Из года в год я пытаюсь плодотворно познакомиться с азиатской литературой. Но, к сожалению, кроме Саяки Мураты никто в душу не западает. Так произошло и здесь.

История мне показалась максимально не интересной, а линейность повествования - скучной. Расследование преступления высосаным из пальца. Типа так обычно происходит, но в данном конкретном случае что-то не так. И как это понимать?

Книга ничем не зацепила и дочитать до самого конца, к сожалению, я не смога. Даже с неудачным сюжетом можно смириться. В конце концов у многих моих любимых авторов в библиографии присутствуют откровенно слабые истории. Но здесь у меня скорее претензии к стилю изложения текста автором, ну либо к кривому переводу. Книгу советовать не могу.

Ещё один японец в моей литературной практике. И ещё один основоположник. В этот раз политического романа и, даже скажу, с реальными фактами в основе. Сэйтё Мацумото писатель необычный. Если заглянуть в его биографию, то можно выяснить что был он талантливым самоучкой с левыми взглядами. Именно он изобрел новое направление суйри сёсэцу в японской литературе. Коррупция, шантаж, взяточничество в экономике и политике - обличительные истории, которые трудно назвать просто детективами.

И, конечно, особый стиль автора. Очень дотошный, неторопливый, с постоянным проговариванием и обсуждением известных фактов и проверкой теорий. От Мацумото не дождешься раскрытия психологического портрета преступника. Его позиция всегда жёстко определена и не даёт читателю возможности для сомнений. Автор отчётливо "артикулирует" в вопросах что такое хорошо, что такое плохо. На первый взгляд истории суховаты и перегружены мелкими деталями. Но в процессе чтения втягиваешься в монотонность самого расследования и становишься заинтересованным участником. Отсутствие эмоциональной нагрузки в рассказе не обезличивает героев, а всего лишь показывает как именно выполняет свой долг следователь.

"Точки и линии" это рассказ о преступлении, которое от начала до конца построено на расписании поездов и самолетов. Просто утопаешь в железнодорожных линиях, в точках отправления и прибытия, в цифрах. Временные рамки возможного и невозможного нам придется просчитать не единожды с Киити Михара и Дзютаро Торигаи. Один усомнится в "самоубийстве влюбленных по сговору" на Касийском взморье. Другой сможет связать эти смерти с громким экономическим преступлением, в котором были замешены весьма влиятельные и высокопоставленные чиновники.

Непосредственное начальство и Киити, и Дзютаро скептически отнесутся к, на первый взгляд, бесперспективному изучению железнодорожных расписаний. Глухая стена предоставленного алиби долго не будет поддаваться убеждению Михиры в виновности уверенного дельца, не брезгующего помощью и прикрытием своих покровителей в министерстве. Когда рыльце в пушку и кресло в кабинете подгорает, люди готовы на многое. Даже сделать вид что не понимают к чему ведут намеки и тщательно продуманное алиби исполнителя. Прикрыть глаза и не запачкаться лично? Вовлечь очередного подчинённого в грязную игру и повязать непосредственным участием? Все средства хороши, когда на кону стоит обвинение в коррупции и взятках.

Примерно до половины история топчется на месте. Читатель уже, возможно, вздохнет пару раз от перечисления станций и поездов...а помощник следователя все никак с бумажками не разберётся. Впрочем, отдельно он ещё все с подробностями напишет лично в письме, для Торигаи. Посетует на коварство женское. И соберётся навестить. В следующем рассказе.

На пляже в Кюсю найдены два трупа – мужчина и женщина. Рядом с трупами – бутылка из под сока со следами цианида, из чего копы делают вывод, что это было синдзю, «двойное самоубийство влюбленных». Подобные инциденты в Японии расследовать не принято, поэтому дело закрывают, несмотря на тот факт, что покойный был ключевым свидетелем в деле о коррупции в министерстве торговли. Но старый сыщик из провинциального полицейского участка находит в этой истории подозрительную неточность и сообщает об этом в столицу, откуда на его сигнал мгновенно прибывает молодой и энергичный следователь.

До этого момента роман напоминает старые советские детективы поколения «Следствие ведут знатоки». Но потом книга внезапно меняется и превращается в крутую арифметическую задачку. Дело в том, что у копов есть идеальный подозреваемый, который мог совершить преступление, но вот незадача – в день убийства он находился на другом конце Японии, в Саппоро. Полиция знает, что подозреваемый в совершенстве изучил весь транспортный график страны, поэтому весь смысл расследования не в поиске мотива, улик или орудия убийства, а в том, чтобы математически вычислить и доказать, что подозреваемый мог находиться на Кюсю в вечер убийства.

На протяжении полутора сот страниц герои судорожно висят над железнодорожными картами, графиками автобусов и расписанием самолетов, чтобы свести концы с концами, точки с линиями. Звучит это, возможно, не так круто, как мне сейчас кажется, но если хотя бы раз в жизни вы пытались составить расписание для собственного путешествия с применением всех перечисленных видов транспорта (самолета, поезда, автобуса, такси), то должны почувствовать это страшное, куражное, буквально сносящее голову ощущение.

Добавьте к этому, что убийца не должен был нигде светить свои документы, что добавляет его агенде еще больше сложности. И респекта.