Рассказы ночной стражи

Ничего так не разгоняет дремоту темной безлунной ночи, чем хорошая страшная история, наполняющая душу ужасом и страхом. Сон сразу рукой снимает, идёшь и прислушиваешься к каждому шороху, высматривая в причудливых тенях злобных духов. Такая внимательность и сосредоточенность — то, что нужно для ночной стражи.

Но важно вовремя остановиться — говорят, что если несколько человек соберутся вместе и по очереди расскажут сто странных или диковинных историй, с соблюдением некоторых ритуалов, которые мы не будем раскрывать, то рано или поздно что-то страшное или диковинное случится наяву.

С этим же сборником бояться нечего — историй меньше сотни, поэтому с удовольствием можно присесть в уголок и послушать рассказы ночной стражи. Ведь только здесь японские  авторы из разных времён могут собраться вместе, чтобы открыть невероятный мир жуткой мифологи своей страны.

Разнообразие рассказов очень велико, однако в спешке читать их не получится. Каждая история становится окном в мир старых японских народных баечек, в котором человек соседствует с необычайными существами, а границы между реальностью и вымыслом очень тонки и все пытаются разорваться. Существа разные, не всё есть зло, но в то же время не все есть добро.

Все рассказы читались ночью и с первых строк было очень жутковато, но одновременно маняще. Самыми страшными стали для меня истории "Горная ведьма" Асаи Рёи и "Белые цветы на красном стебле" Танако Котаро. Они похожи, как брат и сестра, но после них уже не хочется бродить по лесам и горам в одиночку.

А больше всего мне понравились баечки у Огиты Ансэй, которые как раз и называются "Рассказы ночной стражи", которые получились очень атмосферными и пугающими. Ещё запомнились мистические истории из сборника "Кукла-талисман" Асаи Рёи, которые по атмосфере напоминали сказки Пу Сунлина. Хорошо в них передана мрачная магия и острые ощущения.

Но самым своеобразным стал рассказ "В стране водяных". Сразу чувствуется 20 век и мой любимый сюрреализм, который превращает сюжет в небольшой театр абсурда. Мир получился действительно иной, похожий и одновременно не похожий на нас. Местами было очень смешно, особенно про момент с роженицей.

Наступает утро и уверенно уносит все страхи, рассеивая ночной кошмар на мелкие частички. Ночная стража идут отдыхать после долгого дежурства. Я отправляюсь вслед за ними в надежде, что вся эта жуть так и останется там, где и положено ей быть — на страницах книги, а не придет ко мне во снах. Ибо моя богатая фантазия на это способна.

Затрудняюсь сказать, какой это по счёту сборник кайданов в моей библиотеке, главное, чтобы не последний. Пусть истории в них иногда повторяются, но в каждой книге есть что-то особенно, какая-то изюминка. «Рассказы ночной стражи» примечательны в первую очередь красивейшим оформлением тем, что позволяют проследить эволюцию кайдана сквозь века от устного народного рассказа до литературного жанра, которому отдали дань в том числе и известные прозаики.

Название «Рассказы ночной стражи» повторяет заглавие рассказов автора Огита Ансэй (середина XVII века), открывающих сборник. Очень короткие, с простыми сюжетами, написанные безо всяких литературных изысков, они, пожалуй, ближе всего к изначальным устным кайданам – чтобы оживить их, нужен искусный рассказчик.

О втором авторе информации нашлось чуть больше. Сузуки Сёсан (1579-1655) был самураем, причём служил не кому-нибудь, а Токугава Иэясу, завершившему объединение Японии и основавшему сёгунат имени себя, и участвовал в знаменитой битве при Сэкигахаре и осаде Осаки. Впоследствии он отрёкся от мирской жизни и стал монахом секты дзен, со дня основания и по сю пору известной эксцентричностью своих последователей. Сузуки Сёсан традициям секты также не изменял. Писатель с такой биографией не может не вызывать интереса, и действительно, его «Повести о карме» уже сложнее и призваны не только развлекать читателя, но и, как можно догадаться по названию, преподать ему некий нравственный урок и заставить задуматься о своём поведении, чтобы не стать персонажем нового кайдана.

Следующий автор этой маленькой антологии, Ихара Сайкаку (1642-1693), на самом-то деле в представлении не нуждается. Прозаик, поэт, драматург, самый успешный писатель эпохи Эдо, больше всего он известен как блестящий бытописатель своего времени. Но рассказы о сверхъестественном Сайкаку тоже писал во множестве и так же замечательно, как и все остальные. Его кайданы – уже полноценная светская литература, и без них эта книга вышла бы намного тоньше.

Асаи Рёи (1612-1691) – младший современник Сузуки Сёсана, прошедший схожий жизненный путь: был самураем, стал буддийским монахом и писателем. Но Асаи Рёи, как видно, отделял свою духовную жизнь от литературной, и его кайданы –чисто жанровая литература без толики религиозной назидательности.

О писателях Цуга Тайсё и Танака Котаро, я, к сожалению, никакой информации не нашла, но если всё, что от них осталось, – это несколько мистических рассказов, то хорошо, что дошли хотя бы они. Во-первых, потому что эти кайданы и сами по себе хороши, во-вторых, потому что по ним заметна продолжающаяся тенденция ко всё большему олитературиванию, усложнению сюжетов и языка, что я как читатель горячо одобряю.

Завершает антологию подборка рассказов Акутагавы Рюноскэ (1892-1927). От предыдущих авторов его отделяет такой большой промежуток времени, что становится даже интересно: неужели в XVIII-XIX вв. кайданов не писали? Впрочем, мне представляется спорным сам факт включения произведений Акутагавы в сборник кайданов, слишком уж сильно он отличается от предыдущих авторов. Да, для сборника отобрали рассказы с мистической составляющей, отчасти основанные на традиционных сюжетах, но всё же не каждый мистический рассказ - кайдан. В рассказах Акутагавы не прослеживается связи с традицией, которая была чётко видна у всех предыдущих авторов и будет видна у последующих: потому что современные кайданы с современной нечистью, освоившейся в японских городах, вполне себе благополучно существуют (пусть и, по большей части, в интернете). Впрочем, справедливым будет и другое замечание: гений Акутагавы превращал всё, им написанное, в литературу с большой буквы «Л», не вмещающуюся в жанровые рамки. Но по крайней мере насчёт одного произведения я точно уверена, что в этой книге оно лишнее. Повесть «В стране водяных», несмотря на то, что посвящена она мифическим существам каппам, совершенно точно не является историей о сверхъестественном, а является ехидной зубастой сатирой на совсем не мифическое человеческое общество.