Весенний снег

Эта книга сразу вызвала у меня ассоциации с "Ромео и Джульеттой", но там влюбленным чинили препятствия их семьи, а здесь препятствием оказалось самовлюбленное поведение японского Ромео. Не зря Сатоко обвиняла его, что он еще ребенок. И этот ребенок (впрочем, многие в его возрасте думают также) считает, что достаточно провести ночь с гейшей, чтобы стать мужчиной. Но это только один из этапов взросления. Эгоистичный Киеаки лелеет только свои чувства, причем совершенно этого не скрывает, и считает это одним из признаков утонченности и возвышенности его натуры. Рядом с ним его друг Хонда выглядит этаким Штольцем, слишком приземленным, хотя и явно способным. Вот только русский Штольц сознавал достоинства своих взглядов и пытался переломить судьбу Обломова, а японский слишком хорошо воспитан, чтобы вмешиваться в личные переживания друга, да еще, пожалуй, и считает его чем-то превосходящим себя самого. Такова японская культура, привычка любования природой, быстро увядающей красотой. И любой, для которого эта красота не составляет столь значимой части в жизни, чувствует себя немного неполноценным.
Как видно, роман наполнен чувствами, в нем есть решительная, уверенная в себе, но страстно влюбленная красавица, и тоже красивый, тоже влюбленный, но беспощадно играющий чувствами в своем стремлении покорить, юноша. Поскольку это моя вторая книга Мисимы, я начинаю обобщать. А он всегда берет на главные роли таких явно слабых, чем-то ущербных и несимпатичных личностей? Или он просто считает, что если вывернуть у каждого душу наизнанку, окажется, что в ней мало приятного? Второй раз у меня нет какого-то сочувствия и сопереживания главному герою. Или Мисима пытается показать как выродилась японская аристократия и к чему приводит воспитание в ее духе?
Книга написана красивым изящным слогом, здесь ничего не могу сказать, но уже второй раз от книги не зазвенели никакие струны в моей душе, опять хотелось мне чего-то иного. Вот, скажем, прибыли эти принцы. И я уже заранее знаю, что случится с перстнем, с любимой девушкой. Автор только обрисовывает это более реальными фактами, но сюжет в моей голове не изменяется. Кстати, за спойлеры в аннотации я бы голову оторвала. А вот лучше бы он подетальнее обрисовал разницу в воспитании у приезжих принцев и местных японцев. А то конфликт виден только наружный, создается впечатление, что всему виной грубые казарменные нравы японской школы.

В последнее время заметила за собой странную особенность. Из прочитанных недавно книг большая часть не нравилась мне сначала, я прямо-таки заставляла себя читать их, но не пожалела ни разу. В какой-то момент события захватывают, и уже просто невозможно остановиться. "Весенний снег" - один из них. Книга о мечте и реальности, о любви и обидах, о том, как легко потерять то, что вот только что держал в руках.

Честно признаюсь, я никогда не запоминаю цитаты из книг. Но почему-то в этот раз мне захотелось сохранить видение Киёаки о призраках на плацу:

Мисима, как всегда, упивается эстетикой смерти и гибели. Его героям свойственно намеренно обострять ситуацию и делать ее разрешимой лишь через разрушение. Любопытный момент в сопоставлении со следующей книгой тетралогии "Несущие кони": здесь герой предпочитает собственное саморазрушение, хотя в принципе мог бы втихую завалить императорского родственничка и тем самым избежать нежелательной свадьбы; однако такую ситуацию он даже в мыслях не рассматривает. Ох уж эти императоролюбивые японские традиционалисты!

Море изобилия #1

Я правда не знаю, как относиться к этой книге, потому что я совершенно не представляю себе, что такое литература Востока, в частности, что такое японская литература. Естественно, что все приёмы, которыми я пользуюсь при анализе того или иного произведения, здесь не действуют совершенно. Разгадать героев по приёмам европейской эстетики невозможно. И я очень и очень пожалела, что нам никогда не преподавали литературу Востока, что мы ни разу не вчитывались и не вникали в чудеса этого невыразимо красивого мира.

Эта книга - книга-наблюдение. Её невозможно читать, её нужно видеть.
Созерцание моря, кленовых листев цвета охры, ласковой девичьей щеки, изгибов невинного тела, бескрайнего неба... можно продолжать бесконечно, ведь каждая строчка книги содержит в себе то, чем можно восхищаться и за чем можно наблюдать.

Я совершенно не понимаю главного героя Киёаки. Он мне просто противен своим эгоизмом, завуалированным под любовь. В какой-то рецензии написано, что эта книга о современных Ромео и Джульетте. Категорически не согласна, потому что шекспировские герои противостояли обществу, которое было против них. А герои Юкио Мисимы сами загнали себя в безвыходную ситуацию. Нет, я ничего не имею против Джульетты-Сатоко, она-то как раз похожа на свою английскую прагероиню, но Киёаки просто убивает меня своим высокомерием и отрешенностью от жизни. То, что происходит он сначала будто не в праве изменить, а потом он понимает, что нужно действовать, но когда он начинает действовать, то уже слишком поздно и он делает только хуже не только себе, но и своей "возлюбленной"!

Это первая часть из тетралогии Юкио Мисимы "Море Изобилия". Понимаю, что данная книга - только начало, так как в финале книги только начинает раскрываться главная задумка автора. Поэтому, чтобы узнать, что было дальше, нужно прочитать остальные три части.

Не знаю, буду ли читать дальше или нет. Возможно, когда на меня нападёт меланхолия, и я отрешусь от мира настолько, что смогу его созерцать ежеминутно, я смогу осилить оставшиеся части тетралогии.

Начало 20 века.Семейство Мацугаэ, приближенное к императору, живет в достатке и ни в чем себе не отказывает. В семье есть девятнадцатилетний сын Киёаки, которому откровенно скучно. И есть девушка Сатоко, из семейства Аякура, которому покровительствует отец Киёаки. Сатоко влюблена в Киёаки, но тот как будто бы не отвечает ей взаимностью, хотя обижается на нее, когда ему кажется, что она недостаточно тепло к нему относится. В общем, типичный юноша, который хочет, чтобы его любили, а сам еще подумает.
Если вы читали что-то у Мисимы, то уже можете предположить, что ничего хорошего героев дальше не ждет. Эгоизм, малодушие, привычка добиваться желаемого, без учета обстоятельств, врядли смогут сделать Киёаки счастливым. А может "допустимые потери"  и вовсе станут для него фатальными и он окажется в ситуации, которую не мог себе и представить? Об этом умолчу.
Роман мне видится ярким примером хорошо написанной японской литературы. Автору (да и переводчику, наверное) так удачно удалось подобрать слова, что текст получился очень мелодичным, кружевным и в полной мере погружающим в атмосферу Японии начала прошлого века. Просто услада для глаз! Но всё же учитывайте, что сюжету присуща медлительность и мне хотелось, чтобы он развивался чуточку быстрее. Хотя допускаю, что именно эта неспешность и позволила лучше понять устройство общества и свойственные ему правил поведения в стране в те годы.

Очень чувственная книга. Это тот случай, когда книга мне нравится не из-за сюжета, а из-за стиля автора. Именно из-за этого самого стиля я твердо решила достать и прочесть остальные три книги тетралогии. Книги действительно передают в себе какой-то особый вид искусства. Попробуй кто-то снять фильм по этой истории (возможно, что и фильм есть), я бы не насладилась бы им и вполовину так, как я наслаждалась книгой. Неоспоримая особенность хорошего автора в том, чтобы передать простую ситуацию так, чтобы она стала волшебной, переливалась всеми цветами радуги и находила место в сердце читателя.
Если рассказать, о чем это все своими словами, то хорошая книга будет просто осквернена банальностью слов. Если позволить себе просто почувствовать все это, то тут же перемещаешься в монархическую Японию, наслаждаясь бытовыми драмами в семьях аристократов. Книга позволяет, кроме всего прочего, прочувствовать чужую культуру, традиции, позариться на мысли народа, который, кажется, совсем даже не с этой планеты.
Вообще, в этом образце японской литературы мне видится тонкая связь книги с традиционной японской поэзией. Японская поэзия лаконична, но чувственна. Да, "чувственная книга" - это то, что я сказала в самом начале. Очень много образов, которые дают почувствовать запах, коснуться холодного снега и увидеть красоту лепестка, падающего с цветущей сакуры. На протяжении всей книги воспевается красота, будь то красота главных героев или пейзажных видов.
Что сказать о любви, которой посвящена эта история?
Драма, раздутая до трагедии двумя ее участниками и непоколебимыми обстоятельствами. Безусловная любовь. Да, именно этот самообман живет в головах и сердцах главных героев. Что же может увидеть сторонний наблюдатель, которым невольно становится читатель? Невозможность.

Это история не о преградах, разделяющих влюбленные сердца, но об обстоятельствах, повлекших за собой любовный пыл. И читателю остается только это "если бы" и смутное раздражение от непостоянства чувств.

Эта невероятная, и вместе с тем трагичная история любви, показывает нам взросление персонажей, их правильные и неправильные поступки, быстроту угасающей юности, и красоту пребывания в ней.
Мисима пишет необычайно притягательно, он из тех немногих людей кто изображает ненормальную извращенность, гадость, гниль, чем то возвышенным и одновременно завораживающим, и это выглядит прекрасно. Его описание природы выглядит эстетично, с каким-то эфемерным изяществом, которая ещё больше придает глубины его произведениям.

Хотелось бы сказать, что эта книга меня восхитила и очень порадовала, как прочитанное ранее произведение Мисимы "Золотой храм", но увы, не скажу.
Вся утонченность такая утонченная, что местами походит на откровенный бред и действия персонажей, кажется, мотивированы броском кости, а не какими-то событиями или чувствами. Книга написана чудесным слогом, в этом надо отдать должное Мисиме. Замечательные сравнения, обороты и описания, которые вызывают в голове яркие образы, однако несмотря на это, я читала эту маленькую книгу с большим трудом.

Дальше есть небольшие спойлеры!

Герои, которым по идее стоит сочувствовать, вызывают скорее негативные эмоции.
Завязка отношений вообще вызвала отвращение. Внезапно за день, именно за тот день, когда по идее главный герой проигнорировал последний шанс получить Сатоко законным путем, будучи равнодушным, у Киёаки внезапно просыпаются "чувства", которые в итоге сводятся к плотским утехам и упиванию слезами девушки.
В конце книги вообще сложилось впечатление, что Киёаки преследовал всё это время не любовь, а исключительно упивание страданиями, как своими, так и других людей, а также греховностью происходящего. Капризный ребёнок, который решил поиграть во взрослую жизнь, совершенно не желая думать о последствиях, и проявляя полный эгоцентризм. Ни разу за всю книгу он не действует из желания помочь или сочувствия другим, ни разу не подумал и не спросил, как чувствует себя его же как бы "возлюбленная". Упиваться её слезами - 10 раз, вызывать её по первому зову, как приспичит - 100 раз. Отвечать за последствия? прочерк
Когда семья собралась решать, как прикрыть грешки сына, он просто молча сидит в углу с платочком.
На счёт Сатоко впечатление двоякое. С одной стороны, она прекрасно видела, что тот, кого она полюбила, абсолютный ребёнок и сама пошла на эти отношения, с другой стороны, как только дело запахло жареным, опять превратилась в фарфоровую куклу и в последствии "сбежала".
Члены семей - обычные люди с обычными страстями и грешками. Волнующиеся мамы, равнодушные и порывистые отцы, которые по итогу переживают только о своей репутации и "как бы газетчики ничего не пронюхали".
Те же Сиамские принцы довольно странно себя ведут. У одного из них есть истинная любовь, что не машает ему развлекаться с другими девушками. Хотя в остальном, персонажи приятные и их тоска по родине вызывает сочувствие.
Единственные люди, кто действительно впечатляет в этом болоте, это семья Хонды и сам Хонда. В" Весеннем снеге" он преподносится как противоположность Киёаки, как "чистый рационализм", но на самом деле, он просто до конца остаётся преданным другом, что поощряет и его семья, зная и не долюбливая семью Киёаки. Он переживает за друга и готов многое для него сделать, что не заметно в поведении того же Киёаки. Как и Сатоко, он пользуется этой дружбой как ему угодно для удовлетворения собственных страстей. Для семьи Хонды же дружба священна и несмотря ни на что, они готовы держать свое слово.
Мисима заворачивает это всё в красивую обертку и подаёт на серебряном подносе, но суть от этого не меняется. "Весенний снег" оставляет неприятный осадок, говорящий о том, что люди - всегда люди, а не рассказывает "прекрасную историю чистой любви".

Кажется, что сюжет довольно прост, да и дело, видимо, не в нем. Мисима превращает обычный любовный роман в поэтическое произведение, полное красоты и метафор, что свойственно восточной литературе и, в частности, японской. Прекрасный язык – мелодичный и запоминающийся. Автор с необыкновенным умением передает движения и музыку души персонажей, красоту природы («любование красными кленовыми листьями», «цветение сакуры») и моментами увлекает читателя в потусторонние сферы. Очень качественная литература. Это первая книга из цикла «Море изобилия», значит, буду читать дальше.