Калечина-Малечина

До чего спорная книга во всем: от бюрократической необходимости присваивания жанра и определения литературных приемов до сути.
"Калечина-Малечина" - пограничный во всем роман, да и не роман это вовсе, а едва ли повесть, но в очередной раз неприменима никак литературная бюрократия к этой истории.

Как в детских историях у камелька - не Диккенсовского, конечно, а такого: лагерно - летнего, в южную душную ночь: в одном черном-черном городе, на одной черной-черной улице, в одном черном-черном доме...
Только история Кати из третьего класса в "Калечине - Малечине" должна начаться так: в одном сером-сером городе, на одной серой-серой улице...

Нет сюжета в "Калечине - Малечине". Девочка Катя живет в персональном мирке, который не отнесешь к райскому точно, но и к аду так-то тоже - так, скорее чистилище. Слабая ведомая мать, тиран - отец, школа с набившими оскомину правилами и равнодушными учителями, жестокими одноклассниками, и небо такое серое, серое... Пока не встречает Катя помощницу, которая жизнь ее и меняет.

Что ж тут тогда читать, спрашивается, за что цепляться.
А цепляться есть за что.

У Некрасовой потрясающий слог, не боюсь признаться, что я была совершенно очарована прыгающими со строчки на строчку некрасовскими "катится - колошматится", "вывязваю-довязываю" и другими - совершенно дикими с точки зрения морального закона - и прекрасными на ощупь и вкус словами. Нервозные, острые, угловатые слова, которые вовсе не сглажены, но и не наотмашь бьют - опять что-то пограничное, вроде и слова существуют, но совершенно не складываются во что-то правильное, не тревожное. В "Калечине-Малечине" нет взрослых и детей, только "выросшие" и "невыросшие" - как ключевой, важнейший показатель, что в Катином мире все несут одинаковую ответственность, у "выросших" и "невыросших" одинаковые обязанности, а отличают их только права - которые есть, кажется, только у одних "выросших".
История от лица десятилетней девочки, и много можно встретить обоснованных предположений, что Катя, возможно, немного отстающая в развитии, возможно, она и вовсе больна, если принимать последующие события ровно так, как они описаны в книге, но создается особое ощущение, что Катя - ребенок своего возраста, только ищущий отчаянно любви и понимания и - смысла. Тыкающаяся носом девочка не научилась ни любви, ни дружбе, ждущая подвоха и неспособная на простые вещи. Катя плохо знакома даже со словом "спасибо", и это очевидно по ходу действа, но это от того, что она такого никогда не видела, она не знакома с благодарностью, но она еще пластилин - и со временем она знакомится и с этим. В целом - это история тысяч Кать по России, детей травмированных, забитых, не знающих любви, семьи, дружбы. Сказать, что это почти как Санаев с его "Плинтусом" - не скажешь, "Плинтус" омерзителен, он выходит за все рамки понимания, он шизофрения и тот самый темный ужас, огромная темная сфера без угла, в котором можно спрятаться. "Калечина-Малечина" - это средняя реальность, и от этого делается она гораздо страшнее, чем Санаев, потому что Некрасова пишет про то, как живут люди в действительности, как говорят и что делают со своими детьми не от злости, не от отсутствия любви, а просто потому что их тоже не научили.

Вторая часть, конечно, это то, о чем говорят "магический реализм", но Кикимора появившаяся - магический ли это реализм? Ответа нет на этот вопрос. Подобно "Голосу монстра" мы можем оставить ее как действительность или как единственную Катину возможность не развалиться, не потеряться, а только выдумать кого-то, на кого она смогла перенести большую свою тяжесть, в ком могла найти защиту и опору, поскольку была уверена, что сама она ни на что не способна. Если думать о втором варианте, то Кикимора, конечно, прекрасно подходит тому, что могла выдумать Катя. Катя не могла выдумать что-то чистое и светлое, потому что она никогда не была с этим знакома, ей нужен был мститель, он должен был быть зол и уродлив, для того, чтобы когда Катя совершала то, что совершит, она могла внутренне, внутри себя, перенести ответственность за все совершенное на кого-то, кто подошел бы для этого.
Если вернуться к первому и принять Кикимору за реальность - об этом, кстати, Некрасова намекает, когда мать Кати и соседка находят за плитой кое-что, что по преданиям эту Кикимору и вызывает, и в этот момент мама Кати вовсе не удивлена, будто, подавленная мужем - тираном в ситуации безденежья, сама создала этот небольшой алтарь, будучи реалисткой вовсе не веря, но надеясь, что придет кто-то, кто сможет все решить. Так вот если принять за реальность, то "Калечину-Малечину" это вовсе не портит.

Подобно сказке, утрировано в "Калечине-Малечине" буквально все. Быстро развивающиеся события, показательно пограничная жестокость учителей и одноклассников, показательно пограничное, едва ли не оправданное здравым смыслом предательство друга, ежедневное чистилище вечером по возвращении отца после работы... И такое же показательное отмщение каждому, кто причинил Кате - по ее мнению - зло.

В целом"Калечина-Малечина" несет одну очень явную мысль, красной нитью проходящую по книге: все эти дети, все травмированные, недолюбленные, недосмотренные, они обязательно вырастут, и мало того, что они обязательно отыграются за каждый свой шрам, за каждый удар, за каждое оскорбление, они вырастят точно такое же поколение.

Любите своих детей. Они не выбирали приходить в этот мир. У "выросших" и "невыросших" действительно есть обязанности. Но и права у них тоже есть, и у тех, и у других. Вот что говорит Некрасова.

В голову не возьму почему столько хороших отзывов. Лично у меня осталось такое липкое, гадкое чувство после этой книги. Уж не знаю за что автор так не любит своих героев, чего стоит только одно слово "невыросшие". А может это ее детские воспоминания вылились в такой горький рассказ о маленькой девочке. Загадка...
Начну с того, что главную героиню, а именно девочку Катю, почему-то совсем не жалко. Вот есть такие люди, которым как не старайся объяснить что-то и помочь, они все равно остаются неудачниками и тормозами, это как их состояние души. Катя как раз входит в такую своеобразную группу. И не осуждаю я ее подругу Лару, она пыталась с Катей честно дружить. Не осуждаю ее учительницу, если ребенок не дотягивает даже до тройки, ну что ей остаётся. Единственное кто меня бесит до глубины души это Катина мама, которая в принципе почему-то не обращает внимания на свою дочь.
Из этого "великолепного" произведения и зловонной истории о бедном ребёнке напрашивается исключительно два хороших вывода:

• во-первых, общайтесь, любите, берегите своих детей;
• а во-вторых, не живите с *удаками.

«Катя катится-колошматится! Катя катится-колошматится!», эти слова отпечатались в моём сознании и никак не хотят оттуда выходить.
Я питала много надежд по поводу этой книги, и они все оправдались. Книга тяжёлая, потому что про детей по-другому нельзя. Книга об одиночестве в полноценной семье. Книга о боли маленькой девочки, которая чувствует, что весь мир настроен к ней озлобленно и враждебно. Книга, забравшая моё сердце, книга в некоторых моментах, вернувшая меня в школьные годы.
Представьте! Мама устаёт на работе, выбивается из сил, едва-едва приготовив ужин. А папа… Папа вечно всем не доволен, папа вечно зол, папа вечно говорит, что ты дебилка… А что же в школе… А в школе, еще лучше, учительница, которая тебя терпеть не может и вечные насмешки одноклассников. Казалось бы, есть подруга Ларка, да и та отвернулась и помахала ручкой.
Внутри Кати растёт дыра и эта глубокая яма боли засасывает её всё глубже! А есть ли вообще шансы на спасение этой искалеченной души?! Остаётся себя успокаивать и думать, что есть хоть малейший шанс, хотя бы крошечный.
Родители, любите своих детей! Не подарки важны в этой жизни, а дорого внимание и простой разговор по душам. Берегите душу ребёнка, не калечьте детей своим равнодушием!
Спасибо автору за возвращение меня в детство, за знакомство с той самой Кикиморой, о которой я слышала столько сказок от моей мамочки! И МАМЕ С ПАПОЙ САМОЕ БОЛЬШОЕ СПАСИБО ЗА СЧАСТЛИВОЕ ДЕТСТВО!

Психологически раздавливающая и совсем недетская книга.

Ребёнок, живущий в постоянном напряжении и стрессе со всех сторон. Катя плохо учится, у неё единственная подружка, которой она не особо то и нужна. Одноклассники её травят, учительница не даёт девочке проявить себя, а дома её ждут вечные упреки и выговоры от уставших родителей. У неё нет никакой отдушины и она сплошной игольчатый клубок негативных эмоций. Она выпадает из реальности, пытаясь защитится, что не способствует ни успешной учебе, ни социальному взаимодействию с окружающими. И это порочный круг в котором закрыт ребёнок.

Мне было больно и страшно читать, ведь я была благополучной отличницей. И вполне вероятно, что кого-то обижало моё негодование из-за неуспевающих. Не помню, чтоб я кого-то целенаправленно травила, но сейчас мне страшно - а что мог значить просто насмешливый взгляд? Кого я могла обидеть тем, что просто знала ответы на вопросы? Дети не видят всего, да и не могут знать.

И вот ребёнок, который живёт в своём маленьком аду находит поддержку в недоброй нечисти - в Кикиморе. Она по своему вступается за девочку и служит ей поддержкой. Потому что у Кати нет ни друзей, ни взрослых, которые могут быть ей защитой. У десятилетней девочки нет никого, кто её защитит. Это чертовски страшно, когда ребёнок тонет в сплошных неприятностях и никто даже не обнимет лишний раз. Можно попросить маму, но она устала и спит. И потому девочка в ужасе ждёт полного неприятностей следующего дня в одиночестве.

Язык повествования образный и точный. Чтение захватывает и отложить книгу в сторону практически невозможно. Но она подавляет и заставляет вспомнить и вытянуть многие детские страхи, которые встают комом в горле. Сильная и выбивающая воздух из легких история.

Детство, вопреки стойкому заблуждению, вовсе не «пора золотая». Даже наоборот, самое гадкое время жизни. Ну. по крайней мере, о своем могу сказать. Нет, никаких ужасов, все стандартно: ясли-круглосутка, детсад, школа. В первом классе были проблемы с письмом, потому что мелкую моторику не развивала (почерк у меня и теперь не очень), зато читала быстрее всех и грамотность врожденная - уравновешивалось. Дружила с лучшей девочкой класса и страшно ревновала, когда она предпочла мне другую, никогда потом так не мучалась от ревности, но после взяла, да и стала сама дружить с той, другой. А лучшая в классе осталась одна. Мама все время работала. потому уродливую косичку с петухами я заплетала себе сама И с трудами была проблема, та же мелкая моторика плюс недостаток аккуратности. Неприятно. Не смертельно. А теперь скажите мне, скажите же мне кто-нибудь, для чего в современной российской словесности эти принцессы на горошине?

Что за радость неплохому, судя по всему, автору, нагнетать мраки на хромой собаке в количестве, несовместимом с жизнью? Чтобы читатели вспомнили свое и содрогнулись? Чтобы показать, какая у героини тонкая нервная организация? Скорее для того, что чем хуже, тем лучше. Одна, две, три неприятности третьеклассницы Кати никого не растрогают, а вот если нагромоздить из них вавилонскую башню – ну, как проникнутся. И Катя катится-колошматится. А читатель, впрямь, проникается даже и сочувствует однофамилице великого поэта, оставшейся с носом, то есть без НОСа. Каламбур не очень, так ведь и книжка не то, чтобы.

Обосновать? Да пожалуйста. Девочка любит читать, а чтение способствует развитию зрительной памяти, это ведь байки про врожденную грамотность. Все на свете тренируется, просто, когда ты много читаешь, знание, как писать правильно, трансформируется в умение, а потом закрепляется до навыка. И пишешь, не задумываясь о правилах. Выходит все ситуации письма под диктовку в книге - фикция. Чтение развивает речь, умение объяснять другим мотивы своих поступков. Да, когда тебя не любят так явно, как учительница, трудно достучаться до нее со своей маленькой правдой. Трудно, но можно, если постараться и если заручиться поддержкой того, кому ты дорога. Я о маме. У них ежевечерний сеанс общения, то плетение косы, с которого начинается книга. Мамы Катя не боится, хотя не хочет ее расстроить, но в экстренных случаях не до политесов. Однако ни разу за ту страшную неделю, в течении которой девочка скатывалась к глубинам отчаяния, она не обращается за помощью.

Дальше, летний лагерь. Ребята, вы что, в самом деле верите в такую ересь? Что школьник может написать донос на воспитательницу, которая читала с детьми сказки Уайльда и ту уволят? Посреди смены? Вы смеетесь? А аттракцион неслыханной откровенности со снятыми за пакетик чипсов трусами, это вот что? Дети в одном отряде одного возраста, следовательно, им прошлым летом по восемь лет должно быть. Что за ушибленные сексуальной революцией акселераты? Мне много приходилось ездить в лагерь, бывало там хреново, но такого не было, потому что не могло быть по определению. Снова поздравляю вас, соврамши.

Дальше самое неприятное, сеанс черной магии с разоблачением. Если чем и любезна Евгения Некрасова народу, так это кикиморой, что заводится в типовой квартире. Отчего не домовой, которому там самое место, а болотная нечисть? Тайна сия велика есть. Автор не удостаивает ответом. Оно и понятно, к домовому не привяжешь жалостливую этимологическую версию о нелюбимом, никому не нужном, брошенном младенце, из таких-де кикиморы получаются. Я сейчас ступлю на скользкий лед, о личных встречах с Ними говорить не принято, но никто из тех, кому довелось столкнуться, не пожелает продолжения знакомства. Об этом только небылицы слушать интересно, а вступать в контакт и, тем более, извлекать из дружбы личную выгоду, право, что за Карлсон-который-живет-на-крыше?

Что, так плохо? Нет, посредственно в части литературных достоинств. А внутренняя логика, кому до нее есть дело? Продолжайте сетовать на местечковость современной русской литературы. Как ей не быть таковой, когда в шорте одной из ведущих литпремий такие вот калечины-малечины?

С этой книгой у меня всё началось очень просто: обещания появления кикиморы. Люблю я всяких существ из мифов и легенд, ничего не могу с собой поделать. Но что-то заставляло меня откладывать её чтение, а вчера так сложились обстоятельства, что предстояло придумать, чем себя занять, без необходимости фокусировать взгляд вблизи (ох уж эти проверки зрения). И тут мне попадается эта книга в аудиоформате, и, как говорится, понеслась.

Главная героиня книги — Катя, девочка одиннадцати лет. Кажется, самое время для игр, дружбы, приключений и, конечно, сказки. Однако Катя далека от этих привычных элементов детства. Она дружит только с одной девочкой — Ларой, но не понимает всю степень неискренности подруги. Для игр она слишком отстраненная и странная. Тут речь даже не про коллективные игры: девочка и сама с собой не играет. У неё скорее тревожащие "хобби" — долгое вглядывание в окно или в потолок и поиск несуществующих картинок. Очень похоже на галлюцинации или иллюзии. Не самые здоровые признаки, тем более что девочка всегда отстраненная и себе на уме. У неё проблемы с эмоциональным интеллектом, внимательностью и концентрацией — и всё это осложняется проблемами дома и достаточно агрессивным отношением со стороны отца. Не ставлю никаких диагнозов девочке (всё же я не психиатр), но на месте классной руководительницы я бы как минимум задумалась. Ну а от этой "особо одаренной" преподавательницы, которая вместо помощи участвует в травле, многого ожидать не стоит.

Теперь же к самому интересному: кикимора. Она появляется где-то на середине книги, если не позже. На самом деле я долго думала, что это создание — новая галлюцинация; однако кикиморка вполне успешно взаимодействует с окружающим пространством и людьми. То есть её помнят другие люди; она существует даже без присутствия Кати рядом. Думаю, было бы интересней, если бы ситуация выглядела менее однозначной и мы задавались вопросом: действительно ли кикимора существует или это всего лишь ещё одно порождение фантазии девочки — как змей на трубе завода.

В целом роман неплохой, но такое чувство, что изменения в некоторых героях происходят по волшебству. Как вариант для одного-двух вечеров точно подойдёт.

Если маме некогда и папе некогда, то в какой-то очень страшный момент ребёнок может оказаться на подоконнике перед открытым окном. Это очень страшно!! Это просто, капец ,как страшно! У меня всё похолодело внутри. Мне очень нравилась Катя, и не очень нравились окружающие ее люди.
Такое одиночество ребёнка, жуткое ! Папе она мешает , маме вечно некогда, классному руководителю она портит статистику, одноклассники ее затравили , почувствовав необычность, отличие от других. В густо населённом мире ребёнок остался совсем один. Необычный, поэтический , неординарный ребёнок.
Вот тогда другом может стать кто угодно, хоть кикимора! Мир Кати сужается до наноскопических размеров. Заметили, как мало было надо этому ребёнку , чтоб светлой стороной повернуться к людям. Хороший, светлый человечек. Одно доброе слово, теплый взгляд, купленный за неё автобусный билет. Даже малышатина во дворе, принявшая её в свою компанию по постройке снежной крепости, всё это делает Катю уверенней и взрослее.
Книга очень легко читается, язык чудесный, прозрачный язык. Образные , поэтические обороты украшают прозу Евгении Некрасовой. Переход в фантасмогорический , сказочный мир произошел плавно, совсем не заметно. И вот уже в мир книги пробралось "созданьице" - Кикимора, распевающая песни про Калечину-Малечину. Я даже не поняла злая она или добрая. Была благодарна ей за то , что она единственная сознательно поддержала Катю, реально ей помогла и вовремя исчезла из её жизни.
Почему- то это мне напомнило другого одинокого ребёнка, к которому приходит не одна сказочная кикимора , а целый ряд искаженных сказочных персонажей, начиная с монстра- Белоснежки и до Скрюченного человечка. Так что наша Катя еще ого-го! Сто очков форы даст герою Джон Коннолли - Книга потерянных вещей
Мне понравилась эта необычная книга. Встречу еще книги Некрасовой обязательно возьму почитать.

Не приведи бог читать на ночь российскую чернуху, бессмысленную и беспощадную…
Мир «Калечины» донельзя искалечен.
Есть «лилипутский» город, в котором нет работы (за ней приходится ездить в другой, «гулливерский» город на электричке), нет перспектив, зато есть вечные патриархальные ценности, которыми детишек принято спасать от современной культуры. Например, обязательное требование от девочек вальса и женственного поведения с шитьем-вязанием-готовкой в придачу (мальчиков, кстати, вопреки патриархальным ценностям убеждают лучше учиться, дабы не загреметь в армию, но не суть). Где-то вдалеке маячит лагерь на море, в котором хронически не хватает еды, в загаженный туалет ходят строем, педагоги карикатурны, а девочки иной раз зарабатывают тем, что показывают свой половой орган мальчикам. Зато увольняют единственную компетентную воспитательницу, пришедшую туда из другого мира («гулливерского»), за чтение детишкам английского писателя-извращенца, схлопотавшего у себя на родине за такое вот поведение срок (Уайльда что ли она им читала?). Есть школа, но там ничему не учат как следует. Зато постоянно унижают то одноклассники – эти не прощают даже малейшего прокола, то педагоги – эти на малейший прокол неминуемо укажут, да ещё пригрозят отправить в школу для умственно отсталых. Заодно и про бога мозги зачем-то компостируют. Есть стандартные полные семьи. С вечно орущим папой, который, придя с работы, тотчас садится к телевизору (каковой для героини недоступен, при том, что ещё компьютер запаролен). И безвольной мамой, ежедневно насилующей себя и дочь ритуалом косоплетения. Такое, вероятно, у автора представление о ЗаМКАДье. Попали в этот искалеченный мир кто-то, хоть слегка от него отличающийся, и не сумевший адаптироваться – будет по нему катиться-колошматиться, пока ситуация не достигнет критической точки. И тогда…
И тогда начинается самый настоящий триллер.
Нет, дело не в том, что главная героиня выпустила наружу своего внутреннего демона. Дело в том, что этот искалеченный мир просто обязан получить свою Калечину. Пусть на малый срок. Лишь бы хоть чуть-чуть расшевелить это болото. И таки да – возрастной ценз 18+ здесь очень кстати, хотя не сказала бы, что история изобилует кровавыми подробностями. Кстати, Калечина сама в своё время была здорово искалечена. Ведь кикиморы – это «бывшие не пригодившиеся никому в мире живых невыросшие».

Девоча Катя ничем не примечательна. Она живет в небольшом городе ( очень хочется написать, что подмосковном), ходит в школу, родителей видит вечерами, после работы "непригодными для жизни". Если Катя чем и выделяется, так туповатой отстраненностью от мира. Своеобразный язык книги погружает читателя в состояние усталого недоумения, что-то вроде предгриппозного состояния длиною в жизнь.
"заваленный машинами вперемешку со снегом двор."
"Катя расслабленно расплылась на парте рядом с всегда прямосидящей Ларой"
"Вероника Евгеньевна ещё в первом классе принялась на уроке расспрашивать невыросших по очереди, кем трудятся их родители. Дети отвечали бойко-гордо за папу, за маму. Только Катя сказала, что не знает. Невыросшие рассмеялись, а классная выдала, что, видимо, они у Кати шпионы. Хор вдарил смехом. Но Катя и правда не знала. Мама часто меняла работы, по мнению папы, от того, что у неё не хватало образования. Когда Катя спрашивала папу, кем он работает, папа отвечал, что говорить Кате бесполезно, потому что она всё равно не поймёт"
"Катю отдавали в кружки, но там ей вращаться не нравилось. Они занимали послешкольное время, в которое можно было отдыхать от людей. Катя однажды пыталась объяснить Ларе, что не может находиться в многочеловеческих пространствах"
Перед нами городской маугли, усвоивший состояние беспомощности и ненужности. Родителям она, кажется, нужна, чтобы больно заплести косу и накричать за плохие отметки. Учительнице - чтобы выставить на посмешище (мерзкий способ сплотить класс и выплеснуть собственное раздражение, но им, бывает, пользуются). Подружке - приосаниться за ее счет.
А самой себе? Будь "Калечина-Малечина" более традиционным произведением, у Кати имелся бы какой-нибудь талант или увлечение, благодаря которым она компенсировала или даже пересиливала бы... Нет, она даже в чтение книг не убегает. Хотя сказано, что читает книги, но не показано и непохоже на то. Сочувствие к девочке Кате смешивается со снисходительной жалостью и мыслью, что учительница не так уж неправа, что-то с девочкой очень не так.
Катя сама это чувствует. Врет, что полагается, в ответ на вопросы типа "А что тебе нравится делать? Чем заниматься?" У нее (при внешнем номинальном благополучии) нет интереса жить.
Эпиграф к книге вопрошает, где были ангелы, когда в них нуждались. Вопрос содержит ответ, ангелов не будет. Когда станет совсем плохо, на помощь девочке придет кикимора, нечистая сила, устроившая себе логово на кухне за газовой плитой. Нечисть живет вне наших понятий добра и зла, и помощь окажется такой, что впору заключить: у книги Евгении Некрасовой нелады с жанровой определенностью как у девочки Кати - с жизнью. То ли сказка, то ли нет, а если сказка, то для кого - такая?
Кем ни считай Кикимору, фольклорным монстром или олицетворением нарыва на душе, прорвавшегося в ненависть, но эпизод, когда Катя, позабыв про Кикимору, задерживается на детской площадке, определенно символ избавления. После дня в компании странного существа, после дня, наполненного жуткими событиями и непривычной собственной решительностью, девочка вдруг ощутила, что способна знакомиться и общаться, по собственной инициативе, не чувствуя себя ущербной. Первый шаг избавления и от себя прежней, и от себя из "кикиморного" дня.
Счастливый конец будет за кадром и пунктиром. Другой город, другая школа, другая прическа, другая жизнь.
Кажется, возможность сказать себе "Я могу!" и переменить жизнь и есть сказка, а всё остальное, предшествовавшее - увы, нет.

Даже не знаю, то ли к счастью, то ли наоборот, но книга попала мне в руки тогда, когда на душе и так было паршиво, а произведение еще добавило. От сочувствия бедной Кате мне становилось еще тоскливее и тяжелее, зато удалось прям полностью эмоционально отдаться книге.

Книга странная, но странная в хорошем смысле. Мне долго не удавалось понять, в действительности ли происходят эти необычности, или это просто такое видение ребенка. Да, по правде сказать, так и не поняла окончательно. Впрочем, в жизни ребенка всегда есть магическая составляющая, вокруг происходит что-то волшебное, живут странные существа и не редко мешают быть хорошим. Это уже во взрослой жизни оно постепенно сходит на нет, и все вокруг до скучноты становится серьезным.

Мне очень было обидно за Катю. За то, что другие ее не понимали. Ладно дети, они, как мы знаем, бывают злыми и вообще чащ всего копируют взрослых. Но сами взрослые-то? Да половине из них не хватало сил или желания попытаться понять Катю. Нет, они просто сравнивали ее с другими детьми или с неким образом идеального ребенка, и когда на дотягивала до них, страшно ругались и злились. Но почему-то не желали понять, что дети бывают разные, что им просто нужен другой подход.

Неплохая книга, немного приоткрывающий для нас мир глазами ребенка. А главное, я была рада, что все закончилось хорошо.