В ожидании Годо

В. – О чём они говорят?
Э. – О своей жизни.
В. – Им недостаточно просто жить.
Э. – Им нужно говорить.
В. – Им недостаточно быть мертвыми.
Э. – Этого мало.

Кто-то другой смотрит на меня, говоря себе: «Он спит, он не знает, что он спит.»

Такой уж я. Или я забываю сразу, или не забываю никогда.

В. — Нам нечего больше здесь делать.
Э. — И в любом другом месте.

... «Та що це за Goddamn, сер, їй-богу ! Скільки можна знущатися! Господь Бог за шість днів, ви чуєте! за шість днів сотворив світ. Так, добродію, весь, уявіть собі, весь цей СВІТ ! А ви вже три місяці колупаєтесь і ніяк мені штани пошити не можете!» (Голосом кравця, обурено). «Але ж, шановний пане! Шановний пане! Ви подивіться (зневажливо, з огидою) на світ... (пауза) і ви подивіться на (жест, сповнений поваги та любові) — МОЇ ШТАНИ!»

Гамм. О, бозна-коли. Тебе ще на світі не було.
Клов. Гай-гай, блаженні часи!

Vladimir:
No no! (He reflects.) We could start all over again perhaps.

Estragon:
That should be easy.

Vladimir:
It's the start that's difficult.

Estragon:
You can start from anything.

Vladimir:
Yes, but you have to decide.

Pozzo:
Let us not speak ill of our generation, it is not any unhappier than its predecessors. (Pause.) Let us not speak well of it either. (Pause.) Let us not speak of it at all. (Pause. Judiciously.) It is true the population has increased.

...who from the heights of divine apathia divine athambia divine aphasia loves us dearly with some exceptions for reasons unknown...

They give birth astride of a grave, the light gleams an instant, then it's night once more.

Vladimir:
The air is full of our cries. (He listens.) But habit is a great deadener.

Vladimir:
When you seek you hear.

Estragon:
You do.

Vladimir:
That prevents you from finding.

Терпит ли кто-нибудь страданья воз... (зевок) вышенней, чем у меня?

Владимир. Ну что, пошли?
Эстрагон. Пошли.

Не будем говорить плохо о нашей эпохе, она не страшнее предыдущих. И хорошо о ней не будем говорить. Не будем о ней говорить.

Эстрагон. Есть хочется.
Владимир. Хочешь морковку?
Эстрагон. Ничего другого нет?
Владимир. Кажется, у меня есть несколько реп.
Эстрагон. Давай морковь.
Владимир шарит в карманах, вытаскивает репу, дает Эстрагону.
Спасибо. (Откусывает, жалобно.) Это репа!

Эстрагон. Когда знаешь, чего ждешь, - то ничего.
Владимир. Можно потерпеть.
Эстрагон. - Тогда ясно, как поступить.
Владимир. - И нечего нервничать.
Эстрагон. - Надо только ждать.

"Лично для меня сейчас месяц май"

В. — У господина Годо есть борода?
М. — Да, сударь.
В. — Седая или… (колеблется) …черная?
М. — (колеблется) Я думаю, что она седая.
Молчание.
В. — Несчастный.

Э. — Что с тобой?
В. — Со мной ничего.
Э. — Я ухожу.
В. — Я тоже.
…

Э. — Куда мы пойдем?
В. — Недалеко.
Э. — Нет, нет, пойдем подальше отсюда!
В. — Мы не можем.
Э. — Почему?
В. — Нужно вернуться завтра.
Э. — Для чего?
В. — Чтобы ждать Годо.
Э. — Ах, да.