Год змея

Бедный, бедный Сармат, — жарко вытолкнула она, запрокидывая голову. — Что же ты будешь делать, когда переведутся люди, готовые тебе верить?

Ты вообще много говоришь, но что из этого правда?

... но какой тебе в этом прок? Все равно скоро вновь станешь вдовцом.

Рацлава думала, что ей еще рано умирать: она только начала ткать из железа и только поверила в силу своих историй. Сколько еще не спето, не выучено и не преодолено.

Кому суждено быть зарезанным, не утонет.

Любил ли тебя кто-то так же, как я?

Тебе никогда не узнать его любви. Годы ожидания и леденящая пустота — вот что ждет тебя, девочка, и это тяжелая ноша.

Рагне погиб, а ты даже не плачешь. Что бы ты сделала, если бы это был он?

«Не показывать тебе лица, милая, – подумала Ингерда отстраненно. – Ни этой весной, ни следующей – будешь скорбеть так, что глаза выцветут от соли».

Чем дольше прощаешься, тем горше становятся слезы.

Почему я должен печься о ком-то больше, чем они сами?

У каждого человека были мелочи, открывающие его, будто свиток.

Ты слышала вещи куда прекраснее?

Княгиня стала горой и заключила в себя своего любимого сына. Глупейшая сказка.

– Да что ты там все прядешь?
И тогда вёльха гадко захихикала. От неожиданности Малика приподняла черные брови, а ведьма продолжила смеяться – грудь ее затряслась.
– Она спрашивает, что я пряду, – сообщила она прялке, давясь скрипящим, надрывным хохотом. Морщинистая шея заходила ходуном. – Она спрашивает, что я пряду!..
Два острых глаза впились в лицо Малики. Один – желтый, второй – черный, без зрачка.
– Смерть твою, княжна.

– Ты, наверное, страшно глупа. – Ведьма не подняла головы. – Годы выбили у тебя последние мозги, гнусное отродье. Что ж, оставайся здесь и мри в одиночестве.

Если бы Пхубу могла, она бы отказалась от человеческого обличья. Она стала бы птицей, чтобы вечно лететь за Тхигме. Чтобы ютиться в его ногах, когда он будет спать, и не смыкать глаз-бусин, проверяя, не подойдет ли к нему враг. Пхубу бы отреклась от своей живой души, превратившись в верный кинжал или политый кровью щербатый щит, который бы держала рука Тхигме. Если бы только позволили...

Наша судьба не хуже дорог — когда-то ты стоишь на перепутье, но, выбрав тропу, должен пройти её до конца.

Долго ли сказочке не сказываться, да закончится. Долго ли страннице не хаживать, да остановится. Долго ли птичке не летать по краю, да поймают.