Ночные дороги

Содержание книги было заранее понятно, как из её названия, так и из краткой аннотации. И книга ни на секунду не обманула меня как читателя. Это действительно тяжелый и депрессивный текст. И то, что читать эту книгу было не нужно с самого начала – это точный и стопроцентный факт. По форме «Ночные дороги» это что-то среднее между эссе и дневниковыми записями. Содержательно – записки эмигранта, вынужденного работать в парижском такси, о социальном дне Парижа, к которому он относит, как это видно, всех своих пассажиров и знакомых без единого исключения. При этом, автор ставит себя отдельно. Закутывается в белое пальто и как будто встает на высокую табуретку посреди окружающего его беспросветного мрака. «Я не такая, я жду трамвая». Тов. Газданов оказывается очень надменным и искренне злым гражданином, который от всего сердца ненавидит большинство своих пассажиров и знакомцев. При этом он режет правду матку в лицо и считает свою врожденную грубость новой формой искренности. Также как и по какому-то заблуждению считает, что за эту прямолинейность все находятся от него в восторге.

На выходе получается довольно желчная книга, хотя и написанная высоким слогом. Так, что иногда кажется, что это текст из глубокого 19 века, несмотря на 1902 год рождения автора. При этом свою молодость Гайто вместо проходящего факта биографии заносит себе (ненароком) в актив: Легко глумиться над бывшими генералами, чиновниками МИД и постаревшими светскими львицами, если сам ты не успел еще нажить свои годы так, чтобы тебе было хотя бы что-то от них терять. Усы блин и хвост – вот пока и все твои документы, следуя заветам кота Матроскина. С учетом 15-летнего возраста юноши на момент революции 1917 года – что бы он мог успеть безвозвратно утратить? Воспоминания о падающих листьях в парке и гимназических годах? При том, что именно возраст позволял ему оставаться в эмиграции выносливым, продолжать надеяться на перспективу, и избегать ещё неслучившихся сожалений.

В то же время мне не удалось понять, чем именно автор отличается от своих персонажей? Тем что пьет молоко вместо вина и виски? Слабое различие, честно говоря. В нем кипит внутри слишком много ненависти и презрения к своим пассажирам. И хотя он оговаривается, что вторым смешанным чувством в букете он как будто бы испытывает жалость, но жалости к своим героям я у него не увидел. Он не пытается их понять, не пытается встать на точку зрения хотя бы минимального сочувствия к ним. Нет – все порочные, опустившиеся люди. Бывшие, спившиеся, слабые, глупые, неразвитые. Уровень его эмпатии – ноль. Все его герои – это чисто описательная функция текста. Он готов их проанализировать, разобрать все причины, по которым ему кажется они оказались в данном жизненном положении, готов предложить свою оценку и типологию. Но делается это холодно и максимально отстраненно, без какой-либо попытки снизойти, вникнуть, услышать. Однако автор случайно, и по счастью, нашел для себя подходящую характеристику:

Вот именно так он и относится к своим персонажам. Как если бы они должны были быть Им! Но по душевной слабости оказались не более, чем собой. При этом описания Газданова, надо отдать должное, довольно подробны и содержательны. Пороки, страсти, человеческая типология и пр. и пр. – всё со вкусом. НО. Всё это было написано много раз до Газданова. Тысячекратно. И ещё столько же раз после. Поэтому книга кажется глубоко вторичной. Может быть, не зря Википедия пишет, что открытие Гайто Газданова в России состоялось только в 1990-е годы? Может не просто так ему не хватило известности, чтобы встать в первый ряд литературы? Зачем все эти комплиментарные сравнения с Набоковым? Может быть, всё по делу?

Эта книга интересна как свидетельство эпохи. В т.ч. за счет явной субъективности автора, которая является чертой времени ничуть не меньше, чем судьбы его героев. Чтобы сохранить какой-то конструктив – я готов считать «Ночные дороги» полезной книгой. Но все же скорее как литературный артефакт конкретного исторического периода, чем как «чистую» литературу. Читать её было любопытно, но на вкус слишком много танинов. Такое вино пьют для того, чтобы «вмазать». А тексты читают – чтобы шокироваться. Однако книга должна быть для чего-то, мне кажется, более человечного, вечного, утверждающего. По итогу я сам словил высокий стиль и перешел к помпезным выводам. Пардон. Интоксикация текстом. В общем – тяжелая книжка с пышным слогом и осадочным послевкусием. Вряд ли вам такое нужно. Книгу – в архив, в сундук, под кровать.

Париж, Париж…
Париж Газданова - зловещий и фантастический мир, как огромный, апокалипсический смрадный лабиринт.
Париж Газданова – длинная галерея человеческих лиц, появляющихся и исчезающих с бесконечно струящегося экрана.
Париж Газданова – наблюдения писателя за средой обитания бродяг, проституток, сутенеров, за кварталами, населенными парижской нищетой, за русскими эмигрантами, одни их которых превратившись в рабочих, приблизились к реальной жизни, другие, оставшись в воображаемых мирах и совершенно не интересуясь окружающим, постепенно спивались, и за теми, немногими, кто преуспел в новой жизни, но наименее русскими и наименее интересными для него.
Париж Газданова – наблюдения писателя во времена его работы таксистом. Как мне представляется, это был наиболее близкий ему труд на тот период (в отличие от других, где ему пришлось попробовать найти себе применение), вероятно именно своей возможностью следить и делать выводы. Наверное, уже тогда присущая ему проницательность давала материал для работы, как автору книг.

То, что это был не его круг, а лишь временное место пребывания – видно и без его собственных признаний.
Но он, несмотря на то, что чувствовал себя каждый день, во время работы, приблизительно как трезвый среди пьяных, - прошел через все это, через все эти встречи, через всех этих людей не мимо, а сосуществуя с ними.
А они, ежедневно окружающие его, увидели и почувствовали в нем, прежде всего Человека.
Это лишь подтверждает еще раз мое уже сформировавшееся о Газданове мнение.

К своему стыду, совершенно не знал этого автора. А в первый раз услышал о том что это один из почти современных классиков лишь в 40 лет. Что же, в этом есть некое приятное зерно - никогда не поздно открыть для себя нового автора и узнать чем же он покорил так много сердец.

Читая Ночные дороги, я уже понимал, что Газданов это во-многом Хемингуэй для потерянной России. Если Эрнест сам путешествовал как хотел и довольно рано стал жить писательским трудом, то Гайто пришлось изрядно помотаться. В прозе обоих авторов много автобиографических деталей, иногда эта проза выглядит как исповедь, иногда как забавное наблюдение, почти всегда как слепок времени и места, нравов и судеб.

Для меня Париж особый город, он был первым иностранным городом куда я попал и возвращался туда много раз, я смог мысленно проехаться по тем же переулкам, тем же площадям с автором, я мысленно увидел его героев, большей частью печальных. Я почувствовал дыхание этого города.

Видел критические отзывы что произведение бессюжетное, я бы так не сказал, я думаю что сюжет здесь заключен в фигуре автора - он жил, он живет, он будет жить. А вокруг будет радость и несчастье, красота и уродство, избавление и боль.

Роман по форме - дневник/поток сознания самого Газданова, охватывающий период работы таксистом в Париже. Герой фиксирует своё состояние и события из жизни своих знакомых: алкоголиков, проституток и городских сумасшедших. Отличие от дневника в завершённости историй, и строгой привязке к ним размышлений. По сути роман экзистенциальный, где с вопросами существования сталкиваются представители парижского дна.
Наиболее интересными мне показались не сами истории, а отражение в них рассказчика. В отстранённом отношении героя к бедам своих знакомых прослеживается закономерность, дающая понять его мировоззрение. Чем объясняется невмешательство, мог ли он вести себя по-другому? мог ли сделать больше? - эти вопросы, на мой взгляд, - ключ к пониманию романа.
Позиция сноба, который днём учится в университете, а ночью не хочет мараться о падших людей, здесь не применима. Во-первых, зачем же тогда посвящать таким людям роман, во-вторых, Газданов открыто выступает за тесную интеграцию в среду и упрекает других иммигрантов в нежелании меняться (вспоминаю эпизод с заводским рабочим в неподходящем костюме). Цинизм также не про героя: он сопереживает и интересуется чужой судьбой. Отсутствие веры в саму возможность помощи на границе с такими классическим в русской литературе фатализмом - вот что, на мой взгляд, движет героем.
Крах Российской империи, революция и Гражданская война, бегство во Францию и необходимость начинать с самого дна - всего этого герой не выбирал, но вынужден был пережить. Смерти друзей и близких, случаи, где самого живого его участия было недостаточно, убедили героя в невозможности спасти чужую жизнь и кардинально влиять на свою. Можно ли назвать это выученной беспомощностью? Кажется, что нет, потому что герой остаётся на плаву, учится и строит планы. Но благополучие зыбко, говоря даже не о социальном положении или месте в истории, а о том, как наблюдение за окружающими, казалось бы, холодное и безучастное, вызывает ступор у героя, невозможность встать с постели, вновь ставит перед теми же вопросами, от которых сходят с ума и спиваются знакомые. Это значит, что рассказчик не выше всех остальных персонажей, он среди них и не менее уязвим.
Книга понравилась своей ненадуманностью, возможностью прочитать дневник обычного в современном плане, т.е. работающего, человека, который не потерял интереса к жизни (выгодно отличается от дневников хозяев тысяч крестьянских душ).

«Я не понимаю, как вы это все выносите, будучи непьющим человеком. Вам надо пить, уверяю вас, иначе вы погибнете».

Как не сойти с ума, если днем ты учишься в Сорбонне и дискутируешь о философии с бывшим министром иностранных дел, а ночью – таксуешь по улицам Парижа? Наверное, пытаться максимально абстрагироваться от происходящего с тобой. Я думаю, так и получились у Газданова "Ночные дороги" – реакция здорового организма на «апокалипсически смрадный лабиринт», как он сам называет в повествовании этот период своей жизни. Очень занимательное чтение для тех, кому интересна оборотная сторона французской столицы между первой и второй мировой глазами эмигранта из России – совсем не романтично, но текст Газданова действует как-то гипнотически.

Первый роман Газданова для меня и, вероятно, не последний. "Ночные дороги" - любимый роман литературного блогера Александра Попова, очень он эту книгу нахваливал, в комментариях под видео народ тоже хорошо отзывался и о романе и об авторе. Короче пройти мимо я не смог.
По итогу, для меня лично, книга на крепкую четвёрку. Роман автобиографический, имена прототипов слегка изменены. Повествование ведётся о разных порочных или чудаковатых людях, о российских эмигрантах в Париже и их судьбах. Всё это написано хорошим слогом, автор действительно недооценённый.
Но, как и у некоторых других рецензентов, к личности Газданова и его поступкам есть вопросы. Зачем он, будучи трезвым человеком, так близко входил в общение со всеми этими проститутками, алкоголиками? Ок, ты работаешь ночным таксистом, но работа работой, а окружение можно же было сформировать получше? Он в баре философствует с алкоголиком, но неужели пьяный, пусть и умничающий чего-то там чел, не вызывает отторжения? Газданов пишет как устроился в контору, где ему по сути ничего не приходилось делать и всё было плохо там организовано, тем не менее, можно было сидеть в тихом месте и получать зарплату, имея много времени на то же чтение...но он уволился оттуда))
Как бы там ни было, произведение крепкое и многим должно понравиться.

Гайто Газданов приехал в Париж в 1923м, ему было двадцать. Он эмигрировал вместе с отступающей Белой армией, к которой примкнул в 15 лет, чтобы попробовать войну на вкус. Сначала он оказался в Крыму, потом в Турции, закончив русскую гимназию в болгарском Шумене, он переехал в Париж. Здесь он работает портовым грузчиком, мойщиком паровозов, слесарем. И долгие годы ночным таксистом.

"Ночные дороги" - автобиографичный роман о ночной жизни Парижа. В большей степени это роман о людях, населяющих парижское дно: проститутках, сутенерах, русских эмигрантах. Газданов рассказывает истории людей, которые вчера выходили из бального зала в мехах к ожидающему их такси, а сегодня сидят за рулем этого самого такси, надеясь заработать на еду. Мы узнаем историю каждого обитателя кафе напротив вокзала, куда Газданов приезжал по утрам выпить стакан молока. Мы следим за последними месяцами жизни Ральди - сброшенной с Олимпа дамы полусвета, которая играла самими влиятельными мужчинами Парижа, а сейчас доживает свои дни в обшарпанной комнатушке.

Я влюбилась в эту книгу с первой строчки. А возможно даже раньше. Знаете, как смотришь в глаза человеку и понимаешь, что пропал. Тут было так же. Роман Газданова как разговор с другом - что он делал, что он видел, о чем думал. Наполненный меланхоличной тоской, он проникает во все уголки твоих души и сознания и меняет тебя. Перевернув последнюю страницу, я уже была готова открыть первую и начать все сначала. Больше всего из прочитанного мной он похож на #КлубНеисправимыхОптимистов, который так же в свое время произвел неизгладимое впечатление. Но если тот роман еще оставляет мысль, что это всего лишь книга, то в "Ночных дорогах" ты понимаешь, что это все было на самом деле, и это непередаваемое ощущение. Да, я знаю, что эта рецензия опять наполнена детским восторгом, но ничего не могу с собой поделать. 10/10

"Это объяснялось не только тем, что мечтатели были деклассированными людьми, добровольно покидавшими действительность, которая их не удовлетворяла: в этом была еще и чисто славянская готовность в любое утро, в любой день, в любой час своего существования отказаться от всего и все начать снова, так, точно этому ничего не предшествовало, - та варварская свобода мышления, которая показалась бы оскорбительной каждому европейцу."

Как-то смотрела старый фильм про таксиста, которому пассажиры рассказывали свои истории. Здесь нечто подобное. Русский эмигрант работает таксистом в Париже и описывает свою работу, клиентов, знакомых проституток, работяг, пьяниц, завсегдатаев кабаков, всю ту бытовуху, которая окружает его каждый день. Делится своими наблюдениями о встретившихся ему человеческих судьбах, рассказывает вполне жизненные истории, в основном грустные. Несмотря на печальные сюжеты, тон повествования ровный и даже оптимистичный, автор не теряет надежду, что все будет хорошо. Книга мне понравилась, оставила приятное послевкусие, хоть такой жизни, как у всех этих персонажей, я не представляю и никому не пожелаю.

Газданова многократно и в общем-то по понятным причинам сравнивают с Прустом. Для обоих характерна текучесть повествования, скорее ассоциативные, чем сюжетные связи внутри текста, ощущения и эмоции как основной объект повествования. Но мне как среднестатистическому читателю, отнюдь не профессиональному литератору (да и вовсе технарю, чего уж там) Газданов всё же кажется ближе и интереснее. Дело даже не в том, что он выходец из России - я в той же степени не представляю, что значит быть эмигрантом, что и быть французским аристократом, оба удалены от меня во времени и пространстве, и не в том, что у Пруста предложения длиной в полторы страницы, а абзацы — в полторы главы. Дело в том, что романы Газданова рефлексивны. О чём бы он не рассказывал: о бродягах, проститутках, ночных кафе, кинематографе или ночных огнях Парижа — он замыкает повествование на себя. Он пишет книгу о себе, но каким-то непостижимым образом затрагивает тайные струнки в душе читателя.

При чтении можно даже не смотреть справку, чтобы догадаться, что роман автобиографичен, достаточно посмотреть на героев: этакий Трэвис Бикл в эмиграции, не страдающий бессонницей, но цитирующий Платона; умирающая в нищете дама полусвета, утратившая всех своих поклонников; спившийся философ - таких не выдумывают. Это всё слишком банально и чудовищно и поэтому правда.

Добавьте к этому прекрасный язык, сравнения с начинающим Набоковым и общую захватываемость книги (ту самую, которая не отпускает, когда нужно встать и сделать себе чаю). Мой вердикт — однозначное «отлично».

Париж 20-30-х годов XX века глазами ночного таксиста, эмигрировавшего из России. Для главного героя все вокруг глупы, посредственны и не заслуживают жалости и снисхождения. Это практически основа повествования: описание людей, на которых герою жалко тратить свое время и чувства. Все это можно списать на среду. Ночной Париж наполнен проститутками, пьяницами, мигрантами, такими же шоферами, жуликами, сутенерами, официантами ночных кафе. Жизнь большинства из них лишена возвышенного смысла, глаза покрыты непрозрачной "пленкой идиотизма". Герой ни с кем из них не церемонится, общается грубо и прямо и резко как с клиентами, так и со случайными знакомыми (по-крайней в повествовании, которое ведется от его лица). Вопрос только: а к чему это все. И если глупы и ничтожны все от нищих на улицах до профессоров и чиновников царского правительства, то чем лучше сам герой? Забавное ощущение, что несмотря на свое образование, идеальный французский и стремления в жизни, перед тобой "типичный таксист" из юмористических историй: вечно недовольный эксперт по всем вопросам, особенно тем, которые его не касаются. Тем не менее, описание жизни ночного Парижа, особенно обратной стороны русской эмиграции во Франции, читать действительно интересно и познавательно.