Шум и ярость

Удивительная книга, нет слов.
Знакомство с модернизмом - снова благодаря зарубежке - началось с Улисса, и его, как и Фолкнера, я сначала не поняла. что за бред? набор слов. отнюдь нет. это совершенно другой формат, тебя затягивает с каждой фразой, относит назад, перебрасывает вперед, а ты просто сидишь и удивляешься - ну вот как можно такое создать? какую силу ума нужно иметь, чтобы создать эту систему, которая на первый взгляд - хаос.
Персонажи тоже потрясающие. Бенджи и его хаотичный рассудок, Квентин - угнетенность,любовь-ненависть, Джейсон - фигура тоже трагическая, несмотря на его недостатки. И последняя часть,собирающая все воедино.
Браво. Бесподобно.

Так трудно и сложно собрать себя из кусочков и частей после прочтения, и ясно выразить свое мнение по поводу произведения Фолкнера...это просто невыносимая книга...книга,заставляющая плакать,думать,копаться в себе,напрягать мозг,жалеть,сочувствовать...и испытывать щемящее чувство утраты,скорби и горечи...Книга-потрясение разума и души...
Легче всего читалась как раз-таки самая первая глава-глава от имени Бенджамина,умственно-отсталого человека...чистый незамутненный поток сознания,простые,ясные эмоции,описание конкретных действий...это было даже интересно попытаться увидеть действительность с позиции такого персонажа,попытаться вникнуть в его мир...это как вспоминать свое детство,когда ты помнишь ЧТО ты делала,что делали окружающие,но не помнишь ЗАЧЕМ...
Вторая часть без знаков препинания,тоже безвременная и отрывочная,но с маниакальными чувствами и идеей...Квентин,как подросток,видит черное и белое...и размышления его угловатые и безапелляционные...угнетающая атмосфера,сразу чувствуется,что все закончится плохо...что человеку очень плохо...что ничто и никто его не держит на этой земле...время неумолимо-разбившиеся часы по-прежнему идут,и нельзя ничего изменить...Квентину даны способности и возможности,но нет сил и неоткуда их взять...

Третья часть заставила меня трястись от ярости и беспомощности...подлый и циничный,но считающий себя обиженным и обделенным Джейсон,нагло обворовывающий свою племянницу,которая тоже в чем-то оказалась виноватой...ужасная мамаша,которая просто"выносит" мозг всем окружающим...2 персонажа,которым все все должны,видимо,поэтому они думают,что могут издеваться над окружающими-главой семейства,Кэддди,Дилси,Квентиной...самая напряженная сцена в романе,когда "заботливый" дядюшка заставляет племянницу подписать чек,вызвала и слезы,и гнев,и отчаянье,и тяжесть на сердце...
сам автор появляется в конце,но легче не становится,и яснее тоже...да,есть такие цельные сильные натуры,как Дилси,которая все может вынести,всех простить,и в ее сердце столько жертвенности и теплоты,что хватает на всех в "проклятом" обветшалом доме...но конец семьи,рода,эпохи неумолим и очевиден...и виноваты в этом сами Компсоны...где произошел сбой,когда все пошло не так?...кто допустил ошибку?...почему не хватило сил,смелости выстоять и сражаться?...
смогу ли я найти в себе силы и возможности не "заболеть" одной идеей,научиться принимать людей такими,какие они есть(нормальных и с отклонениями в развитии,с их жизненным укладом),смогу ли я противостоять таким,как Джейсон-их циничности,наглости,хамству...смогу ли я всех простить...смогу ли я перенести все жизненные невзгоды и сохранить себя? иначе-бездна и пустота,иначе-край...

«Шум и ярость»
Американская литература богата выдающимися писателями. Стейнбек, Фицджеральд , Сэлинджер, Апдайк, а теперь и еще и Фолкнер – это писатели, которых я признал и полюбил буквально с первых страниц.

По мере чтения «Шума и ярости» напрашивается аналогия с кирпичом и кадкой воды. Представьте, что автор берет кирпич и швыряет в кадку, а потом предлагает вам рассмотреть в ней свое отражение. Вообразите, что в первые мгновения происходит в кадке и что там можно увидеть – перед вами первая часть романа! Через несколько секунд вода немного успокаивается, расходится кругами, круги сливаются между собой и переходят в рябь – это вторая часть. Третья и четвертые части – это гладкая, ровная вода, сквозь которую можно увидеть свое отражение. Фолкнер не дает читателю поблажек, не заигрывает и не ублажает. Он пишет как считает нужным. А вот в статье на Википедии, к примеру, рекомендуется браться за первую часть книги, самую сложную (от лица Бенджамина) в последнюю очередь. Но читать книгу задом наперед, вопреки воле автора?.. Нет, по-моему глубокому убеждению, так делать нельзя.

Первое и самое важное для меня в любой книге – это ее музыкальность. Хорошая книга должна быть музыкальна. Начинаешь читать такую книгу и моментально погружаешься в приятную мелодию, которая окутывает тебя со всех сторон и затягивает все дальше и дальше.

У Фолкнера своя особенная музыкальность. Роман «Шум и ярость» начинается как дикая какофония, сменяющаяся короткими мелодичными вставками, и эта какофония продолжается всю первую часть романа (коих четыре). Поначалу от этой какофонии в голове сумбур и хаос, порой хочется захлопнуть книгу (в моем случае выключить планшет) и выругаться: «Ну как так можно писать, такой-сякой писатель!» Но постепенно начинаешь понимать, что повествование скачет по разным временным отрезкам, между которыми годы и годы, и что оно ведется от лица олигофрена по имени Бенджамин. Голова к тому времени уже идет кругом.

Вторая часть ведется от лица Квентина, студента Гарварда. Тут читать проще. Автор сбавляет обороты. Текст становится яснее. Но совершенно пренебрегает пунктуацией, превращая всю вторую часть в густой поток мыслей, иногда совершенно бесформенных и чересчур длинных… Но так я постиг хаос в душе студента, кончающего жизнь самоубийством.

Самые простые для читателя – третья и четвертые главы. Текст с точки зрения грамматики и пунктуации правилен. Предложения связны между собой. Это та часть романа, которую читатель может воспринимать без воспаления мозга. Третья часть ведется от лица Джексона, жесткого и циничного прагматика – его мысли простые и четкие. В его жизни нет неопределенности, нет вопросов без ответов. Автор пишет, передавая суть героя – лаконично, ясно и цинично. Четвертая заключительная часть романа ведется от третьего лица и сосредоточена большей частью на служанке Дилси. В этой части автор сам выходит на сцену. Перед читателем ироничная, грустная и очень красивая проза. Это заключительный аккорд, который оставляет приятное послевкусие, после того, как перевернута последняя страница книги.

После прочтения романа у меня остались смешанные чувства: восторг, восхищение, любовь, преклонение… Все эти спутанные впечатления теснились в голове, пихались в сутолочной давке. И все благодаря особой музыкальности автора, его магии пера. Я ринулся читать биографию Фолкнера, уже зная, что это краткое знакомство вскоре превратится в крепкую дружбу на всю оставшуюся жизнь.

Еще одна из обязательных для прочтения книг. И как и все такие - сложная. Запутанный не только рассказ, но и речь, граматика.
Первые две главы давались с трудом, но с третьей полегчало и история начала делаться более ясной. Но сам рассказчик показался неприятным. Я не умею так любить и верить людям чтобы могла выносить их глупость, жестокость, невежество. Все точки над и расставила только последняя часть, где рассказ ведется от самого автора.
Хорошая книга. Но надо иметь терпение ее прочитать не бросив еще в начале.

Роман "Шум и ярость"

Бесконечный лабиринт мыслей и героев. ВременнАя паутина, оплетающая нас с первый страниц. Головоломка, постепенно превращающаяся в неторопливый рассказ об одной прогнившей насквозь американской семье.

Первые сто страниц было адски тяжело читать эту книгу. Я не большой поклонник литературы потока сознания, поэтому приходилось по букве вталкивать в себя сумбурное нагромождение разнородного текста. Однако уже со второй части читать стало интересно. Одна и та же история, рассказанная четырьмя разными людьми (одним из них был сам автор, поставивший себя в один ряд с персонажами), постоянно преломляется, принимая все новые и новые формы. История страшная, неприятная, жестокая. На каждой странице – все новые и новые ужасы, скелеты в шкафу, взаимная ненависть. Но к этому привыкаешь, это уже не удивляет, становится интересным и увлекательным. От глубоко личного восприятия плавно переходишь в отстраненное созерцание, благодаришь автора и закрываешь книгу. Шум и ярость остались там, на ее страницах, а ты сам возвращаешься в светлое и спокойное сейчас, на которое теперь надо взглянуть другими глазами.

Почему вот именно после Фолкнера, такое ощущение, что грязи наелся? Наверное это потому, что уж очень реалистично все у него. Даже больше, чем просто реалистично. Не знаю, как описать. Чувства такие, как будто попал в луч очень яркого света, а до этого был в кромешной темноте - сначала глаза режет, аж до слез, открыть нельзя. И скоро ты привыкаешь к этому свету, открываешь глаза, смотришь вокруг, и до тебя доходит, что в луче-то лучше, все так хорошо видно(пусть и не совсем понятно)! Everything is illuminated. И когда странички заканчиваются, когда луч уходит, ты остаешься с неприятным ощущением обделенности. Но заполнить его не хочется, потому что именно вот то чувство грязи во рту не проходит еще долго. Что же это за луч-то такой, боже мой! Именно Фолкнеровский! После прочтения "Когда я умирала" ощущения были такими же, если не хуже. Ты читаешь, ты видишь всю подноготную жизни этих людей, мельчайшие эмоции и мысли как на ладони, тебе противно от этого, но ты не можешь оторваться, потому что именно вот это все вышеперечисленное тебя и притягивает.
Но вопреки всему тебе жалко этих людей. Бенджи жалко за его неполноценность, он ведь видит все, по сути, лучше всех, но не может это соединить. Квентина жалко из-за его слишком чуткого восприятия происходящего и за его чувства к сестре. Жалко Джейсона, за то что его лишили личной жизни, жалко и Кедди, и Керолайн, и Дилси... Но как же противно одновременно.
P.S. Фолкнер говорил, что пока писал этот роман научился читать. Воистину. Он мастер наимельчайшей детали, не заметив которую в тексте,потеряешь весь ход событий.

Сюжетной основой романа является история угасания аристократической семьи южан после отмены рабовладения. Подобное вступление могло бы ввести в заблуждение потенциального читателя, рассчитывавшего, в таком случае, на некую стандартную семейно – историческую сагу. Но у меня нет таких опасений, в виду огромного количества рецензий, с восторженными отзывами о неподражаемых стиле и языке романа, его необычной композиции и особенно часто упоминаемой теме использования автором «потока сознания». Соглашаясь со всем остальным, как раз на последнее, кстати, я бы не стал так активно напирать.

Дело в том, что несмотря на внешнюю схожесть, поток сознания у Фолкнера и, скажем у того же не к ночи будь помянут Джойса, это как говорят две большие разницы. Если коротко, то у первого он носит чисто прикладной характер, а у второго идейный.

С другой стороны, почему-то никто не упоминает о теме расовых взаимоотношений в романе, которая хоть и не является сюжетообразующей как в «Свете августа», тем не менее, имеет существенное значение для его адекватного восприятия.

Единственным если можно так сказать недостатком этого шедевра Фолкнера, является отсутствие в нем еще одной, пятой части - рассказа от имени Кэдди - сестры двух других героев романа, и, на мой взгляд, его центрального и самого интересного персонажа. Но это, разумеется, из области обычных читательских сожалений – ведь так не хочется, чтобы заканчивалась хорошая книга!

Очень тяжелая книга. Столько трагедий в одной семье за небольшой промежуток времени, одна другой тяжелее. Персонажи больные и слабые или сильные, но жестокие. Все несчастны, и не видно конца этому несчастью. Была удивлена, прочитав в критической статье о том, что Фолкнер, по его собственным словам, пытался с помощью этой книги выразить способность человека выдержать, выстоять в любых обстоятельствах. Большинство героев как раз не выдерживают. Исключение разве что старая темнокожая служанка, которая, что бы ни случилось, ежедневно выполняет свою работу и находит в себе силы утешать слабых и обиженных.
Кроме трагического сюжета хочется отметить живой выразительный язык, небанальное построение композиции - рассказ ведется по очереди от лица четырех персонажей. Автор очень свободно обращается со временем - прошлое перемешивается с настоящим, настоящее прыгает в будущее и оттуда снова в прошлое.
Книга полностью оправдывает свое название, если учесть, что словосочетание "Шум и ярость" позаимствовано из трагедии Шекспира, а именно из монолога Макбета о бессмысленности бытия:

Жизнь - это история, рассказанная идиотом, наполненная шумом и яростью и не значащая ничего.