Каменные клёны

Кажется, это Маркес писал: писателем я стал из робости, мне хотелось, чтобы друзья еще больше любили меня. Зачем я пишу этот дневник - чтобы те, кто ко мне равнодушен, меня возненавидели?

...зачем мне вся правда? Я и с половиной не знаю что делать.

Ну что ж, детка, похоже, боги помазали твои губы майским медом и кровью мудреца. Так они поступают с теми, кому суждено складывать слова.

“я думаю на двух языках, и оба разъезжаются у меня под ногами, как мостки через болото”

В тебе уже тогда жила боязливая рассудительность, позже, смешавшись с одиночеством и дикостью, она породила отчаяние.

…Быть незнакомы друг другу не могут бессмертные боги,
Даже когда б и великое их разлучало пространство.

твоя философия сродни твоему темпераменту, это меня очаровывает

Один античный царь, над жертвенной лошадью подписавшийся воевать с Троей, обещал прислать пятьдесят боевых кораблей, когда понадобится, а прислал — один большой и сорок девять крошечных терракотовых, зато в полной выкладке. И его никто не осудил за предательство. Вот какую силу имело слово.

Besides, the lottery of my destiny bars me the right of choosing.

Лучшее средство от ненависти – закопать её поглубже. В земле сухая вражда пропитается многолетней прелью, размякнет, разъяснит себя, перестанет быть жёстким проволочным комком, в котором нет ни конца, ни начала.