Скорбь Сатаны

Книга жуткая. Больше всего в ней пугает вовлечение человека во тьму и преисподнюю в обычной будничной жизни. Казалось бы, живет себе простой парень, с ничем не примечательной биографией, весьма посредственный, единственное, сильно неимущий в материальном плане. Написал он книгу о добре и Боге (я так поняла), не очень интересную для публики (без скандальных моментов). Жить ему не на что, платить за квартиру нечем - ложись и помирай.
И тут, откуда не возьмись, свалилось на Джеффри Темпеста (имя ГГ) неожиданное миллионное наследство. Одновременно с деньгами появляется в жизни ГГ некий загадочный персонаж - князь Лючио Риманец, все слова и действия которого вроде бы дружелюбны, но почему-то пугают читателя. Джеффри тоже чувствует, что что-то не нормально, но не сильно прислушивается к тревожным звоночкам своей души, поскольку человек он (повторюсь) обычный, даже какой-то аморфный, вялый. Не сопротивляясь, он бредет по дорожке, которая его приведет… к чему? Похоже, что ни к чему хорошему!
Однако пересказывать сюжет смысла не вижу.

На меня роман подействовал достаточно сильно, может момент такой настал? После прочтения начала оценивать мотивы своих поступков на «под действием искушения» или «по воле души и сердца». В общем, впечатлил, это да!
Книга вышла в начале прошлого века и актуальна будет всегда, пока существует человечество, если, конечно, рептилоиды, очарованные мамоной, не победят.
Хорошо написано, прекрасный перевод, жанр - философская мистика. Завораживающее и заряжающее чтение. Советую ознакомиться.

Написана книга неплохо, хоть местами и затянута, особенно провисает середина. Да и автор зачем-то нагнетает и пытается создать интригу там, где это нахрен не нужно. Название книги уже в лоб говорит читателю, о ком будет эта история, так что сразу понятно, кого встречает главный герой, Джеффри Темпест, кому он обязан внезапным богатством и кто вводит его на путь искушения и порока. Но автор зачем-то часто подчёркивает таинственность внезапно появившегося благодетеля, намекает на нечеловеческую природу, которая очевидна. И повторяет это, пока данные заигрывания не начинают бесить.

Однако, несмотря бессмысленные попытки заинтриговать, текст читался прекрасно... пока Джеффри не женился. И вот тут началось! Трактат о нравственности и месте женщины в обществе. И автор в моих глазах превратилась из женщины в бабку, которая сидит на лавочке у подъезда и всех наркоманами и проститутками называет. А что сама такой же в юности была, забыла.

Корелли противопоставляет двух героинь – талантливую писательницу, невозможно нравственную, аж до тошноты правильную Мэвис Клэр (очевиднейший автопортрет) и официальную жену Джеффри, главного героя, Сибиллу. Мисс Клэр – идеал Корелли. Таких живых людей не бывает. А Мэвис Клэр так чиста душой и телом, идеальная, ну прям сферическая фигура в вакууме, а не человек. На фоне недостижимого идеала, которым даже Сатана восхищается и над которым у него нет власти, Сибилла кажется действительно живой. Забавно, что именно за эту живость все в книге ее унижают, проклинают, называют распутной и пропащей.

Корелли постоянно осуждает женщин: они утратили нравственность, это они виноваты в мужских грехах (а потому что нефиг быть такими красивыми и соблазнительными!), женщина должна быть ангелом и отвечать и за нравственность своего мужчины тоже. А мужчина ничего не должен. Главный герой прямым текстом говорит: мне можно все, а тебе нечего, ты же женщина!

Понимаю, времена такие были, но мне из прогрессивного 21 века читать такое очень тяжело.

Могу, конечно, ошибаться, но мне лично кажется, что гениальная книга не несет в себе морали, мораль в ней заменяют сложные и неоднозначные размышления.

Преступление и наказание – не о том, что убивать старушек плохо, а отцы и дети – не про то, что нигилизм зло и Базаров не прав. Хорошая классика никому ничего не навязывает. Поэтому она, собственно, и стала классикой. Если писатель и пытался вдохновить читателя своим личным мнением, то он делал это завуалированно, а не в лоб.

Так вот, скорбь сатаны – это пример морализаторской литературы.

Да еще и мораль безнадежно устарела.

Художник должен быть голодным. Деньги - зло. Бабки развращают, раздайте их нищим. Ходите в рубище, спите в канаве, верьте в бога - со страниц орет на нас автор.

А тупой читатель не понимает, что нужно с юности готовиться к смерти и мечтать о том, чтобы красиво уйти к богу. Он, скотина такая, хочет есть вкусно, спать сладко, влюбляться и (о боже!) заниматься сексом, творить, путешествовать... и прочая бессмысленная хрень. То ли дело прожить жизнь в мечтах о красоте своей могилы!

Жизнь нельзя притянуть к какой-то морали, нельзя всех подряд осуждать, а самой стоять в белом пальто: ой, я не такая, я тут писательского трамвая жду, и вообще я женщина приличная, не то что эти проходимки! И ладно бы у Корелли было чувство юмора – но хер там плавал. Морализаторский роман без шуток и иронии – это убийственное чтиво.

Мне не жаль Сатану, который толкает людей на неправедный путь и страдает, что из-за этого не может возвыситься, мне противна жизнь, которая исполнена лишь мыслями о праведной смерти, мне отвратительна неприязнь Марии Корелли к собственному полу. Противная книга.

4/10

Очень сложно однозначно сформировать какое-либо мнение насчет подобных произведений. Сначала я хотела обвинить книгу в черно-белой морали, излишнем наставлении на путь праведный и позиции как бы свысока. Только прочитав, поставила 7 баллов, но потом поняла, что история не отпускает меня уже больше недели и заставляет снова и снова возвращаться к обдумыванию поступков героев и позиции автора, личность которого играет немаловажную роль в понимании заложенных в книгу смыслов.

Мария Корелли, в отличие от нас с вами, имела честь родиться и жить в эпоху, когда женщины-авторы должны были пробивать себе путь к читателю сквозь гору общественного предубеждения и непонимания. Она, как писательница, на своем опыте познала все прелести издательского произвола и осуждения со стороны сильных мира сего. В ее тексте тонкая иголочка изобличения и насмешки то тут то там больно впивается в кожу ее критиков и братии продажных издателей с чувствительным эго. Печально, что сегодня мы можем с уверенностью заявить, что, хоть общество уже и не так презрительно относиться к писательницам, по большому счету проблема истинности гения и возможности покупки всеобщей славы все еще остра и актуальна.

Тем не менее, говоря о личной боли автора по поводу книжного дела и признания, не стоит забывать, что в книге все-таки в первую очередь поднимается извечная тема добра и зла с сопутствующими ей понятиями личного счастья, эгоизма и смысла жизни. Сам же сюжет может показаться до боли тривиальным: мы наблюдаем за развращением личности под властью соблазнов и лености ума. Однако нельзя сказать, что главный герой в начале своего пути был приятным и высоконравственным, а потом под влиянием сил очаровательного зла скатился в пучину разврата. Нет, он сразу предстает перед нами человеком с предубеждениями,  обидами на мир и серой моралью. Поэтому  логично, что весь его путь к разрушению не заканчивается страшной карой за грехи, а помогает ему прийти к покаянию и перемене.

Мне очень понравился стиль повествования. Несмотря на общую предсказуемость сюжета, было интересно следить за событиями, находясь как бы над ними и смотря, как ловко писательница разыгрывает данную партию. Это одна из тех самых нескучных классических книг, которую можно смело брать в руки, не боясь сложного слога и занудности. Все персонажи здесь имеют свою собственную неповторимую фактуру: каждому мы можем посопереживать, на каждого позлиться, каждого осудить или простить в зависимости от предпочтений. Именно такой широкий спектр мыслей и эмоций, полученных от этой книги, говорит о ее многогранности. Не всем она понравится, но о подобных произведениях правда нельзя судить однозначно, поэтому советую к прочтению, если вы хотите погрузиться в думы думные на неделю, а то и на две.

Слов не хватает, какая это скучнейшая нудятина. Слушала её в двух переводах или в двух редакциях перевода 1904 года, и это ужасно. У аристократов синяя кровь, у одного из героев не бакенбарды или баки, а бакены (привет енисейским бакенщикам Астафьева), в одной редакции переводчики и редакторы (если редакторы с корректорами вообще были) не знают выражения "краеугольный камень" и далее до кучи.
Слушала в двух исполнениях: любительском Николая Боброва и профессиональном с музыкой Станислава Иванова. Голос Николая Боброва знаком, возможно, подтянув чтецкие навыки и ударения, он стал начитывать под псевдонимом. Станислав же Иванов за противного недописателя, от чьего лица ведётся повествование, читал высоким голосом сверхжеманно и манерно. К тому же, этот "гений" так не по-мужски отзывался о прекрасном Лючио Риманце, что хотелось уже, чтобы они слэшернулись, наконец, страницы на три, и книге конец, но нет, к сожалению. Чересчур было физических контактов этих двоих для чопорной викторианской Англии. Они смотрели друг другу в глаза, хватали друг друга за плечи, обнимались и приобнимались, Лючио удерживал "гения" Джеффри Темпеста, чтобы тот вдруг в обморок не грохнулся при виде какого-то отвратительного зрелища, уже не помню, какого. В "Фанатке" Рауэлл пара подростков, слизанных 15-летней фикрайтершей с Поттера и Малфоя в сто раз лучше описаны. Но Рауэлл писала явно с иронией к незрелости своей героини и ради противопоставления с реальными отношениями. Тут же по серьёзке писала сорокалетняя тётенька, и женщины были явно лишними. Уайльд не оценил потуги Корелли и ругался на её манеру письма. Нет, не мужскими глазами смотрел Темпест на сатану. На детей, кстати, тоже, или на существ в облике детей, слишком сюсюкающее для как бы циничного мужчины описание головок, ручек и ножек... Не младенцы же они, в самом деле, если танцуют и бегают в строго отрепетированном артистическом номере. Короче, на середине романа я сломалась и дослушивала его только в версии Боброва, ускорив воспроизведение в три раза. Соглашусьс "Любителями аудиокниг", что звукорежиссёры Станислава Иванова выше всяких похвал, но манера меня убила.
Не знаю, что там происходило у Корелли, но похоже, что беллетристка вымещала в книге все свои комплексы. Запредельная ненависть ко всем вообще мужчинам, кроме Сатаны, (если того можно вообще считать существом какого-либо пола), к высоким красивым женщинам, к остальным некрасивым, подозрительное сюсюканье к детям, ненависть продолжилась к критикам, поэтам, французским реалистам, декадентам и вообще ко всему иностранному, к журналистам, священникам, евреям (местами они жиды), аристократам, богачам, меценатам, ко всем представителям правящего дома, кроме Виктории и принца Эдуарда, коих Корелли знала лично, к старым девам, феминисткам, молодым девушкам - любительницам реалистической прозы и т.д. Прикол в том, что прямо ангельчик, по слову Макара Девушкина, которого в этом паноптикуме очень уж не хватало, ангельчик, идеал и писательница с инициалами М. К. - тоже старая дева без близких друзей, только с собаками и голубями вместо кошек. Ничуть не поверила в её добродетели. Джеффри и Мэвис - это две стороны одного хвастливого человека, точнее, жеманной девочки в возрасте за дцать. Разве истинно скромный человек будет первому встречному гостю рассказывать про полученные в наследство миллионы или про свои добрые дела и всепрощение? Причём подаяния перечисляются в конкретных суммах с прифификиванием, что-де живут жёны критиков не по средствам, а потом плачутся. С критиками и издателями в романе вообще беда. Иногда казалось, что сюжет - это вставки между самовлюблёнными сентенциями Сатаны, Мэвис Клер и Джеффри Темпеста. Без них объём романа сократился бы вчетверо. Разве человек, реально не обращающий внимания на критику, будет называть птиц с учётом их внешнего вида и характера названиями журналов или фамилиями критиков? Чтобы назвать, надо прошерстить все публикации. Если бы Мэвис реально плевала на критику, её собаке нечего бы было зубами разрывать.
Некоторые рецензенты отмечают красоту слога и пейзажи, не нашла ни одного пейзажа. Более менее живым выглядят лишь окрестности имения и домик Клер, но в тех местах жила сама Корелли и не преминула похвастаться сохранностью дома шекспировской эпохи. Доверие к роману снизилось к нулю в самом начале при разворачивании мумии египетской принцессы. Видимо, про климат Египта, жару, свет и кислород Корелли не слышала, раз у неё две мумии не рассыпались тут же в прах, а у одной из них в части прогнившего тела завёлся скарабей. Музеи, забудьте про климат-контроль и условия хранения содержимого пирамид...
ЕДинственными по-настоящему живыми персонажами романа были Сибилла и Диана. И то, истеричная сцена с Лючио совершенно выбивается из поведения Сибиллы. А развратил её... Золя. Лючио называл ещё Гюиманса и Бодлера (три французских автора), но упирала Корелли на прозаиков. Да по сравнению с Сибиллой я с багажом чтения русской классики: Настасья Филипповна, бедная Лиза, Татьяна Ларина с признаньями и шалунья Ольга, Соня и Дуня со Свидригайловым в запертой комнате, Анна Каренина, целующаяся Наташа Ростова или Соня (уже не помню, кто из них на кадку вставал, чтобы дотянуться) - ещё со школьной скамьи гнездо пороков ниже плинтуса! А почему молчит автор о воспевателе вшей Латреамоне? Вот уж кто мог реально поразить девичий ум. А Джульетту на балконе читать можно, она же английским драматургом миру явлена.
К слову о писательстве героев, нет ни одной цитаты из романов Мэвис Клер и Темпеста. Мне, ослу-читателю, 20 часов расхваливают морковку и не показывают её, несправедливо!
Корелли была адепткой учения Блавацкой, но я так устала от разглагольствований выше названной троицы, что сил не осталось анализировать их балабольство и вообще прислушиваться к нему на тройном ускорении.
Финал слит. В "Проданном смехе" Джеймса Крюса чёрт соблазняет бедного мальчишку, сына строительного рабочего. Крешимир, другой соблазнённый им мальчик, представитель не титульной нации в империи, тоже бедный и голодный. Тим и Крешимир, оба необразованны, на толстые намёки чёрта не велись, чем вызывали у него досаду и раздражение. Тут же Джеффри Темпест, гений и выпускник Оксфорда не среагировал на 100 намёков Лючио о нём самом и преспешниках, чем раздражал уже меня. Особо взбесило, что "гению" Джеффри и идеалу Мэвис чёрт в открытую предлагает сделки, а к Сибилле лезет со своими поцелуями на свадьбе вряд ли добровольно. Короче, взаимодействие Сибиллы с сатаной мутное и непрописанное, а поплатилась она не в пример больше той идеальной парочки. Короче, искусственное нагромождение среди словоблудия, не советую никому.
P.S. Булгаков учёл все недостатки "Скорби сатаны". Воланда жалеть и в голову не придёт.

Что ж так неудачно подходит для меня к концу Флэшмоб-2012? Ни одного действительно интересного автора, ну кроме Липскерова. Не понимаю и не разделяю всеобщих восторгов по поводу этого опуса. Категорически! Полностью согласна с рецензией Anton93. Ханжеское и пафосное произведение. Весь роман состоит из причитаний по поводу аморальности, лицемерия и прочих пороков «света», женщин и литературных критиков. Сначала я думала, что это милый викторианский ужасник, который прочитается с удовольствием, хотя и не напугает, но хоть умилит. Но нифига. Занудный и высокопарный гундеж. А себя М.Корелли, я уверена, ассоциировала с неземной М.Клэр. Сатана выписан каким-то ходячим морализатором. А Джеффри, о-о-о, это вообще нечто, сначала покупает жену, а потом оскорбляется, что она его не любит. Единственная кто вызывал сочувствие – Сибилла. Единственный живой и честный в своих чувствах персонаж.
Еще раз повторюсь, эта книга – пафосная, морализирующая тошниловка. Никому не советую.

Скорби Сатаны! Скорби неизмеримые, как сама вечность. Вообразите их! Быть изгнанным с небес! Слышать сквозь бесконечные сферы отдаленные голоса ангелов, которых однажды он знал и любил! Блуждать среди пустынь темноты и тосковать о небесном свете, который раньше был воздухом и пищей для его существования, - и знать, что человеческая глупость, человеческая жестокость, человеческий эгоизм держат его таким образом в изгнании, отверженным от прощения и мира!

Прекрасный роман, по-новому раскрывающий образ Люцифера, страдающего на Земле. «Сын утра» наполнился ревностью к сотворенным Богом людям, которые сами могли стать подобны ангелам, приняв великое Бессмертие. Люцифер поклялся скорее уничтожить их совершенно, чем делить с ними ангельское великолепие. За это был изгнан из Рая разгневанным Богом. И была одна лишь надежда на возвращение назад: если Человек, которого сам Сатана теперь должен был искушать, не поддастся ему, доказав свою добродетель и чистоту.
Но люди на Земле, хоть и имеют возможность приблизиться к высшему, благодаря свободе выбора постоянно утопают в грехах.

Прекрасен и притягателен образ Люцифера, с одной стороны искушающего главного героя, но при этом же разоблачающего свои дары, не скрывающего, чего они будут стоить. Но эгоистичный человек слышит лишь то, что хочет услышать, и с радостью отдается в руки дьявола.

Каждый грех каждого человеческого существа прибавляет тяжесть к моим страданиям и срок моего наказания; однако я должен держать клятву относительно мира! Я поклялся искушать, сделать все, чтобы уничтожить человечество, но человек не клялся поддаваться моим искушениям. Он свободен! Оказывает он сопротивление - и я ухожу; принимает он меня - я остаюсь!

Я восхищена романом Марии Корелли (это настоящий автор, не смотрите на обложку книги), который был написанный ею еще в 19 веке, до сих пор актуален.
Но все же некоторые идеи писательницы, которыми наполнена книга, вызывают недоумение.
Бросается в глаза огромная неприязнь к людям, сквозящая во всем тексте. Никто из них не достоин уважения. Особенно большую неприязнь автор питает к "животной" стороне человека. Результат викторианского воспитания или особенности характера? Вероятнее всего, второе.

"Она никогда не была замужем. Известно ее язвительное высказывание: «Я никогда не выйду замуж, потому что в этом нет никакой необходимости. У меня в доме живут три животных, которые вместе вполне составляют одного мужа: собака, которая рычит по утрам, попугай, который ругается целый день, и кот, который возвращается поздно вечером». Мария призналась однажды, что порой испытывает такую неприязнь к мужской половине человечества, что если мужчина по несчастной случайности только дотронется до нее, то у нее на целый день остается ощущение какого-то надругательства". (с)

Любые проявления чувственности у людей ею гневно порицаются. Особенно это касается женщин. Все они показаны как падшие создания. Сам Сатана ненавидит их намного больше, чем мужчин.
Идеал, к которому стремится автор – это единственный светлый персонаж Мэвис Клер, в котором Мария Корелли создала автопортрет (есть даже созвучие имён и фамилий), какой она себя видела, или, по крайней мере, какой она хотела быть. Это возвышенное существо, внутренне отрицающее телесную любовь, всеми помыслами принадлежащее богу.
Даже сам Лючио (Люцифер) относится к ней благосклонно, выделяя ее среди всех остальных женщин.

Сибилла, другой женский персонаж, - это антипод Мэвис Клер, олицетворение зла и порока. Устами мужа писательница обвиняет Сибиллу в том, что она получает удовольствие от секса (секса со своим мужем!) и за это называл ее распутной и грязной.

... я научился выносить чувственный характер моей жены;

Ненависть ко всему человеческому, и стремление к стерильной чистоте в мыслях и действиях – такова Мария Корелли.
Эта изнаночная сторона немного подпортила роман. Но тем не менее он достоин того, чтобы быть прочитанным. И, вполне возможно, "Скорбь Сатаны" явилась источником вдохновения Булгакова, так что можно познакомиться с прототипом Воланда (это лишь предположительный факт, но многие действительно находят параллели между двумя романами).

Невероятно интересный, искусно написанный роман о природе искушения, где Дьявол — самый человечный персонаж, утомлённый предсказуемостью людских пороков.

Коротко об истории:
Молодой неудавшийся писатель Джеффри Темпест неожиданно получает письмо, сообщающее о несметном богатстве.
Но вместе с деньгами в его жизни появляется утончённый аристократ князь Лючио Риманез — человек с пронзительным взглядом, безупречными манерами и тонким чувством юмора.
Здесь не будет классической сделки с Дьяволом, ведь он не покупает души и не играет в игры.
Князь лишь предоставляет выбор, обнажая то, что уже давно зрело в сердцах героев.
Таким образом, Джеффри оказывается в ловушке: он думает, что богатство принесёт ему славу, признание и почёт, но так ли это просто — заполучить всё это на самом деле?

Из незначительных для меня минусов выделю следующие:

• Нарочито полярные герои: все они в этой истории делятся резко на положительных и отрицательных, без полутонов. Что, в общем-то, не отменяет их глубины и интересных образов.
• Удивительно и даже забавно: одна из героинь — писательница Мэвис, самый светлый и чистый персонаж в книге (а может, даже и в целом мире), очевидно, списана с самой Корелли. Это даже не минус, а просто странный и слегка тщеславный факт.
• Важные истины. Может показаться, что всё это бесконечное множество важных истин и интересных мыслей слишком разжёвано, из-за чего не остаётся места для собственных размышлений.

• Финал (без спойлеров) вызвал некоторые вопросы: с одной стороны, он вполне логичен для главных героев, но его резкость и чрезмерная «правильность» породили у меня чувство недоверия.

Произведение, несомненно, вызывает эстетический, моральный и читательский восторг!
Тема искушения и соприкосновения с демонами всегда звучит загадочно, но вместе с тем обнажает людские пороки.
Используя тонкую, а местами и жирную сатиру, Мария Корелли искусно подсвечивает самые тёмные уголки не только человеческой души, но и писательской сущности, да и общества в целом.
Наш герой, кажется, проходит все стадии и все состояния на пути к собственному разрушению, совершенно не замечая, что его друг — его же погибель, обаятельный Дьявол, — вовсе не подталкивает его к этой пропасти, а, скорее, наоборот.

История отдалённо напоминает «Письма Баламута» не стилем, но сеттингом и посылом.
Только если у Льюиса основная стратегия искушения — это мелкие, будничные соблазны, то у Корелли Сатана действует с размахом, предлагая не грех, а мечту многих — богатство, славу и почтение.
Вся ирония романа в том, что люди развращаются такой мечтой куда вернее, чем низменными пороками.
А главный герой и рад поддаться такому искушению, вызывая ту самую бесконечную скорбь, в которой князь Лючио так бесподобен.

Образ Сатаны здесь особенно прекрасен и, как ни странно, очарователен.
Всё благодаря его харизме, тонкому юмору, саркастичным замечаниям и глубоким речам, которые могут покорить даже несмотря на то, что он — главное Зло.
Более того, с течением истории мы, как пазл, собираем знание о том, что Сатана в этой истории — самый человечный, самый несчастный и, как ни парадоксально, самый положительный персонаж.

В общем, произведение прекрасно и многогранно, и дело даже не в сюжете (который, если отбросить важные контрастные эпизоды, довольно прост).
Здесь важна интрига и ответ на вопросы: как далеко готов зайти человек в своей порочности и какую цену он готов за это заплатить?

«Почему же, во имя всего святого, всё так несправедливо? Почему карманы никчемного бездельника полны золота лишь благодаря случаю и праву наследования, а я, трудящийся в поте лица от зари до полуночи, едва могу наскрести на сытный обед?»

Действительно, почему жизнь такова? Кажется будто кто-то получает всё в этой жизни, а кто-то ничего. И так ли это — ничего? Вовсе нет.

В последние годы, словно одержимые мечтой о мнимом успехе, люди измеряют достоинство мерой денег и блеска материального. Зацикливаются на чужих целях и ценностях, гонятся за идеальной, "счастливой" жизнью. В этом нескончаемом марафоне тщеславия, эгоизма и лицемерия человек утрачивает своё предназначение, сходя с пути, что ведёт к краю бездны — одиночества, пустоты и печали.

Ответьте, счастливы ли Вы?

Если да — не прикасайтесь к этой книге, она вам ни к чему.

Но если год за годом вы блуждаете по чужим тропам; если горечь сожалений и неудовлетворённость жизнью терзают вашу душу; если вы, словно затерявшийся странник, не в силах вспомнить, кто же вы есть на самом деле — тогда обратите своё внимание на роман с интригующим названием «Скорбь Сатаны» (или, быть может, «Скорби»).

Здесь переплетается множество злободневных тем: свободная любовь и современный брак, стремление к познанию и обесценивание знаний, роль мужчины и женщины в модернистком обществе; гениальность и посредственность, традиционные и прогрессивные ценности, вера в Бога и культ Мамоны.

Этот роман не просто рассказывает историю — он заставляет думать и выбирать. С первых и до последних страниц вы будете слышать голос самого Сатаны — не в устрашающем образе, а в форме проникновенных философских речей, от которых трудно отмахнуться.

Печально, если вы узнаете себя в главном герое, Джеффри Темпесте. Но как и у него, у вас будет шанс всё изменить. Правда, он решился на перемены лишь из страха — а это, согласитесь, не самая прочная основа. Изменения должны быть естественными и искренними, иначе это всего лишь очередная ложь, в которую вы хотите верить.

Меня же особенно поразил Лючио Риманец. Словно кто-то украл мои мысли, мои высказывания — и вложил их в уста этому странному, но прекрасному мужчине. Сложилось впечатление будто я встретила друга, которого так долго искала в реальной жизни.

Однако, нельзя не отметить и явные недостатки романа. Упрямое навязывание автором своей "правды" и морализаторство, а также излишняя фетишизация мужской итальянской внешности порой вызывают утомление. Был момент, где-то на сотой странице, когда я поймала себя на скуке и буквально заставляла себя читать дальше. Но поверьте — это того стоило. Примерно к двухсотой странице от книги невозможно оторваться.

Актуальность произведения зашкаливает, будто речь идёт о сегодняшнем дне. Читайте его медленно, вдумчиво, позволяя каждой странице проникнуть в суть вашего существа, ибо только так оно способно преобразить вас к лучшему. Но предупреждаю: в тексте немало мизантропии!

Подытожу, если вы живёте по инерции и боитесь заглянуть в себя — эта книга станет для вас испытанием. Но если вы жаждете света, даже если уже привыкли к темноте — она может стать вашим спасением.

Благодарю за внимание!

Цитаты:
«Каждый, кто обладает разумом, ненавидит, когда ему указывают, кем он может стать, а кем не станет.»

«Вы можете говорить как болван, смеяться как гиена и выглядеть как бабуин, но едва лишь ваше золото зазвенит достаточно громко, вскоре вы можете поужинать с самой королевой, если захотите. Если же вы, напротив, сильны, храбры, терпеливы, выносливы, если в вас есть искра гения, что упрочивает жизнь и делает ее достойной того, чтобы жить, — если мысль ваша обретает форму, что выстоит, когда царства станут прахом на ветру, и если притом вы бедны - что ж, тогда вас станут презирать все коронованные глупцы на свете.»

«Все моральные устои, вся цивилизация и все прочее подвластны силе денег.»

«Титулы, почести, блага — купить можно все; любовь, дружба, положение - все продается в этот великолепный век коммерции и принадлежит тому, кто заявит самую высокую ставку!»

«В наши дни никто не думает — люди терпеть этого не могут, у них слишком нежные головы.»

«Льву нет нужды притворяться горлицей - он громогласно демонстрирует свою свирепость. Кобра, что движется беззвучно, предупреждает о своих намерениях шипением и раздувает клобук. Вой голодного волка далеко разносит ветер, и торопливый путник в снежной пустоши дрожит, обьятый страхом. Но человек скрывает свой умысел — он опаснее льва, коварнее змеи, прожорливее волка; он жмет руку своему собрату, прикидываясь его другом, и спустя час клевещет на него за его спиной, пряча за улыбкой лживое, корыстное сердце.»

«Мой милый мальчик, все это лакейство, фикция и вздор. Взгляните! — и он извлек из ножен парадную рапиру. — Этот хрупкий клинок бесполезен, он всего лишь символ мертвого рыцарского духа. В старину, если мужчина оскорблял вас или даму, которой вы восхищались, сверкала закаленная толедская сталь — вот так! — Тут он сделал невероятно грациозный выпад - и негодяй получал от вас на память укол меж ребер или в плечо. А теперь... — он вложил рапиру в ножны, — эти игрушки мужчины носят лишь как печальный знак былого мужества, как подтверждение того, сколь трусливы они сейчас, когда надеются не на себя самих, но с готовностью кричат: "Полиция! Полиция!" при малейшей угрозе здоровью их ничтожной персоны.»

«Модная публика нынче так быстро пресыщается развлечениями, что необходимо устраивать сразу несколько ради того, чтобы увлечь мозги, неспособные думать или развлекаться самостоятельно. В сущности, люди даже не способны на долгие разговоры, поскольку сказать им нечего.»

«Но общество не ценит прохладу заката и счастливое уединение — фальшивый блеск ему милее истинного света. Но хуже всего, что истинные ценности оно пытается подменить ложными — а это приносит лишь несчастья.»

«Все завидовали ее счастью не потому, что она вышла замуж за достойного или одаренного человека, а потому, что стала женой пяти миллионов! Я был придатком миллионов — и больше никем.»

«В этом мире у человека должны быть враги, он должен иметь их, если имеет хоть какое-то мнение; люди без врагов, как правило, ничтожества.»

«Ибо каждый, кто льстит человеку за его добродетели или потакает ему в его пороках, является злейшим врагом этого человека, будь то демон или ангел!»

«Между человеком и дьяволом мало разницы.»

История о том, как бедный писатель Джеффри Темпест, уже умирая с голоду и без всякой надежды опубликовать свою книгу, встречает таинственного князя Лючио Риманца. Князь становится другом и благодетелем для внезапно разбогатевшего Джеффри, которому еще вчера грозила голодная смерть, а теперь он стал миллионером. Кто из нас не мечтал получить наследство от какого-нибудь неизвестного, далекого, но очень богатого родственника? И вот Джеффри становится таким счастливчиком. Многие говорят, что счастье в деньгах, но принесло ли богатство счастье нашему герою?

По ходу сюжета автор показывает, как герой, еще совсем недавно боровшийся в своей книге за высокие идеалы и веру, все больше впадает в излишества и порок, которыми в то время было принято наслаждаться в высшем свете. И Джеффри, все больше отдаляется, а затем и отрекается от своих прошлых идеалов, его покидает писательский гений, а он все больше полагается на деньги и Лючио, который тянет его на самое темное дно.

Да, казалось бы, с Риманцем исполняются все мечты Темпеста: он богат, его книга опубликована, он вхож в высшее общество, а затем и жениться на самой красивой девушке, которую только можно найти. Но все эти мечты с привкусом обмана и иллюзий, они не приносят счастья и удовлетворения, оставляя после себя только пустоту.

Чем больше получает Джеффри, тем сильнее чувствует эту пустоту, и тем острее контраст между его помпезной жизнью миллионера и тихим счастьем писательницы Мэвис Клер, которая является полной противоположностью Джеффри.

Для меня история оказалась предсказуемой. Все здесь буквально лежит на поверхности, так, что читатель сразу видит, кто предстал перед ним под маской Лючио Риманца – сам Сатана, который заключает договор с главным героем. Он испытывает его и искушает, но в то же время не раз предлагает разорвать их «дружбу». Но кто же сможет противиться соблазну легкой и роскошной жизни? Немногие, если только у них не душа ангела, как у Мэвис.

И посыл автора, и концовка тоже весьма однозначны и предсказуемы. Здесь нет полунамеков, мораль бьет точно в лоб.