Кожа

Домна в коже Хоуп тоже могла не ходить на эти праздники, отказаться. Но продолжала, она никогда не пила, и ей нравилось смотреть на этих считающихся лучшими неработающих людей страны — молодых, иногда красивых, рожденных в самых древних, известных и богатых семьях — в таком мерзком состоянии.

Гости, официальные сборища и прогулки были терпимы, но Домна в коже Хоуп очень не любила неофициальные сборища неработающих. Она знала раньше, что в таких участвуют мужчины вроде ее бывшего Хозяина, но что женщины тоже так могут проводить время, она не знала. С другой стороны, Домна в коже Хоуп злилась на себя за мысли; почему женщины не могут быть такими, как мужчины, — даже в плохом?

Домну ужасно удивляло, что Хоуп всегда рассказывала именно про свои действия, поступки, ощущения. Неработающие, полуработающие всегда оставались второстепенными, мешателями, обстоятельствами или даже помогателями, но никогда не определяющими, не главными. Домна поняла про Хоуп, что та, хоть и родилась работающей, но с детства была свободна. Сама старалась определять развитие своей личной судьбы. Домне ужасно захотелось быть как Хоуп. Она гордилась, что носила теперь ее кожу.

Она знала, что ей повезло во всем и со всем: Муж не пил, не бил, много работал, взял ее без приданого, поселил ее в свой хороший дом, откупил ее от полевой работы, Длиннорукая через Нину помогала справиться с домом.

Единственное, что мужского он выполнял часто, — он ходил к жене в спальню. Она этого не любила, рассказывала Домне, что ей совсем становится от этого плохо, но обрадовалась, когда забеременела, потому что ребенок внутри — это счастье и предлог отказывать мужу.

Когда неработающая случайно на этом языке попросила дать книгу определенного цвета, Домна принесла нужный предмет. Дочь хозяина восторгалась. Будто заговорила собака или лошадь.

Продали — как убили. Он думал, это частая беда. Старшую дочь Надзирающего от работающих Хозяин продал давно. Надзирающий думал, что хорошо, что дочь, а не сына. Дочь все равно вырастает, становится женой, уходит из семьи в чужую. Вышла замуж — как убили.

Манерный учебник Хоуп в коже Домны изучала вместе с ученицами и удивлялась тому, какими неживыми существами должны быть женщины по замыслу написавшего эту книгу мужчины.

Она возмутилась: сын собрался отнять у неё главное. Её свободу. Право владеть, продавать и покупать людей. Единственную свободу, которая ей досталась.

Она поняла, что Хоуп тяжело в ее коже. Хоуп улыбнулась ей.

Времена меняются. И главной американской ценностью становятся не деньги, а свобода для всех.

По сценарию Хоуп сбегала, пряталась на плантации, а Близнецы должны были ее найти, чтобы высечь. Они уже приготовили плеть из ветки. Хоуп стала играть, что сбежала. Пришла на поле, где работающие копали ямки для тростника. Помахала руками, пытаясь улететь, но белая соль сидела внутри тела и не давала ей оторваться от земли. Работающие вокруг смотрели кто с жалостью, кто с раздражением, кто со смехом. Когда не удалось улететь, Хоуп пришлось прятаться.