Цитаты из книги Вербы Вавилона

В сердце каждой битвы клубится тьмой измена. В падении каждого царства есть человек, который откроет ворота.

Нельзя рожать сыновей - их убивают другие мужчины. Нельзя рожать дочерей - их берут в жены убийцы.

Скоро мои черные чертоги вновь пополнятся тысячами призрачных душ, что будут плакать, стенать о своей земной жизни и никогда не утешатся.

Шемхет боялась его, пока он был жив, и полюбила его, когда он умер. Все боялись его, покуда он был жив, но немногие полюбили его после смерти.

В горе надо быть спокойным, в горе надо вести себя с достоинством.

Шемхет омывала и уличных блудниц, и вельмож,

и жрецов - всех. Для смерти все равны.

Шемхет подумала, что ошиблась: не смерть есть след-

ствие любви, а любовь есть защита от смерти.

«Персов хранит их количество. Вавилонян – легенды о них»

Редко, очень редко, но случается, я вижу такие раны, что мне хочется закрыть глаза. Иногда эти раны от хищных зверей. Или падения с высоты, или это результат случайности, пожара, падения с телеги. Но иногда такие раны наносят люди. И эти раны — страшнее всего.

Математика живых безжалостна, а математика мертвых милосердна.

Жена принадлежит мужу. Плод ее чрева принадле-жит мужу. Но жена царя еще больше принадлежит царю, чем жена крестьянина - своему мужу, потому что цари воплощают собой закон и порядок.

Берегись, царь Вавилонский. Колесница Вавилона застыла над пропастью, и, если она падет туда, то ничто не спасет тебя, царь, твой Вавилон и твой народ. Берегись, царь. Спи, бодрствуя вполглаза. Соверши невозможное, царь, иначе ничто не спасет тебя — и нас.

– Ты? - улыбнулся сын. - Отец, я люблю и почитаю тебя, но ты не можешь натянуть лук. Ты едва владеешь мечом. Как ты завоюешь мне царство?

– Лестью, обманом, подкупом, посулами, клеветой, наветами, ложью - так завоевываются царства, разве ты не знал?

- Ты счастливый. Ты умер рано. Ты не застал падения. Тебе не пришлось всё это выносить. Что теперь останется от нас? Какие песни о нас они сложат? Те, что нас поглотят, те, что нас поработят, те, что нас победят? Они скажут, что мы были злы, жестоки и развратны. И голос их один останется в веках, и не будет никого, кто мог бы защитить саму память о нас. Но ведь мы не были такими, любимый? И тут Аран повернул к ней лио и сказал:

• Нет. Мы не были.

— Почему тебя не убили в детстве? Ты — чудовище. Дурной знак. Таких младенцев надо душить на алтаре. Почему ты еще жива?

— Я не знаю, — сказала Инну. — Мой государь велит это исправить?

Бере-гись, царь. Спи, бодрствуя вполглаза. Соверши невозмож-ное, царь, иначе ничто не спасет тебя - и нас.

Не лук погубил его, не клинок погубил его, а погубила его любовь, любовь его — царевна Шемхет.