Москва и москвичи

Книга содержит в себе два произведения:"Москва и москвичи" — очерки о Москве, один из главных трудов Гиляровского, и "Друзья и встречи" — сборник воспоминаний об интересных людях, в том числе известных, с которыми автора сводила судьба. Книга начинается с предисловия Константина Георгиевича Паустовского, где в основном он пишет о самом Гиляровском — очень тепло и уважительно. Позволю себе длинную цитату из предисловия:

1. "Москва и москвичи"

"Без витийских измышлений,
Шью, как по канве,
Для грядущих поколений
Память о Москве".

Эту книгу очень любила моя бабушка и часто перечитывала её, уж не знаю, целиком или какие-то отдельные главы. Помню, я всё удивлялась, ну сколько же можно читать одно и то же! Сейчас я её понимаю: эту книгу просто невозможно уместить в голове за один присест, потому что она невероятно (невероятно!) насыщенная, плотная, содержательная. У меня было несколько попыток взяться за неё, но каждый раз книга возвращалась на полку непрочитанной. Скучно мне было, видите ли. Прошли годы, и вот теперь я могу наконец сказать: это замечательная книга! Хотите прокатиться на машине времени? Так вот же она, в действии.

Не могу согласиться с теми, кто считает, будто эта книга представляет интерес только для историков, или же для тех, кто живёт в Москве и интересуется её прошлым. Я вот не москвичка, и в Москве бывала только наездами, от нескольких дней до месяца-двух, но мне было очень даже интересно. К тому же, сегодняшняя Москва имеет мало общего с Москвой времён Гиляровского, так что сравнивать тут особо нечего, и по большому счёту это рассказ не только о Москве конца XIX-начала XX века и о живущих в ней людях. Это самая настоящая историческая летопись того времени, но при этом написанная не сухим канцелярским языком, а очень сочно и живописно — с диалогами, разными забавными и грустными сценками, подробными описаниями московских улиц, переулков, площадей, рынков, злачных мест, трущоб, театров, трактиров и так далее. Картина маслом! Это не скучные мемуары, а яркие образы и настоящее погружение в невыдуманную историю. И опять призываю на помощь Паустовского:

Да уж, автор этих "заметок" был человеком действительно уникальным и невероятно деятельным. Куда только не совал он свой любопытный (нет, не так — любознательный) нос! Студенческие общежития, мастерские художников, московские трактиры — от подземного разбойничьего "Ада" до легендарного "Эрмитажа", знаменитый Английский клуб, подземная клоака Неглинки, бильярдные, игорные дома, бани, театры, страшная Хитровка (мне сразу вспомнилась книга  Всеволод Крестовский - Петербургские трущобы ), знаменитый Сухаревский рынок и многое другое. И люди, конечно. Бесчисленное множество самых разных людей чуть ли не всех существующих на тот момент сословий, профессий и занятий: от нищих и воришек всех мастей до влиятельных чиновников, толстосумов и представителей творческой интеллигенции. Такое ощущение, что дядя Гиляй побывал чуть ли не в каждом закоулке Москвы и знал в Москве всех, и все знали его. Антон Павлович Чехов называл его "курьерским поездом":

В примечании сказано, что мысль написать книгу о прошлом Москвы возникла у Гиляровского в начале 20-х годов, когда на его глазах стали исчезать уничтожаемые Советской властью притоны нищеты — Хитровка, Грачёвка, Аржановка. Он горячо приветствовал уничтожение этих трущоб и одновременно решил взяться за книгу об уходящей Москве, чтобы сохранить память о ней. Очень интересно было рассматривать фотографии и чёрно-белые рисунки, размещённые в конце книги. Разглядываешь их и поражаешься, насколько же сильно всё изменилось за какие-то сто с небольшим лет — не такой уж большой срок в масштабах истории.

P.S.Теперь логично было бы (подумала я про себя) обратить внимание на другую книгу с точно таким же названием, но написанную гораздо раньше —  Михаил Загоскин - Москва и москвичи .

******************************
2. "Друзья и встречи"

"Лицом к лицу
Лица не увидать.
Большое видится на расстоянье".

Этот сборник воспоминаний был впервые опубликован в 1934 году, почти в самом конце жизни автора. О встречах своей юности Владимир Алексеевич начал писать лишь спустя несколько десятков лет. Вот что он сам говорит об этом:

Эти записки, по словам Гиляровского, не обычные мемуары. Ведь мемуары, пишет он, — это что-то последовательное, обстоятельное.

В сборник входит одиннадцать рассказов: о встречах Гиляровского с Львом Николаевичем Толстым, о его многолетней дружбе с Чеховым, о Максиме Горьком, о Глебе Успенском (и о той роли, которую он, возможно, сыграл в жизни автора), о Валерии Брюсове, о художнике Алексее Саврасове (я теперь по-другому взглянула на его картину "Грачи прилетели"), а также о других, менее известных или совсем неизвестных нам людях.

Больше всего мне понравился рассказ о Чехове, с которым Гиляровский был очень дружен на протяжении всей жизни, вплоть до последней телеграммы, где сообщалось о смерти Антона Павловича —  Владимир Гиляровский - Антоша Чехонте.  Нежный, грустный рассказ. Сперва у них были мимолетные встречи, а потом началась дружба. Они были совершенно разные люди, но любили друг друга и дорожили своей дружбой, хотя со временем и немного отдалились друг от друга.

Об этой книге я могу говорить ещё долго-долго, так что лучше не тратьте время на чтение чужих рецензий, а просто возьмите да и прочитайте её сами. Пусть не сразу, не сейчас, а когда-нибудь позднее. Это действительно интересная книга (обе книги)! И познавательная. Здесь столько конкретики, столько разных мелких бытовых, уже ушедших в прошлое деталей и живых зарисовок с натуры, сколько вряд ли можно найти в какой-нибудь другой книге.

Честно признаюсь, Москва не тот город, в котором мне бы хотелось жить. И последнее время все мои поездки в нее перемежаются отношением к ней. Мне то нравится, я ищу в ней какую-то прелесть, но до жути не нравится и я хочу быстрее вернуться домой. Но книгу читать было интересно.

Автор, журналист по профессии, несколько лет назад и сам приехавший в столицу, пишет заметки. Да причем такие, какие не каждый бы журналист написал, потому что Гиляровский имеет доступ ко всем закоулкам и запрещенным местам, куда не всем доступ открыт. Интересно было узнать, что столица не всегда была такой идеально выстроенной и вычищенной. Как и многие города раньше, Москва имела свои проблемы с проектировкой и уровнем преступности.

Но благодаря своему слогу и времени написания автору отлично удалось передать ту самую атмосферу, что раньше царила в городе. Я так и представила воочию все эти трущобы, рынки сбыта краденного и теток, которые сидели на горшках с едой, согревая их своим телом.

Книга Владимира Гиляровского имела огромный успех в ХХ веке, в стране нищей и полуголодной. Вместо насыщения реальными продуктами люди… читали «Москву и москвичей». Наступал «сладкий миг» слюноотделения, но попытаемся вдуматься.

Описания, данные Гиляровским, представляют собой два типа: либо сытое богатое целое (еда, купечество и т.п., порой с дежурным негативным оценочным подтекстом как дань народническому духу или советской эпохе), либо уродливая грязная нищета. Между двумя этими полюсами и выстраиваются очерки в книге, разбавляемые слащавыми воспоминаниями об актерах и писателях. Всё это своеобразное, но, в общем, закономерное продолжение «натуральной школы» 40-х годов XIX века.

Нельзя сказать, что Москва Гиляровского – чистая выдумка, но это и не документальное историческое повествование. Перед читателем, конечно, журналистика, периодически впадающая в откровенное преувеличение – вот вам и «передовой отряд» литературы! И так уж вышло, что Гиляровскому всегда приходилось покривить душой в угоду тому или иному режиму (царскому или большевистскому), идеализируя то, что, видимо, ему было совсем не близко (политически «правильные» вставки в тексте бросаются в глаза).

Сама по себе фигура Гиляровского – плод его мифологического сознания. Не на пустом месте, безусловно: была и сила физическая, и авантюризм. Но вот на чём зиждилась его дружба с хитровцами, и считали ли они его своим – большой и неоднозначный вопрос. Да и где такой человек мог быть в своей тарелке? Вряд ли уж в интеллигентной среде.

Таким образом, книга – «мутный источник», требующий всё-таки не только эмоционального восприятия, я бы даже сказал, оголтелого приятия, но и некоторого читательского скепсиса.

Скажу честно, когда я решила прочитать эту книгу, я была настроена получить новые знания касательно основных достопримечательностей нашей столицы, пройтись по знакомым улочкам, заглянуть в известные храмы и музеи. Но по факту получилось, что я всё это виртуальное путешествие провела в притонах, кабаках и трактирах, и даже в канализации побывала. Нет, я на самом деле против ничего не имею - это тоже часть нашей жизни. Но все-таки я настраивалась на более красивое путешествие.
Хотя, со второй половины книги ситуация изменилась и из канализации и бандитских подворотен мы с автором вышли в белый свет. Заглянули в бани (что, кстати, наверное, мне было интереснее всего), побывали в различных творческих кружках, посмотрели как жили студенты тех времен и как работали пожарные. Очень интересна была часть про художников (в частности - Левитана).
Неплохие отступления в виде шуток и различных рассказов о некоторых выдающихся личностях достаточно скрасили местами скучноватое повествование.
А так, в принципе, могу сказать, что путешествие удалось. Что ж поделаешь, если Москва конца 19-го века была именно такая? :)
P.S. Сразу видно, что товарищ Гиляровский - любитель вкусно выпить и не менее вкусно закусить ))) Только за одно такое описание можно поставить пятерку:

Бралась за книгу по совету филолога-журналиста, он проходил Гиляровского в ВУЗе, как пример качественных репортажей. Совершенно не ожидала, что книга понравится так сильно. Книга принесла массу открытий, начиная от новых слов и московского говора (начала понимать, почему некоторые коренные москвичи говорят именно так:), заканчивая названиями и характером мест. Очень удачно, что байки, анекдоты и зарисовки быта нанизаны на географию. Можно устраивать себе квесты, взяв книгу, идти в поля, выискивать описываемые места, представлять как выглядели дома, которых уже нет.
Понравилось, что Гиляровский описывал быт, такой, каким он был и про который никто не писал. Ведь тогда это казалось обыденностью и банальностью, а сейчас и в голову не пришло бы, что могло быть так.
И посмеялась, и ужаснулась, и погрустила, но в первую очередь все же обогатилась знаниями. Вместо шумного мегаполиса я увидела что-то еще, можно сказать, что книга помогает найти свою Москву.

Заинтересовал личностью Владимира Гиляровского и заставил прочесть эту книгу очерк К.Г.Паустовского «Дядя Гиляй». «Каждому времени, - пишет Паустовский, - нужен свой летописец на только в области иcторических событий, но и летописец быта и уклада». Таким стал дядя Гиляй, «человек неукротимой энергии и неудержимой доброты». Но больше всего он прославился как знаток и бытописатель Москвы.

Меня всегда интересовала историческая география родного города. Обычно этого требует разум, но случаются периоды, когда просит сердце.

Книга временами захватывала, а иногда я скучала. Но в целом — понравилось.

Эта книга — описание Москвы конца XIX – начала XX веков, представляющая панораму жизни города. Дядя Гиляй знал Москву, любил и дышал ею, и притом не только Москву блистательную, но и неприглядную, «трущобную» тоже.

Мне же было интересно узнать «неизвестную Москву» в знакомых и любимых улочках и дворах, увидеть их такими, какими они были тогда.

Это моя любимейшая книга. Раньше читала ее урывками. Теперь прочитала всю от корки до корки.
Пестрая Москва. Всю ее обходил Дядя Гиляй - от зловонных кабаков Хитровки до блестящих витрин Елисеева. Автор беспристрастно констатирует факты. Но от многих из них, честно говоря, волосы встают дыбом. Это то, что находиллось за ажурным фасадом "belle epoque".
Отдельную симпатию вызывает сам Гиляровский. Этим человеком сложно не восхищаться. Он всюду поспевал - и на бега, и на пожары, и на встречи литературных кружков. Статью настоящий богатырь, страстный любитель степей и охот, он не терялся в большом городе. И его перо сохранило для нас подлинный облик дореволюционной Москвы.

Конечно, об этой книге слышали многие: ее советуют не только в школе, ее даже Минобразования советует. Мне она представлялась сборником зарисовок о старой Москве, составленным человеком, который жил в этой старой Москве и знал все улочки и закоулочки. А еще мне представлялось, что этот человек испытывает некоторую ностальгию и любовь к предмету, который описывает. Вот здесь меня и ждало несколько разочарований.

Безусловно, Гиляровский хорошо знал старую, дореволюционную Москву. Начиная с 80х годов 19 века он работал в Москве журналистом, не боялся забрести ни в одну подворотню, ни на Хитровку, ни даже в канализацию. Он был знаком с людьми из разных социальных слоев, был вхож в разные общества, а также в трактиры, булочные, рестораны, бани, гостиницы и рынки. Именно характер его профессии и его неутомимые поиски забавных или шокирующих историй, сенсаций позволили ему представить читателю зарисовки о самых разных областях жизни в Москве. И все-таки настоящего, увлекательного рассказа о той, дореволюционной Москве не получилось, нет.

На мой взгляд, первопричиной этому стало время написания произведения. Когда я прочитала, что дата первой публикации книги - 1926 год, а второй, что еще мрачнее, - 1934, моя радость от предстоящей встречи с книгой поубавилась. Понятно, что, как бы там автор хотел или не хотел, ему надо было написать про жирных буржуев, славную революцию, и красоту Москвы новой, советской, по сравнению с грязной, коррумпированной и развращенной дореволюционной Москвой. На страницах книги было много студентов с их демонстрациями, рабочих с их стачками, много буржуев с растягаями, много взяточников и много грязи.

Я заметила, что когда автор нехудожественного произведения поглощен темой своего исследования, например, историческим персонажем или исторической эпохой, он как бы невольно начинает защищать их перед читателем, испытывает, может быть, не явную, а какую-то скрытую (даже для него самого) симпатию. И такие книги читаются, как приключения, потому что увлечение автора темой заразительно. А вот с Гиляровским такого не произошло. Я не почувствовала любви к той исторической эпохе, к тем зданиям, улицам и людям, к тому городу; пусть даже не любви, но хотя бы симпатии...

Еще один минус книги для меня состоит в том, что зарисовки о Москве показались мне неструктурированными, недоработанными в какой-то степени. Да, автор разделил произведение на главы (иногда он рассказывал про отдельные улицы или районы города, иногда про трактиры или бани), но при этом в разных главах повторялось порой одно и то же чуть ли не дословно: иногда читая, я ловила себя на мысли о том, что про то или иное событие (например, про проход заключенных по Тверской или про Неглинку и канализацию) я уже читала несколькими десятками страниц раньше. Наверно, половина книги была посвящена всяким кушаньям, трактирам, ресторанам, магазинам и обжорам. В названиях этих трактиров я запуталась и сразу же благополучно их забыла, кушанья повторялись из трактира в трактира, так что эффект дежавю не покидал мне долго.

А еще книге, безусловно, не хватало подробной карты города той эпохи. Я не москвичка, и ориентироваться в названиях улиц и райнов было тяжело. С картой чтение было бы интерактивным, а, значит, и более интересным.

Гиляровский оставил для потомков достаточно красочные зарисовки Москвы: наверно, они очень полезны для тех, кто пишет книги о той эпохе, ставит фильмы, действие которых происходит в Москве конца 19 - начала 20 века. Мне чтение показалось, увы, скучноватым. Несколько забавных эпизодов (в том числе, мой любимый про сайку с тараканом) мало что внесли в общую картину. Единственный безусловный плюс от книги: всю прошлую неделю я отлично высыпалась)

Песня плывёт, сердце поёт,
Эти слова - о тебе, Москва! (с) М. Магомаев.

Нельзя коренной москвичке было пропустить такую книгу. Я и не пропустила. И мне понравилось, не смотря ни на что.
Исторический аспект книги просто потрясающе красив. С этой книгой можно ходить по Москве, разглядывая улочки и посещая все самые красивые и туристические места моего города. Это книга о нашей истории нашего родного и столько всего пережившего города, это наши домики и улочки конца 19 - начала 20 веков. Это наши проспекты и аллеи, исхоженные тысячу раз, но упорно хранящие свою ценность и историю. Это и быт старой Москвы, ремесленников, аристократов, трактирных "жителей", это и любимые актёры, и высшие чины.
Улицы-улицы. Названия которых нам ни о чём не говорят. А вот Гиляровский с упоением рассказывает о них. Пробираясь сквозь строки, я будто брела по Москве тех веков, будто рядом шли те же люди, а вокруг так же играли скрипачи. И по мере приближения к концу повествования, я ощущала себя в совершенно другом месте. 100 лет - это много или мало? А Москва изменилась. Она не будет, как прежде. Хорошо это или плохо? А кому судить то об этом. Но вот душу мою раздирали воспоминания, связанные с тем или иным местом в Москве. О многих местах и закоулках я даже не догадывалась, а некоторые прямо окутывали воспоминаниями. После прочтения складывается какое-то особенное впечатление о старых улицах Москвы. Я будто раскрывала Москву с новой стороны. В начале книги мы встречаем трущобных людей, которые есть и сейчас, независимо от власти, от времени - они будут. Всегда и везде.
И возникла мысль, что это тайна, которую раскрыл нам Гиляровский. Её нужно знать. Равно с тем, как нужно знать историю Москвы и москвичей, пронизанных бытом прошлых веков.
Удивительно, но факт: книга вызывает совершенно разные и несколько противоречивые эмоции и местами читать её не так легко, как хотелось бы. Но кто говорил, что исторические составляющие будет легко читать? А вообще здесь есть и нотка грусти, и частичка юмора, что не дает повествованию слиться просто в набор исторических фактов и былин. Поэтому раскрывайте для себя "новую старую" Москву, читая Гиляровского.
Приятного чтения!

Нажать

Рецензия написана в рамках игры "Несказанные речи".

Совершенно невыносимая тягомоть. Мучалась с ней месяц, и в аудио пыталась слушать, и на бумаге. Интересно мне было три раза - про учеников-художников, про банщиков и немного про студентов что-то было. Всё остальное - выпиваи, еда, интерьеры, московские улицы, воровство, карточные игры. Мысль постоянно ускользает, я даже не могу сейчас вспомнить, что же я такое читала, только облегчение чувствую, что закончила. Как-то так написано, что приходилось порой по несколько раз к началу фразы возвращаться. Если бы не читала до этого классику, решила бы, что просто тупенькая. Но вроде нет, обычно справляюсь.