была получить мое согласие?
– Опеке нужно согласие тех, кто живет в квартире. А ты с нами не живешь. И мы в разводе.
Марк наливает себе полный стакан сока и нервно его заглатывает.
– Просто, Кать, нужно, чтобы у каждого человека было определенное количество пространства. Своего пространства.
– Да. И мы еще не достигли формального ограничения.
Марк машет рукой.
– То есть ты можешь еще взять. Двух, трех, дюжину. Надо всех к себе домой взять, в детдоме же плохо. А ты еще не достигла формального ограничения.
– Ну, я в любом случае больше не потяну.
– Да, и нас с Шурой уже уплотнять некуда, – говорит Лея.
– Ты уже говорила, что Рома твой последний ребенок, – говорит Марк. – А потом родилась Яна, ты взяла Шуру, Лешу…
– Ну и отлично!
– Отлично! Но, видимо, мало. Теперь с нами еще и Оксана. Потому что в детдоме детям не хватает внимания, а твое внимание, надо полагать, безгранично.
– Вовсе нет! – отвечает мама. – Но да, мне всех жалко, хочется как-то помочь.
– Помочь новым детям за счет старых, – говорит Марк. – Про себя я уже не говорю, меня вообще ни о чем не спрашивают.
– Мам, можно я возьму конфетку и поиграю в планшет? – вмешивается Яна.
Марк болезненно морщится. Заглатывает еще один стакан сока.
– Опять конфеты. Опять сок. Опять планшет, – говорит Марк. – Не успели приехать – опять все то же самое.
– Ну, конфеты и сок у нас в честь вашего прибытия, – оправдывается мама. – А планшет я им даю нечасто и ненадолго. Детям же хочется поиграть, их друзьям разрешают, они завидуют.
– Я тебе пришлю статистику, что происходит с мозгом детей, когда они сидят в планшете.
Заглатывает еще один стакан сока.
– Пап, ты весь сок выпил! – говорит Яна.
– Яна, не надо делать замечания взрослым! – отвечает Марк. – Это что такое?!
– Мама, можно планшетик? – снова спрашивает Яна.
– Кать, – раздраженно говорит Марк. – Лучше бы вы с ней вместо планшетика читали.
– Мы и так читаем каждый вечер, – устало отвечает мама.
– Вот мы, например, на каникулах читали и ставили по мотивам прочитанного спектакли. Яна играла Герду и Гретель. Помнишь Дину Рубцову? Дочку моей подруги Ани? Мы встречались в Париже, ей всего четыре года, а она уже знает наизусть сказки Пушкина.
– Слушай, ну понятно, что вызубрить можно что угодно, – отвечает мама.
– Дина все понимает. Просто у них нет планшета, и ребенок вынужден развиваться. А у нас есть планшет – и развиваться уже необязательно. Можно просто тыкать на кнопочки.
Оксана издает неприятные ритмичные звуки.
– У нее тик, что ли?
– У нее много разных тиков.
– Она еще говорит странно.
– Она вообще довольно своеобразная. Хорошо, что мы хоть как-то ее понимаем.
Оксана приветливо улыбается, услышав, что разговор зашел о ней, тоже наливает себе сока и залезает к Марку на колени. Марк хмуро смотрит на нее.
– Вообще, ты же обещала, Кать! Ты говорила, что Леша последний! И что скажет твоя мама?
– Марк, можно мы не будем обсуждать все это при детях?
– Хорошо.
– Спасибо.
Марк пытается снова налить сока, но коробка пуста. Мама смотрит в свой ежедневник, отмечает дела галочками.
– Марк, ты не последишь за детьми? Например, завтра? Я хочу Оксану в танцевальную школу засунуть, мне нужно документы для нее собрать.
– У меня завтра весь день созвоны по работе, завтра не смогу, – говорит Марк. – Давай послезавтра? Еще один момент. Леша хвастался, что у вас вши.
– Ну не то что «у нас вши». Леша чесался, из школы принес, – отвечает мама. – Я всех помыла противовшивым шампунем, надеюсь, на этом все и закончилось.
– Детей надо чаще стричь. И вшей не будет.
– Мне нравится, когда у них длинные волосы.
Марк кивает:
– И вши.
