Трагедии

Вот и Гамлет пройден.
Я с облегчением закрыла последнюю страницу.

Нет, я не буду говорить что это плохое произведение и заслуживает моей оценки. Тут прекрасные стихи, прекрасные мысли, которые можно растащить на цитаты, но... Во мне все все переворачивается, когда я вынуждена читать Шекспира. В плохом смысле этого слова.
Я не хочу его читать, я ощущаю отвращение от данного писателя. Особенно когда сижу над его книгой с карандашиком, тщательно препарируя каждую страницу, каждую фразу в поисках смысла, ответа на вопросы, выискивая лучшие и докапываясь до самой глубины смысла.
Я могу рассказать о нем сколь угодно долго, блеснуть монологом Гамлета на английском (как, впрочем, любой филолог или лингвист), но в тайне буду давить свое отвращение к данной теме и упорно твердить себе под нос, что я отлично прожила бы и без всяких там Датских принцев.
"Шекспир прекрасен!" - убеждает меня преподаватель зарубежной литературу, а с моих губ слетает немой стон от осознания, что мне надо будет провести еще несколько вечеров, так же раскладывая по полочкам "Отелло", "Макбета", "Короля Лира", "Виндзорских насмешниц" и "Бурю".

Моя оценка - это не оценка Гамлета, как произведения, а мои чувства, мое подавленное отрицание и усталость от писателя.
Это мое немое "не надо".

Миновала участь нас в школе проходить Гамлета. Оно и к лучшему. Учавствуя в новогоднем флешмобе я даже обрадовалась, когда мне предложили эту книгу... Шекспир в понимании любого нормального человека вызывает ассоциации с классикой, с чем-то очень серьезным и признанным миллионами. По этой причине не поднимается у меня рука написать плохой отзыв. Может быть я не доросла до этого произведения, не знаю... Но мне не хотелось читать до конца. Скучное повествование. Понравился один момент, где Гамлет рассуждал о мимолетности жизни, держа в руках череп. Всё.

Это будет скупая рецензия.

Ну что можно написать об истории, которой уже не одна сотня лет и её знают даже до чтения?
Сюжет книги наверно не знает лишь тот, кто живёт в вакууме, поэтому и я на нём особо заострять внимание не хочу.

Гамлет - интересный персонаж и не потому что главный, а именно по духу. В нём есть и то, что раздражает, и то, что привлекает. Но привлекающего больше.

Король не вызвал резкого негатива, именно не резкого, но всё же вызвал. Порадовали пожалуй его "муки совести", когда он рассуждал, что не может просить у бога прощения, ведь грех его всё так же при нём.

Королёва вызывает не столько негатив, сколько жалость. Такое легкомыслие есть и сейчас, а тогда смертность и нравы были иные. Или я чего не понимаю, но тогда вроде было нормальным выйти замуж быстро после похорон, да и за брата мужа. Ладно, я могу ошибиться, но кажется это тогда было естественным и лишь только Гамлет видел в этом низость, с чем я и согласна.

Офелия не вызвала никаких эмоций. Бывает и так, что один из персонажей, о которых ты слышал ранее, не вызвал у тебя ничего.

Я уже поняла, что пьесы Шекспира мне по душе. Неважно, что он их переделывал с уже существующих, главное, как он их подал.
Часто пользуюсь очень популярной фразой " Быть или не быть" в жизни. Чаще всего даже в оригинале. Теперь же я познакомилась наконец-то с пьесой, из которой и была "та самая" фраза.

Знаете, в интернете есть списки книг, про которые люди врут, что они их прочитали, туда входит, например, «1984», «Война и мир». Вот и «Ромео и Джульетта» туда вписались. Ну действительно, такие великие вещи, как тут не соврать. Да и вообще, какой имеет смысл читать «Ромео и Джульетту», если и так все знают наизусть от начала и до конца. И я знаю, но не читала до этого, хотя возможно в школе и было, но уже ничего не помню. Тем более мне захотелось понять, как я отреагирую на эту книгу в сознательном возрасте. И вот вердикт: не убедительно, все очень смазано, смазанная первая встреча героев, встретились – а на второй странице уже безумно полюбили друг друга , не смазаны лишь страдания, вот где-где, а тут тема раскрыта полностью. Я понимаю, что это трагедия, совершенно другая стилистика, но все постановки театра и кино выглядят намного чувственней и проникновенней книги.

Цитата из книги: Чем лучше цель, там целимся мы метче.
Оценка: 7/10

Вообще, конечно, взрослея отношение к данной истории меняется. И если раньше меня больше интересновали Ромео и Джульетта, то сейчас - это Тибальт, Бенволио и Меркуцио. И, кстати, Бенволио считаю самым несчастным героем. А еще Парис. Сейчас кажется, что он правда был бы хорошей партией для Джульетты.)
Пьесса показывает наглядно к чему может привести безразличие, бессмысленные ссоры и необдуманные поступки, совершенные под влиянием страстей, но действия главных героев сейчас кажутся очень поспешными и необдуманными. )
Но саму историю до сих пор люблю.

Для меня эта книга историческая -- это история нравов, история характеров, история драматургии, история английского языка. Сложно вырвать её из истории, сложно представить современного Гамлета, опьяненного идеями мести... Да, можно сказать, что и в настоящее время идеи мести сильны, но это что-то совершенно другое, по сравнению с местью, рожденной из принципа "кровь за кровь". К счастью, эта глава человеческой истории закончена, в современных развитых странах этот принцип практически исчез, а на в периферических культурах существует лишь как отголосок прошлого...

На мой взгляд, такие произведения уже выходят из области литературных, так как проблемы, которые выходят на первый план, обсуждаются в современном контексте совсем иначе. Страх смерти сейчас -- это уже несколько другой страх, чем сейчас. На данный момент психология сможет ответить тому, архаическому Гамлету, на его экзистенциальные вопросы, поэтому я бы не стала давать это произведение для прочтения детям в пятом классе, так как это подразумевает серьезную регрессию.

Поэтому я бы предложила рассматривать Гамлета на уроках истории, ведь это произведение в первую очередь о характере целой эпохи, которая, слава Богу, уже в прошлом.

Много возмутительного творится вокруг нас,
Главное – не натворить ещё более возмутительных дел.

В пьесе "Гамлет" Шекспир показал, что бывает, когда на беззаконие отвечают беззаконием.

Так как пьеса о людях относящихся к высшим эшелонам власти: о короле, королеве, принце, о государстве, котором они управляют, о соседних государствах, с властителями которых они так или иначе взаимодействуют, то нельзя не произвести обзор политической обстановки сложившейся вокруг датского королевства. А политическая обстановка не спокойна, и офицеры, охраняющие замок Эльсинор, Марцелл и Бернардо расспрашивают своего друга студента Горацио, недавно прибывшего в Данию из Виттенберга:

К чему вот эти строгие дозоры
Всеночно трудят подданных страны?
К чему литьё всех этих медных пушек
И эта скупка боевых припасов?

И Горацио подробно объясняет им, (а заодно и зрителям), политическую обстановку:
«Причина торопи и шума в государстве» в том, что есть слух такой, будто норвежский король Фортинбрас вызвал нашего покойного короля Гамлета старшего на поле брани и тот победил и убил его, а норвежец по договору, заключённому перед битвой, «скреплённого по чести и законам лишился вместе с жизнью, всех земель ему подвластных» и вот сын его, младший Фортинбрас, набрал себе «ватагу беззаконных удальцов…для некого дела… и то не что иное, как отобрать с оружием в руках, путём насилия, сказанные земли, отцом его утраченные.
Офицеры, обеспокоенные и напуганные, рассказывают Горацио о появлении призрака их бывшего короля, отца принца Гамлета, который они видели две последние ночи подряд: «Некто…вооруженный с ног до головы, от пят до темя, является, и величавым шагом проходит мимо». На третью ночь они приглашают своего друга Горацио, студента, учившегося в одном университете с принцем Гамлетом в Германии, в городе Виттенберг и знавшего латынь, (а заклинания духов произносились по латыни), чтобы он смог пообщаться с призраком. Горацио ведёт себя двояко: сначала делает вид, что ничему не верит, изображает из себя скептика, «чушь, чушь не явится» и, как говорит Марцелл, « считает это нашей фантазией и в жуткое видение он не верит».
Затем наоборот, начинает нагнетать психоз, рассказывать страшилки, якобы имевшие место в истории: В высоком Риме, городе побед, в дни перед тем, как пал могучий Юлий,
Покинув гробы, в саванах, вдоль улиц визжали и гнусили мертвецы; и т.д.
Но прежде он произносит фразу « Соринка, чтоб затмился глаз рассудка». И начинает пускать пыль суеверия в глаза друзьям, или, как сейчас выражаются «мозги запудривать», а затем предлагает рассказать о происшедшем молодому Гамлету, уверяя, что «дух, немой для нас ему ответит». Итак: инициатива встречи Гамлета с призраком принадлежит Горацио, запомним это.
Принц Гамлет в это время ходил «окутан чёрной тучей»: чёрный цвет одежды, чёрные мысли, с трудом сдерживаемые и рвущиеся наружу через внешнюю учтивость и согласие с матерью и королём. Оставшись один, он выплёскивает наружу то, о чём говорил королю лишь намёками, злобные и откровенные пожелания:

"О если б этот плотный сгусток мяса растаял, сгинул, изошёл росою"!...

Полны гнева и возмущения его слова о матери-королеве:

"Ещё и соль её бесчестных слёз на покрасневших веках не исчезла,
Как вышла замуж. Гнусная поспешность - так броситься на одр кровосмешенья!"

Но он вынужден сдерживаться и принимать свершившиеся события таковыми, как они есть, так как всё внешне выглядит вполне законно и его мнение и недовольство - это его личное дело, которое ничего не может изменить:

"Но смолкни сердце, скован мой язык – сдерживает он себя".

В таком душевном состояние он встречает Горацио с офицерами. Гамлет спрашивает его, почему он не в Виттенберге, он три раза повторяет этот вопрос, но так и не получает вразумительного ответа. Не верит он и ответу: « Я плыл на похороны короля», так как прошло уже два месяца, как тот умер.

"Прошу тебя без шуток, друг студент; Скорее бы уже на свадьбу королевы".

И тут Горацио давит на больную точку, говоря: «Да принц, она последовала быстро», и вопрос, зачем же он приехал в Эльсинор остаётся без ответа.

Горацио склоняет Гамлета прийти на встречу с призраком. Сначала Гамлет относится с сомнением и недоверием к рассказам о встрече с призраком, и спрашивает подробности, но желание увидеть и услышать всё самому одерживает верх, он соглашается встретиться лично. Рыбка заглатывает крючок. Гамлет попался на удочку хитроумных мистификаторов.

Горацио ручается, что призрак придёт. А почему? Что он ему, близкий друг, что ли? И разве не удивительно, что призрак приходит «вооружённый с головы до ног, от пят до темя». От кого призраку оборонятся, если он уже покойник? Но этим тонкостям, Гамлет не придаёт значения. Как не задумывается и над тем, зачем Фортинбрас просит разрешения пересечь с двадцатитысячным войском Данию, чтобы попасть к границе Польши, где хочет сразиться из-за клочка земли «который только и богат названием, где даже негде схоронить убитых». Ему не приходит мысль о нарушении добрососедских отношений с Польшей, об опасности для самой Дании, которое представляет чужое войско, марширующее по стране. Почему он тогда считает, что на троне должен быть не Клавдий, а он, если сам столь же недальновиден, как и любитель хмельных застолий король Клавдий. Клочок земли в Польше, может быть небольшой, зато, если оказаться в нужное время в нужном месте с двадцатитысячной армией солдат, то можно отхватить бо-ольшой куш с Дании, что и происходит в финале. Гамлету только и остаётся, что сделать «хорошую мину при плохой игре», и назвать Фортинбраса своим приемником. А ранее при виде Фортинбраса с войском, он думал, что нашёл пример для подражания и оправдания своих кровавых замыслов против Гильденстерна и Розенкранца: «О мысль моя, отныне ты должна кровавой быть, иль прах тебе цена!»

Гамлет решает притвориться безумным. Что же, уловка не нова. Преступники всех времён и народов использовали её, чтобы уйти от ответственности. Но, обычно, прикидывались сумасшедшими после уже совершённого преступления, а Гамлет решил прикинуться сумасшедшим заранее, что говорит о том, что он понимал, что будущие его поступки будут неблаговидными и преступными с точки зрения закона, но надеялся, что сумасшествие поможет ему избежать наказания.

Много монологов произносит в пьесе Гамлет и его дядя король, но нигде нет слов заботы о государстве, о благополучии, процветании и безопасности её народа. Ведь любой человек, независимо к какому социальному слою он относится, заслуживает уважения и поддержки со стороны властей, правителей, если он чётко выполняет свои обязанности и ведёт добропорядочный образ жизни.

Гамлет людей оценивает высокомерно и оскорбительно. Главный министр Полоний - «жалкий, суетливый шут», Озрик – «мошка, скот, чьи ясли всегда будут стоять у королевского стола»; Розенкранц и Гильденстерн – не только «губки», которые впитывают «с благоволения короля, его щедроты, его пожалования», но и «две гадюки», готовые, по мнению Гамлета, смертельно «ужалить» его по королевскому приказу.
Но, какие бы метания и эмоциональные бури не происходили в душе Гамлета, эти люди не заслужили такой оценки, и, возможно, будь королём Гамлет, они так же бы преданно и верно служили ему. Только вот наладилось бы взаимопонимание и обратная связь при таких оценках сограждан королём? Навряд ли. Люди не скоты, хоть им и свойственны какие-то маленькие человеческие слабости. Например, робость у Озрика, некая суетливость и стремление во всём перестраховаться у Полония.
Но Гамлет приближает к себе людей с другими качествами и свойствами, и, к чему это приводит, становится ясно в конце пьесы. Гамлет не стесняется высмеивать своих верноподданных соотечественников перед чужестранцем Горацио. Гамлет считает себя выше, значимее других людей, а почему? Есть ли у него какие-то действительные заслуги, по которым и другие могли бы судить о нём с положительной стороны? Учёбу в университете он с лёгкостью оставил по просьбе дяди короля и матери и, видимо, без сожаления, потому что никогда не упоминал о ней. А проучился за границей он три года. Ценный для страны специалист из него не вышел, научный работник тоже. Может он задумал и подготовил какие-то проекты по переустройству общественной и социальной жизни общества? Нет, кроме угнетения и дальнейшего закабаления жизни женщин, речь ни о чём таком не идёт. Женщинам же он предлагает, как наилучший вариант устройства личной жизни, уход в монастырь. Офелии: «Я говорю, у нас не будет больше браков: те, кто уже в браке, все, кроме одного, будут жить; Прочие останутся, как они есть. В монастырь!
После сцены столкновения с Лаэртом у могилы Офелии считает, что не он оскорбил Лаэрта (да и всех присутствующих) своим кощунственным поведением, а Лаэрт оскорбил его, и только у него, принца, есть право его наказать или помиловать. Он не верит в искренность чувств других людей. «Я буду с ним мириться, но право же, своим кичливым горем меня взбесил он». На кладбище Гамлет настолько унижает Лаэрта злыми, высокомерными высказываниями, что даже королева вынуждена оправдываться за его слова: «Это бред»

«Ты пришёл сюда чтоб хныкать? Чтоб мне назло в могилу соскочить? Но если хочешь хвастать, я хвастаю не хуже»

Постепенно, по ходу развития действия в пьесе, меняются и суждения Гамлета о допустимости тех или иных действий, граничащих с преступлением, а то и вовсе преступных. Сначала его останавливает нежелание убить молящегося короля, т.к. в таком случае душа короля может попасть на небеса и цель не будет достигнута.

В другом монологе: «быть или не быть – таков вопрос» он рассуждает, что за все прегрешения неминуема высшая, божественная кара, и страх перед нею тормозит «начинания, возносящиеся мощно». Религия ещё является для Гамлета сдерживающим фактором, но страх перед загробным миром не останавливает ни его, ни короля Клавдия в их преступных деяниях. Религия Гамлету мешает. Не находит он в ней поддержки своим замыслам и поэтому он отрицает её. Ему хочется скоропалительных действий. Раздумья мешают, утверждает он в этом монологе. Гамлет ищет себе другие идеалы. Он хочет действовать не раздумывая, под влиянием эмоций, и поступает так в дальнейшем, забывая, что за ним стоит страна и население этой страны. Финал пьесы показывает итог таких необдуманных, безрассудных действий.

Если король Клавдий иногда пытается лицемерными молитвами и наигранным покаянием вымолить у бога прощение, то Гамлет о боге и о наказании за грехи в пьесе больше не вспоминал, никогда никого не пожалел и ни в чём не раскаялся. Тут напрашивается историческая аналогия с Лениным и Сталиным, отринувшим религию, как помеху на своём пути. Ленин плевал на иконы, бывший семинарист Сталин отринул религию, взял за образец к подражанию деспотичное властвование и тиранию царя Ивана Грозного. Читая о нём, на полях книги он писал: «Учитель! Учитель!». Кстати, сам Иван Грозный очень соблюдал религиозные обряды, подолгу молился. Так что, к сожалению, религия никогда никого не остановила (из тех, кто находится на вершине власти) совершить то, что они сочли нужным для себя.

Если убийство Полония произошло как бы спонтанно и сгоряча, в пылу ссоры с матерью, то злодеяния, которые Гамлет подготовил Розенкранцу и Гильденстерну – это уже вполне заранее продуманное, спланированное и осуществлённое преступление. Для этого он не терял времени даром: перед отбытием в Англию потратил его на то, чтобы раздобыть каким-то способом королевскую печать (или заказать, изготовить поддельную, потому что королевские печати просто так не выдаются, даже принцу), успел договориться с пиратами, (потому что пиратские корабли просто так, чтобы забрать одного человека и отчалить без боя, по морю за другими кораблями не гоняются. Пираты любят денежки). И очень возможно, посетил Офелию, ведь девушка осталась одна, без покровительства и защиты отца и брата. (Но, наверное, не для того, чтобы посочувствовать её горю). Хотя сам Гамлет рассказывает Горацио об этих событиях несколько по-другому, как ему выгоднее – затушёвывая и приукрашивая местами подробности своих похождений. Не так он прост, чтобы всё выкладывать начистоту.
Перед поединком Гамлет просит прощения у Лаэрта: «Простите сударь, я вас оскорбил»… Но не словом не упоминает об отце Лаэрта Полонии и о его сестре Офелии, как будто совершенно не- причастен к их смерти. У Гамлета плохое предчувствие и он опять пытается хитрить , изворачиваться и оправдываться, пряча истину под опробованной и испытанной уже маской безумия: «то действует не Гамлет, Гамлет чист, но кто же действует? Его безумие». Надеется, что и на этот раз всё обойдётся, стоит ему попросить прощение. Какую простую формулу своего существования он вывел: сделал доброе дело – Гамлет, сделал плохое дело – не Гамлет, его безумие. « Раз так, он сам из тех, кто оскорблён». Прямо всё правосудие под него перестраивать надо! Вот преступники рады будут!

Другие действующие лица.

Горацио. Умён не в меру. Знает с кем и о чём поговорить. В общении с Гамлетом он немногословен и ограничивается льстивыми короткими репликами, никак не выказывая своего мнения, что приходится по нраву принцу. Гамлет уверен, что нашёл себе преданного друга, не замечая, что сам становится марионеткой в руках этого кукловода. В финале Горацио удаётся получить прилюдное признание умирающего Гамлета в том, что он его друг и его словам и рассказам о произошедших событиях можно верить. Ему, иностранцу, римлянину, ох как нужно закрепиться при датском королевском дворе! И он делает эффектный картинный жест: делает вид, что хочет допить остатки отравленного вина. И вот он уже первый, кто сохранил самообладание, и хладнокровно вступает в разговор с Фортинбрасом, как давний знакомый, как будто только и ждал его появления. Похоже, всё давно было запланировано и просчитано. Вероятно, так оно и было. И теперь у него, бедного студента, бравшего деньги у принца в долг, появилась перспектива стать важной персоной при дворе датского королевства. Победа достаётся хитрому и коварному врагу. Фортинбрас торжествует. К финальной сцене я бы добавила за кулисами фонограмму на которой скулёж и лай собак, хлопки выстрелов и пьяный хохот солдат, крики женщин и плач детей. Всё, что сопутствует чужеземной интервенции и смене власти. На Руси такие последствия переворота называли смутой. Возможного протеста и возмущения народа опасается и Горацио: « Но поспешим, пока толпа дика, чтоб не было ошибок, смут и бедствий». Он проявил себя как создатель переворота и как его гениальный режиссёр. Этакий римский Троянский конь! Он тонко чувствует расстановку политических сил и просчитывает вперёд возможность развития политических событий. Из бледной, безликой тени, какой он был в общении с Гамлетом, вдруг вырисовывается яркая могущественная фигура, претендующая на роль историка и летописца. Аналитик, он уж точно воздаст всем по заслугам, потому что в данной ситуации правда, огласка добавит ему и его рекомендациям политическую весомость. Вот только что он расскажет о своей роли во всём в этом? А пока что нам всё правдиво и очень подробно рассказал Шекспир в своей пьесе.

Полоний. Верный, преданный, честно и добросовестно выполняющий свои обязанности придворный вельможа. Стремится со всеми наладить отношения. Не спорить, не конфликтовать, соглашаться, но полон собственного достоинства. Дипломатично на равных даёт советы королю и королеве и к его советам они прислушиваются. Умудрённый жизненным опытом человек. Наставляет и поучает своих детей Офелию и Лаэрта как подобает вести себя в различных жизненных ситуациях, чтобы сохранит честь и достоинство, не быть легковерными. Вместе с тем сам чист душою, да и мыслит порою по юношески наивно, уверен, что причина сумасшествия принца – влюблённость в его дочь, не может предположить коварный умысел и притворство в поведении принца Гамлета. Безропотно погибает ни за что, став первой безвинной жертвой закулисных дворцовых интриг.

Роценкранц и Гильденстерн. Так же, ни за что, умертвляют затем бывших когда то друзьями Гамлета придворных Розенкранца и Гильденстерна по подложному письму, сочинённому Гамлетом. Принц не счёл нужным поделиться с ними своими подозрениями, рассказать им всё начистоту и, возможно, заручиться их поддержкой. И письмо, которое он написал взамен королевского, было написано только с целью скомпрометировать короля, обвинить его в убийстве безвинных людей. И никакого раскаяния по поводу содеянного у Гамлета не возникает, он считает Розенкранца и Гильденстерна ничтожными людишками, путающимся под ногами могущественной знати, помехой, через которую можно переступить. По его рассуждению, они сами виноваты: «Они мне совесть не гнетут, их гибель их собственным вторженьем рождена. Ничтожному опасно попадаться меж выпадов и пламенных клинков могучих недругов». Честные молодые люди, не стали скрывать от Гамлета, что за ними посылали и они прибыли ко двору по просьбе короля, чтобы помочь разобраться, что происходит с Гамлетом. Почему они должны были быть на стороне безумного принца, когда есть здравомыслящий король? Нужно ли было так жестоко подставлять ничего не ведающих друзей? И нет повода считать, исходя из текста пьесы, что если принц Гамлет назвал их двумя гадюками, то они таковые и есть. Скорее, такие эпитеты подошли бы самому Гамлету и его дяде королю Клавдию, наносящих коварные удары исподтишка.

Лаэрт. Сын Полония, хорошо усвоивший моральные принципы своего отца. Когда Озрик передаёт Гамлету предложение короля состязаться с Лаэртом в поединке, он рассказывает Гамлету, кто такой Лаэрт и характеризует его с самой наилучшей стороны. Такой Лаэрт и есть, и к этому трудно что либо добавить. Никто из действующих лиц в пьесе слова плохого не сказал о нём. Датчане даже были не против того, чтобы провозгласить его своим королём. Но король Клавдий уговаривает его, чтобы наверняка поразить Гамлета, использовать рапиру с отравленным остриём. И Лаэрт соглашается на это предложение. И вот уже два порождения мести бьются на дуэли за правду, справедливость и честь, но за спиной у обоих стоят бесчестные поступки, поэтому победителей здесь быть не может. К такому выводу подводит нас Шекспир. В результате цепной реакции зла и коварства пострадают все: родственники, друзья, народ, государство.

Король Клавдий. Молится, пытаясь замолить тяжкий грех - убийство родного брата. Старается показать богу, как он раскаивается, отдаёт дань раскаянию несколько картинно, время от времени занимаясь самобичеванием. Тайком в одиночестве молится, заглушая голос совести бокалами вина. Но продолжает строить козни и плести интриги против Гамлета. Однажды совершённый грех не отпускает и тянет, плетёт паутину, заставляя совершать новые преступные деяния.

В своей вступительной статье И. Верцман пишет: «Финал трагедии ужасен и возвышен одновременно». «Гора трупов… Во вкусе публики эпохи Шекспира». Во вкусе или не во вкусе публики того времени, но история знает немало событий, где последствия чьей-то жажды мщения заканчивались ещё не такими горами трупов. Не была ли октябрьская революция 1917 года порождением мести В. Ульянова (Ленина) за казнённого за участие в покушения на царя брата Александра Ульянова? Очень возможно. Каждый может найти подобный пример из истории, их предостаточно.

Так как же быть Гамлету? Мстить или не мстить? А как же смерть отца от руки коварного убийцы? Что делать? Ответы на этот вопрос Шекспир не даёт. Он просто показал, что бывает с человеком, когда это чувство мести позволяет увлечь себя с головой. Но выводы кое-какие можно сделать. Во первых нужно помнить, что не все средства хороши даже в борьбе за правое дело, иначе можно сравняться, а-то и превзойти преступника. Во вторых - не брать на себя миссию мстителя, а положится на бога и доверится правосудию. Даже если это не даёт немедленного результата. Иначе слишком разрушительными для человека как личности и пагубными для окружающих бывают последствия. И, уж, во всяком случае, принимать решение нужно самостоятельно, а не ссылаться на то, что вокруг много сорвиголов, которым всё нипочём и с них надо брать пример. Отвечать за всё придётся самому.