Вербы Вавилона

Если вы ищете книгу, которая объединяет историческую реконструкцию с художественным вымыслом, то "Вербы Вавилона" — это именно то, что вам нужно.

В центре истории — жрица Шемхет, служащая богине смерти. Её жизнь наполнена обетами и долгами перед богами, но всё меняется, когда она влюбляется в военачальника Арана. Этот внутренний конфликт между долгом и личными желаниями — одна из главных тем произведения. Что важнее: чувства или судьба?

Автор мастерски сочетает исторические факты и мифологию, создавая живую картину Вавилона. Описание жизни, обычаев и верований того времени настолько детализировано, что вы словно сами переноситесь в эту древнюю эпоху. Вы почувствуете атмосферу Вавилона и осознаете вечность тем любви, предназначения и борьбы с судьбой, актуальных и по сей день.

Несмотря на то, что некоторые моменты в книге могут показаться затянутыми и развитие сюжета временами идет медленно, это не умаляет ее достоинств. В "Вербах Вавилона" есть множество сильных сторон, которые делают чтение увлекательным.

В целом, это произведение идеально подойдёт тем, кто готов погрузиться в неторопливое, но насыщенное и глубокое повествование. Эта книга станет захватывающим путешествием в глубины человеческой души и древней истории.

Каждый раз, когда беру в руки историческое фэнтези — боюсь. Что автор обратится к событиям, а не сути, сделает пересказ, а не анализ. Я вообще боюсь исторического фэнтези — в нем слишком легко разочароваться, а проделанная автором исследовательская работа часто не приносит тексту ожидаемой достоверности. Но «Вербы Вавилона» Марии Воробьи — это не историческое фэнтези, это фэнтези в исторических декорациях. И все же оно даст фору любому нон-фикшен труду.

Я с первых страниц точно могла сказать, что автор поставила на первое место в этой книге, что собрало весь этот текст и вдохнуло в него жизнь. «Вербы» — это две непостижимые субстанции во главе угла. Дух и слово.

Дух — это тот образ мысли древнего человека, за которым гоняется каждый хороший автор. Потому что древние люди не мыслили теми категориями, которыми мыслим мы. Наивность и невинность жрицы Шемхет в некоторых вопросах — это не слабоумие, это душа. Даже то, как я до последних глав недоумевала, действительно ли это фэнтези или все же магреализм, на самом деле про дух. Как современный читатель я вижу, что боги говорят с людьми, и для меня это глюки от трав. Но никто внутри книги не задается вопросом, куда уходят мертвые, зачем Вавилону жрицы и почему нужно их слушаться. Наличие Бога и его всемогущества для древнего человека безусловно. Сказали покормить мертвых — иди корми, а пятно на щеке — точно отметина злых сил. Внутренний мир книги существует в этой наивности, безусловности и первородной жестокости. И это очень поэтично и достоверно. Как у Манна в «Иосифе и его братьях»: не карикатуры и не библейские сказания, а люди со своей внутренней жизнью.

Слово — это сумасшедшая работа с языком. Слова там складываются больше как пазл, а не как текст. Вставляются и врастают одно в другое. Одна и та же фраза, повторенная в других обстоятельствах и в иной последовательности, приобретает мистически новый смысл. Это не текст, а заклинание. Сейчас будет дерзко, но кроме Фолкнера и Набокова я не знаю почти ни одного автора, настолько пристально следящего за местом, ритмом и акцентом слова как смысловой единицы. Это текст, в котором нет ни одной лишней буквы, ни одного лишнего слога. Это как гекзаметр, написанный не гекзаметром, структурный, ритмичный и певучий, как поэзия. И я не говорю, что Мария похожа на Фолкнера или Набокова, господи помилуй, конечно нет. Просто такой вышколенный, уместный, плавный и одновременно хлесткий текст — это не каждый писатель, даже при упорной работе. Это в каком-то смысле обязательство перед формой, дань великому эпосу, конечно, но и, страшно представить, сколько труда в словосложении. А что «Вербы» — это эпос, сомнений нет. И по форме и по внутреннему течению времени.

Вот есть знаковые книги, а есть книги великолепные. Я не уверена, что «Вербы» могу стать знаковой книгой в современных реалиях и в рамках спроса: слишком мрачные, слишком безрадостные, слишком про смысл, а не сюжет. Но великолепным, образцовым фэнтези с самыми разными регалиями легко могу их представить. По крайней мере, для меня это лучшая книга сегмента последних пяти лет — легко.

Зомби-апокалипсис во времена древнего Вавилона, ожившие шумерские боги и история жрицы смерти – вот, что ждет нас в этой книге.

Перед нами Вавилон. Шемхет жрица богини смерти Эрешкигаль, более того, она царевна, дочь правителя, свергнутого собственным братом; женщина, видевшая падение одного из величайших царств. Ей запрещено выходить замуж и иметь детей, и все же она ничего не может поделать со своим сердцем, которое когда-то отдала Арану, сыну советника царя, предателю, поддержавшему врага. 

Благополучие Вавилона висит на волоске, сможет ли новый царь стать спасением? 

Мы видим путь Шемхет, ее борьбу, ее принятие, ее бесконечное смирение. 

Язык книги напоминает язык легенд и мифов. Автор вставила еще и настоящую мистику, которая неплохо вяжется с мифами, а именно, мертвецов, которые напали на город. 

Вообще книга довольно жестокая, но она заставляет задуматься над смыслом жизни, над посмертием. 

А после прочтения остается странное послевкусие, будто ты и сам бессмертное существо, наблюдавшее гибель великой цивилизации.

#LeriPen_отзывы

Давно мне не попадалось такой замечательной книги. На мой взгляд, книжному рынку очень не хватает горьких историй, неспешных и вдумчивых. Здесь нет беготни ради беготни, насилия ради насилия, ужасов ради ужасов, любви ради любви и тем более — смерти ради смерти, хотя главная героиня — жрица Эрешкигаль.

Не отнесла бы я этот роман и к жанру фэнтези: на мой взгляд, это некое мифологическое или мифологизированное повествование, хорошо проработанный исторический роман с мистическими элементами.

Собственно, Междуречье в массовой культуре, особенно вне библейского контекста, представлено мало. Если не принимать в расчет корпус древних текстов, вроде всем известного Эпоса о Гильгамеше и сохранившейся поэзии, то на ум приходит только роман  «Царь Гильгамеш» Роберта Сильверберга, «The Assyrian» Nicholas Guild, ну и «The Forgotten Tale of Larsa» Seja Majeed. В кинематографе дела обстоят как будто бы еще хуже. В свое время я находила лишь пару релевантных картин, и обе были немые, а к вышеназыванному региону обращались только в некоторой части.

Тем приятнее и интереснее было читать «Вербы Вавилона». К тому же  они написаны именно в той манере, которую ищешь в любой истории о Древнем мире. Роман лаконичен, сдержан, неспешен, суховат, точно глиняная табличка, но тем сильнее впечатление, которое он производит.

Здесь жизнь плотно сплетена с мифом, и мне как читателю было очень интересно наблюдать за тем, как на разных уровнях раскрывалось взаимодействие между миром богов и людей.

Я бы сказала, что эта история о человеке перед лицом истории, о следующей своим чередом жизни, такой же неумолимой, как поступь неотрывно идущей за ней смерти.

Любовная линия, лаконичная, необычная, меня, к сожалению, не тронула. Мне все время казалось, будто в ней присутствует какая-то современная нота, и я никак не могла от этого впечатления отделаться, хотя объективно отношения Шемхет и Арана из канвы повествования никак не выбивались. Так что будем считать, что это какое-то чисто субъективное искажение, не испортившее, однако, впечатлений от романа.

Больше всего мне понравилась история Инну, которая вызвала у меня именно те горькие чувства, которые я так люблю. Хороши были и апокрифы.

Я не могу не отметить, что роман «Вербы Вавилона» — очень вдохновляющая книга. Но это как раз одна из тех книг, которые вдохновляют не тем, что подвигают читателя ей подражать или искать похожие произведения, но тем, что обращают к созерцанию омута собственных чувств, что особенно ценно.

Не свое, но чужое – богов, мертвых и живых.

Древний город, великий город, сколько тайн хранят твои стены, сколько загадок…

Некоторые из них послужили канвой для замечательной истории Марии Воробьи «Вербы Вавилона»

Город в книге – не фон. Скорее, живой организм. И ритм его сердца пробивается через строки.

И даже смерть в нем живая.

«Вербы Вавилона» – это роман об образе первого мегаполиса. О его падении.

Эта книга о цене, которую платит человек времени. Об утрате, которая становится общей. О долге и о стыде. О царях и безумных пирах во время голода. О любви и бесконечной скорби.

«Царевна Неруд родилась пятой, живой после четырех мертвецов, первой живой дочерью царя.

«Живая, живая», — смеялись от радости во дворце женщины с раскрашенными глазами.

Значит, царское семя цепко.

«Живая, живая», — радовались мужчины с кучерявыми бородами на улицах города.

Значит, у царя будет когда-нибудь и сын-царевич.

«Живая, живая», — плакали надрывно вербы, склоняясь к серебристым и черным водам Евфрата.

Раз живет, значит, будет страдать».

Мария Воробьи создала текст, в котором магическое мышление тонко сплетается с реальными фактами. Каждое слово будто проникает под кожу.

В центре повествования жрица богини Эрешкигаль – Шемхет. Обеты разделяют ее с возлюбленным. Поэтому читателя интригует вопрос – что выберет героиня: долг или чувства?

Для меня в романе любовь – это мост между жизнью и смертью.

К слову, не только любовь мужчины и женщины. Но и материнская, сестринская.

Великие империи рушатся. И скрытыми под руинами остаются судьбы людей — их страхи, желания.

Их горе, которое ты пьешь страница за страницей из глиняной чаши. И в конце концов тонешь в море утрат и боли…

Чтобы найти в нем неожиданное спокойствие и, может быть, даже урок

«Где ты будешь, если башни Вавилона вдруг разрушаться, а у стен замка появится многотысячное войско? На стенах, чтобы их защищать, в подвалах, чтобы прятаться, в повозке, чтобы бежать, или ночью у ворот – чтобы их открыть?

Наш мир очень хрупок… Нас мало, а враги наши многочисленны. Но главные наши враги – мы сами».

Горькая, терпкая, тягучая.

Пугающе реальная.

Когда ты с первых же строк понимаешь что эта история затянет тебя, перемелет и выплюнет ошмётки. Безысходная и безнадёжная.

Когда первое же предложение выкачивает из тебя весь воздух.
Как удар поддых.

Когда каждое слово как осколок стекла.
Царапает. Режет. Застревает в ранах.

Без единого шанса.
Вавилон падёт.
Сердце будет разбито.

История Шемхет - жрицы богини смерти, вавилонской царевны - завораживает, притягивает, гипнотизирует.

У автора получилось казалось бы невозможное - перенести нас в Древний Вавилон, со всеми его традициями, обычаями и тайнами. Передать атмосферу, погрузить в историю. Вавилон тут удивительно живой, реальный, осязаемый.

При этом герои этой истории - будь то Вавилонский царь или жалкий раб- понятные и простые. Ты разделяешь их горести и страхи, понимаешь мечты и желания. Их чувствуешь. Им сочувствуешь.

Персонажей много, у них сложные для нашего восприятия имена и когда только начинаешь читать кажется что в какой-то момент ты просто утонешь в этом море людей, но нет. Все они яркие и самобытные, со своей судьбой и характером. Не спутаешь. Не забудешь.

Мария ловко и бережно переплетает их судьбы, постепенно погружая нас в свою историю.

Летопись.

Летопись жизни и смерти целого города. Империи.
Любви.

Летопись, в которой переплелись история и магия, реальные персонажи и древние боги, чувства и долг, верность и предательство.

Я покорена и повержена.

Как бы я ни старалась вслушаться, дать книге второй, третий, четвертый шанс, так и не смогла дослушать до конца. Для меня она осталась скрупулезным литературным изложением периода истории древнего Вавилона перед его падением. Вроде бы персонажи тщательно прописаны - но куда больше внешне, чем под углом их внутренних переживаний. Любовная линия Шемхет и Арана, вялотекуще развиваясь, как-то бесславно обрывается, не оставляя в душе никаких эмоций. Историческая канва тоже показалась невнятной. Может, я просто не поклонник истории Древнего мира и все дело в этом? Из плюсов - захотелось еще раз посетить зал искусства Древнего и Ближнего Востока в Пушкинском музее, и голос чтицы понравился. Убаюкивал.

Вербы Вавилона.

Топовая история!

За что я люблю книги издательства Полынь, так это изюминка в виде исторической составляющей.

Прекрасная, темная, горькая история жрицы богини смерти, с ее непростой судьбой и несбыточной мечтой о любви и семье. Ей не суждено быть ни с кем, она не может иметь детей и может быть только служительницей богини. Но кто запретит ей любить?

Незабываемые описания древнего города, обычаев, традиций, дикие подробности ритуалов и шокирующие кровавые сцены, массовые смерти от голода и чумы, пиры и жертвоприношения.

Приглашаем всех любителей истории и настоящей литературы открывать для себя этот шедевр. Не упустите возможность окунуться в мир, полный мистики и эмоций!