Тогда и теперь

Есть авторы, умеющие парой мелких и рваных штрихов изобразить образ так, словно видишь персонажа наяву. Моэм - тонкий психолог, но главное его оружие заключается не в поверхностных и беглых описаниях, а в детальных портретах; когда есть время остановиться, поглядеть на картину со стороны, присмотреться к каждому уголку. Обращаясь с персонажами, как с произведениями искусства, он дает им раскрыться перед читателем со всех сторон - и чаще всего под покровом легкой ироничной усмешки автора. Чтобы не удариться при этом в занудство и кропотливый перебор черт характера, надо обладать талантом незаурядного рассказчика, способного удержать внимание рассеянного читателя - и лучше всего это дается тем, кто был знаком с описываемыми персонажами (вернее, их прототипами) в реальной жизни и смог тем самым выжать из образа самую мякотку, самое живое и цельное.

Не секрет, что добрая половина романов Моэма строится на повествовании от лица рассказчика - чаще всего это именно те его книги, что зародились из записных книжек во время многочисленных путешествий и знакомств с удивительными людьми по всему миру. И это именно та половина, которая когда-то сделала его моим любимым писателем.

К сожалению, "Тогда и теперь" - яркий представитель второй половины. Не имея арсенала в виде своего главного таланта к интерпретации образов знакомых людей и полагаясь исключительно на воображение и эрудицию, Моэм теряет большую часть очарования и скатывается в обычную авантюрно-приключенческую стезю, свойственную бульварным историческим романам. Во время прочтения из головы не выходила мысль, что книга написана словно от скуки и для легких денег, без малейшей глубины и с танцем на костях уже давно исследованных самим Моэмом идей. Субъективно? Да, в высшей степени! Уверен, нейтральному читателю легкий слог и ненавязчивая подача интриг придется по вкусу, но без привычной остроты наблюдений и психологического анализа - вкупе с завышенными ожиданиями - я остался наедине со скукой и проходной бульварщиной, только в антураже итальянского возрождения.

Сам Моэм, к слову, к "литературе категории Б" относился с большой симпатией, за что ему отдельное уважение. Быть может, ему самому хотелось попробовать себя в легком жанре.

Прекрасное произведение. Лаконичное и интересное. Оно о том, что люди «тогда» и «сейчас» одинаковы и их мотивы остались прежними. Власть, деньги, независимость, жизнь близких людей – вот главные цели.
Перед послом Флоренции стоит непростая задача – разобраться в планах прославившегося хитростью и лицемерием человека. Вокруг все лгут и Николо Макиавелли сложно решить что делать.
Читая, понимаешь что прототип «Государя» это - Чезаре Борджа. Жестокий, но сильный правитель.
Для меня если имя Сомерсет Моэм на обложке значит, будет интересно.

Удивительно, но отношения с Моэмом у меня не складываются. Ни его «Театр», ни «Острие бритвы» не произвели на меня никакого впечатления. Однако я решилась взяться за прочтение этого романа по двум причинам: я люблю исторические романы, а Чезаре Борджиа – один из самых любимых исторических персонажей.

Однако уже в процессе чтения я отметила одну закономерность: герои книг Моэма вызывают у меня или равнодушие, или раздражение с примесью неприязни (в зависимости от того, какая роль им отводится в повествовании). Так вот, Макиавелли Моэма вызывал именно раздражение. Я ожидала увидеть в книге, как он применяет свои удивительные дипломатические способности для решения государственных проблем, а не на соблазнение жены человека, который буквально приютил его в чужом городе. Из видного государственного деятеля Моэм превратил Макиавелли в неудавшегося героя-любовника.

Кроме того, насколько я могу судить после прочтения «Государя», Макиавелли стоял за объединение Италии, а восхищение качествами Чезаре Борджиа как правителя явилось толчком к написанию этого небезызвестного трактата. Однако, читая книгу, этого сказать нельзя: возникает ощущение, что Борджиа вызывает у Макиавелли страх и неприязнь.

В общем, ожидания не оправдались, исторический антураж не ощущается, а главный герой, который, без сомнения, был одним из выдающихся людей своего времени, предстает в сомнительном свете.

Что такое политика в моем понимании? Это цирк уродов. Это когда депутаты орут матом, бьют друг другу морды, брызжа слюной, обвиняют оппонентов во всех смертных грехах, включая скотоложство. Это когда люди, озверевшие от творящегося вокруг маразма, запихивают «слуг народа» в мусорные баки. Это когда разжиревшие сволочи вещают с трибуны о необходимости затянуть пояса, скинуться на армию, пожить зимой в барках, где нет ни света ни тепла. Политика – это мерзко.
Что такое политика в понимании Сомерсета Моэма? Это интриги. Хитросплетения дипломатических союзов, военных кампаний, фальшивые улыбки, изысканная ложь. Насколько заезженное сравнение, но я не постыжусь его повторить: в этом романе политика – шахматная партия, где каждый из противников продумывает на три-четыре шага вперед. За черных у нас играет Чезаре Борджиа – мастер интриги, беспринципный правитель, человек, по праву взыскавший славу одного из величайших полководцев. За белых играет Никколо Макиавелли, умный и расчетливый дипломат, необычайно образованный человек, старательно лелеющий определенные принципы. Он считает, что свобода есть высшее благо. Он до безумия любит Флоренцию, ведь она породила великих мыслителей, художников, она стала рассадником свободы мысли. За этот город Макиавелли готов бороться до победного конца.
Итак, пред нами разворачивается шахматная партия, следить за которой – одно удовольствие. Я искренне восхищалась игроками и поражалась, насколько острым и изворотливым может быть человеческий ум.
Книгу рекомендую к прочтению всем и каждому.

Это произведение Моэма я взял прочитать сразу же после книги "Воскресшие боги" Мережковского. Книга гораздо менее известного русского символиста у меня вызвала такой живой интерес к эпохе заката схоластики и начала Ренессанса, что встретив в статье википедии упоминание о том, что о Маккиавелли писал также один из наиболее любимых писателей студенческих лет, отказать себе в удовольствии потратить пару вечеров на эту небольшую книгу, просто не мог.
Но тут уж сравнений я никак не могу избежать. Два гениальных писателя жили практически в одно и то же время, но их подход к созданию своих трудов настолько отличался, что именно сейчас мне предстала та огромная пропасть между популярным прозаиком и оригинальным мыслителем.
Свои первые шаги на литературном поприще Моэм делал именно в жанре исторического романа-биографии, столь любимом и самим Мережковским, но позже перешел в жанр художественной прозы, тем не менее периодически возвращаясь к художественным биографиям, хоть и не особо волнуясь о сохранении их "историчности" сплетая некоторые реальные факты из биографий с художественным вымыслом, изменяя фамилии и позволяя лишь угадывать того или иного великого человека за ним. В отличии от Мережковского, присиживавшего круглые дни в библиотеке, за изучением документов и писем, Моэм предпочитал заменить то что не знал, красивым вымыслом.
Но "Тогда и теперь" - это всё таки исторический роман. По крайней мере фамилия флорентийского дипломата обязывает к сохранению определенной достоверности описанного. Естественно, любовная линия была добавлена исключительно для того чтобы сделать развитие событий интересней для писателя. Но в встрече Маккиавелли и Борджия и описания исторических событий, в них происходивших, несомненно лежит реальная основа.
Но если кого-то интересует именно достоверность происходящего, то Моэм - это точно писатель не для таких целей. Вот и меня не так сильно интересовала атмосфера Италии начала 16-ого века, как личности ее представляющие. Английского прозаика многие называли настоящим знатоком человеческих сердец и именно глубокий психологический взгляд в душу героев я в "Тогда и теперь" ждал.
Но что же я увидел вместо этого? Вместо попытки осмысления Маккиавелли-личности, нам предстал просто умелый дипломат, хитрый интриган, и опытный соблазнитель, но уж никак не человек. Вместо нее просто тень некоего великого героя прошлого, в уста которого уже стареющий прозаик-геодонист пытается вкладывать свои, по его же словам, единственные сожаления в жизни - в том, что он прожил жизнь более целомудренно нежели хотел.
Уже где-то к середине произведения у меня складывалось впечатления что я читаю дешевый бульварный романчик, о глупом муже, красивой жене и хитром любовнике. Сложно было поверить что автор этого дешевого чтива, столь почитаемый ранее мной Моэм. Но я всё таки решил дочитать, более из уважения к высокой марке классика. Читал, плевался, но продолжал читать. Прочитав вторую половину о качестве труда моё мнение не изменилось, но финал открыл глаза на одну очень важный момент в работах Моэма. Хоть он, став одним из самых богатых писателей своего времени, и говорил что пишет только чтобы избавиться от мыслей, но мне вспомнилось еще одного его высказывание, о том, что в театр он ходит для того чтобы посмотреть реакцию публики на его пьесы. Сложно было не заметить тот эффект, на который Моэм рассчитывал и в описании отрывка из жизни Маккиавелли, от того как читатель должен удивиться финалу. Тогда и стало столь очевидным, что этот "неожиданный финал" по большему счету и стал тем главным лейтмотивом, для которого всё и писалось.
Подобно Бальзаку, Моэм, пытаясь угодить моде, вкусам читателей, настолько "одешивил" свой огромный литературный талант, стал частью той, как выражался Гессе, фельетоновой эпохи, что искры гениальности всё тяжелей стало разглядывать за незатейливым повествованием.
Литература Моэма стала слишком близка к массе, чтобы сохранить свою оригинальность и тут понимаешь всю глубину высказывания героя романа Пастернака, о том, что истину ищут только одиночки.
Взгляд на жизнь Маккиавелли кажется в романе Мережковского, именно того маргинала, писавшего для небольшого круга интеллигенции, гораздо более глубоким и близким к истине.

Хорошая штука всё таки, литературь. Можно и из Макиавелли вылепить героя. Был бы стимул и момент верный. Есть всякие телеведущие, которые и Гитлера считают неплохим, в общем-то парнем, есть верные поклонники Муссолини. Ну это я так.
Книжка вышла в 1946-м году, лучшего момента для того, чтобы воспевать страстную натуру республиканского секретаря и не найдешь - если что это разом и политически выгодное выступление, и невинная историческая побасенка - в зависимости от того, куда ветер подует. Не бывает исторической литературы ради самой исторической литературы - она вся про настоящий момент, и для читателя, и для автора.
Сухонькое и схематичное повествование, до смешного похожее на набросок незрелого графомана никогда не развернется (на наше счастье) во что-то большее, во что-то тяжелое и увесистое как романы Дюма. И до смешного-же слишком много личного. Каждый художник рисует себя, но не каждый, кто рисует себя - художник.
А все потому что и сказать-то Моэму нечего. Для объективного жизнеписателя тут слишком много эмоций, для моралиста поразительно мало морали. Хочет человек придать движения несмелой своей истории, но дальше будуарного романа двигаться-то некуда.
Словом, ужасное чтение, если честно.

От новеллы, главным героем которой выступает Николо Макиавелли, ожидал несколько другого, чтоб не сказать - большего. Но это вовсе не означает, что она меня разочаровала! Вместо мыслителя и политического деятеля Макиавелли в этой роли выступает Чезаре Борджиа, к которому Макиавелли откомандирован Флоренцией в роли чуть ли не "свадебного генерала" - посла без полномочий принятия решений. Вот где, казалось бы, возникают условия, в которых Макиавелли придется проявить свой талант политического лавирования, но!... Вместо этого мы узнаем о его любовных интригах, о тяготах его "командировочной" жизни, о быте придворных и горожан... и лишь фоном о политическом раскладе в Италии той эпохи. Центральной же фигурой, вынашивающей амбициозные планы, дальновидно заключающей союзы с врагами и вероломно предающей союзников, является именно Чезаре Борджиа. Таким образом эту новеллу можно рассматривать как приквел к прочетнию "Государя" самого Макиавелли!