Центр тяжести

Первую неделю в гипсе музыка каждую ночь наполняла мои сны, и я просыпался в горячке, пытаясь записать ее. Но потом - потом словно перегорел, знаешь, так бывает: какое-то чувство наполняет тебя, но если не находит выхода - выдыхается, гаснет.

Как хорошо все-таки, что в девятнадцатом веке не было интернета. Вот уж чего я точно не хотела бы видеть, так это восстановленной из кэша истории браузера с ноутбука Толстого или Достоевского.

Большинство людей - на первом этаже, в одной комнате с жизнью ("натурщицей"), но у них просто нет ни сил, не инструментов, чтобы отразить, описать её. Талантливые люди живут на втором этаже и выше. А гении живут на крышах, без лифта, в стратосфере, в разреженном воздухе (там, где у нас с вами начиналось бы высотная болезнь), и им приходится часами ходить вниз и вверх по "лестнице" собственных мыслей - чтобы взглянуть на "натурщицу" и описать её.

...Эзоповым языком мы овладели в совершенстве, за текстами статей следим внимательно, и если и показываем кому-то средний палец, то всегда старательно маскируем его под указательный.

Сперва мы все с ужасом наблюдали за тем, как марка падает в цене по отношению к доллару; затем, когда она пробила барьер в миллион – нам стало наплевать. И это было откровение – мы поняли, что будущего нет, а значит, можно со спокойной душой жить здесь и сейчас. Да-да, это звучит дико, но что ты хочешь? Когда все твои сбережения за неделю превращаются в резаную бумагу, у тебя два варианта: покончить с собой или жить на всю катушку. Мы выбрали второе – и были счастливы. Жаль, что недолго.

Художник видит разницу, сходство видит профан.

Самый верный способ быть обманутым – считать себя умнее других.

Вот так всегда. Люди считают, что я "с прибабахом" и вообще чокнутый, а на самом деле я просто умный.

Если твоя фамилия звучит как профессия - это всегда проблема.

Мне страшно смотреть на одноклассников, и я разглядываю кактус на подоконнике. Кактус выглядит вялым и уставшим, и я его понимаю.

Чтобы запомнить и понять это слово, ты должен приложить усилие». Понимаете? Что не требует усилий – не заслуживает усилий. Правда – самое удивительное вещество на планете: ее недостаточно узнать, чтобы добраться до нее, нужно поработать.

Но самым слабым местом любой технологии все равно остаётся человек.

Потому что теперь, пожив немного, я знаю, что каждое неоконченное дело отдаляет тебя от...от...самого себя...

– Это очень деликатная тема. Мы подбирали слова.
– Это слова, а не рассыпанные монеты, чего их подбирать?

«Попугай Флобера»:
«Отчего нас так тянет к реликвиям? Разве мы недостаточно верим словам? Или приметы прожитой жизни содержат в себе какую-то дополнительную правду?»

Как говорят у вас в России: без труда ловить рыбу в искусственных водоемах строго запрещено законом.

Знаешь, есть такие люди: они обладают мощнейшей внутренней гравитацией – ты попадаешь под действие их обаяния и ума и сам не замечаешь того, как твоя жизнь начинает вращаться вокруг них, как спутник вокруг планеты.

Есть два способа замаскировать горе: смех и ярость.

У всех провинциальных поселков есть одна общая черта: в них ничего не происходит. Люди здесь законсервированы в скуке, в повседневности, как эмбрионы в формалине в музее медицинских патологий. И как любое другое по-настоящему скучное место, Рассвет – идеальный рассадник/производитель сплетен.