120 дней содома

120 дней Содома — чрезвычайно опасный, однако увлекательный и крайне захватывающий опыт погружения на самое дно человеческого бытия. Ни одна из прочитанных вами книг, скорее всего, не пронзит вас настолько безвыходным и безумным отчаянием, как этот неоконченный роман де Сада. Я не буду разглагольствовать на тему морали, на тему того, допустима ли подобная литература в нашем обществе или должна быть под запретом. С де Садом — забудьте вообще о таких словах, как моральные принципы, нравственные ориентиры и так далее. В его мире нет надежды, нет Бога, нет ни малейшего намёка на положительный исход, и с этими шокирующими установками наш дорогой французский писатель, тем не менее, навсегда вписал своё имя в анналы мировой психологии и литературы. Ознакомившись с романом, вы узнаете все возможные сексуальные "развлечения" и, казалось бы, неочевидные способы достичь долгожданной разрядки при помощи экскрементов, пыток и прочих ухищрений, но самое главное — вы познаете самую тёмную, самую глубокую и самую безнадёжную человеческую суть, порой скрываемую за масками семейного благополучия, высокой должности и денежного изобилия. Приятного вам прочтения.

МАРКИЗ де САД. 120 ДНЕЙ СОДОМА
«Мы онанисты народ плечистый,
Нас не заманишь грудью мясистой,
Нас не заманишь девственной плевой,
Устал правой, работай
Левой!
Левой!
Левой!»
(Подражание В.В.Маяковскому)

Можно, конечно, продолжать заниматься интеллектуальным рукоблудием по поводу проблем эстетического и философского содержания «120 дней Содома» и их влияния на мировую культуру.
Можно становиться под знамена либертинажа или бить таких знаменосцев их же древками по башке.
Можно плеваться в бедного маркиза и поносить его последними словами или восхищаться его смелостью и свободомыслием.
Да много еще чего можно делать (левой). А может, стоит иногда взглянуть попроще на различного рода общепринятые страшилки и не искать лишний раз черную кошку?

Несмотря на беспрецедентную натуралистичность повествования, скрупулезно описываемые психическо-половые извращения и их невероятное количество, роман хоть и является довольно нудным чтением, но как не странно, не вызывает той тошнотворности и физиологического отвращения как некоторые опусы современных авторов, которым не дает покоя скандальная слава де Сада.
В один из моментов «120 дней Содома» мне показались просто продолжением «Гаргантюа и Пантагрюэля» в котором постаревший и малость свихнувшийся на сексуальной почве Пантагрюэль рассказывает друзьям свои новые небылицы.

А все это к тому, что абсолютная нереальность и нарочитость происходящего, это пароноидальное планирование действий персонажей и протокольный характер их описаний,а также некоторые другие детали, просто кричат о том, что роман не являлся в момент написания и не является сейчас никаким гимном садизму. Это настолько очевидно, что, похоже, этого уже никто не замечает, по привычке повторяя однажды навешенные ярлыки.
Что же он тогда из себя представляет? Немножко эпатажа, немножко иронии, очень много французского фривольного романа, и еще больше психопатологии.

Единственной причиной, по которой стоит прочитать эту книгу может быть только желание разобраться с упомянутыми ярлыками, других, на сегодняшний день я не вижу. (Ну, разве что в качестве практического пособия для особо заинтересовавшихся!)

Приятного чтения в этот раз, увы, пожелать не могу.

Большее недоумение вызвала не книга, а рецензии на нее.
То есть люди, на полном серьёзе берут книгу, известную своей мерзостью, о которой в первых строчках описания указано - это хуже чем разврат, читают эту книгу, а потом пишут отрицательную рецензию с главной претензией - ФУУУ, это ТАК МЕРЗКО.
Чтооооо?
Я бы поспорил что более странно, сама книга или реакция на неё.
На счет романа.
Это хорошая литература. Она опирается не на перечисление количества отверстий куда можно всунуть язык и не только, но и на психофилологисофию и все остальное. Это интересно, если вы видите в мерзости не только мерзость. По этому книга не для влажных мечт любителей подросткового фэнтези. Это произведение глубже. Если вы понимаете о чем я.
Советовать такое конечно я бы не стал. Никому. Но как литературный и общественный перфоманс - 120 дней Содома мне кажется очень логичным романом в разыитии литературостроения. Хорошим способом перевернуть игру. Проверить границы. Испытать людей.

Мне в жизни доводилось слышать от разных мужчин рекламную фразу "У меня нет границ, все можно". Некоторые из них и действительно оказывались довольно развратны. Настолько, что сначала казалось, что это шутка. Но познакомившись с этой книгой я стала совсем по-другому воспринимать такой лозунг. Ироничная улыбка скользит по губам, когда я понимаю, что человек этот роман явно не читал и просто не отдает себе отчета в том, что говорит. Сказать, что я была в шоке - это ничего не сказать. Хотя я в целом повидала в этой жизни разного... Но когда я брала читать этот роман, то ожидала от него чего-то другого. Откровенно говоря, я моментами даже не представляла себе, что человеческая фантазия вообще способна такое придумать в принципе. О том, чтобы получать от этого сексуальное удовольствие - и речь не шла. Остается посочувствовать человеку, которому для получения наслаждения недостаточно более вменяемых стимулов и надо зайти уже настолько далеко. Читала я книгу максимально долго, растянув процесс на год, потому что для такого чтения нужно особое настроение, которое бывает не так уж часто. И только когда уже "принюхалась" и достаточно очерствела - дело пошло быстрее. Это то, что касается сексуальной составляющей этой книги.

Сюжет. Он настолько преступен, что только читая это - уже чувствуешь себя соучастником и ждешь, что за тобой сейчас придут.

И все же если выбрать из всего этого зёрна философских размышлений, которым предавались герои романа в перерывах между своими основными занятиями, то вот это вполне можно считать интересным. Добро и зло, справедливость, мораль, нравственность, смысл наконец. Я даже выписала несколько цитат, которые особенно запали в мой мозг и к которым я возвращалась мысленно время от времени. Тут как раз тот случай, когда даже если ты не согласен с позицией опонента и в своей жизни придерживаешь других ценностей, но приходится признать, что эта позиция настолько аргументирована, логически обоснована им... что думаешь "а ведь и правда..." Это философия разрушения, возведенная в абсолют. Получается, что книга призывает нас, читателей, к разрушению норм и устоев своих и общества, обещая безнаказанность и особый кайф от этого. Напрашивается предложение поставить возрастной ценз 30+, это как минимум, потому что в более юном возрасте психика человека еще недостаточно устойчива, а гормоны снимают крышу и без таких вот провокаций.

В завершении хочу отметить, что из обещанных 120 дней нам рассказали только о 30, но сожаления от этого я не испытывала. Наоборот, под конец мне стало скучно и хотелось уже поскорее дочитать. А заигрывания автора с читателем вроде

- это после всего, что мне пришлось прочитать выше - вызывали только раздражение. Но возможно в этом и состоял высший замысел Маркиза, чтобы успеть поиздеваться и над читателем тоже, сделав его удаленным соучастником происходящего. Единственное, что вызвало сожаление - это неоконченность сюжета. Мне бы хотелось понять, как автор видел развязку - торжество зла или справедливое возмездие.

Де Сад, в первую очередь, был философом, а потом уж писателем. Он рьяно пропагандировал свободу человека, всеми конечностями был за утоление всех потребностей во благо удовольствия и, естественно, отрицал нравственность, мораль, религию и законы (исходя из этого его, наверное, и сажали в тюрьмы на протяжении всей жизни). Но, что интересно, в 18 веке произведения де Сада порицались далеко не за грязные сексуальные делишки, а за отсутствие морали и всего прочего, что указано выше. Из всей той информации, которую я прочла и просмотрела, мне кажется, что вполне имеет место быть мысль о том, что в 18 веке странные сексуальные предпочтения были не так обсуждаемы, как, например, «учение» того или иного произведения. Де Сад так преуспел, а может и переусердствовал местами, в написании своих произведений, что в 1886 году основоположник сексологии Рихард фон Крафт-Эбинг вывел понятие «садизм» исходя из имени маркиза. Стоит сказать, что де Сад вполне себе походил на одного из героев своих книг, потому что сажали его, буквально, «направо и налево» за изнасилование, приставание, буйности в борделях, пичканье женщин афродизиаком и прочее. В какой-то момент нашему автору надоело похищать женщин, и он решил окунуться в мир оккультизма. Отсюда и началась страсть к писательству...

Жизненную позицию де Сада можно поделить, банально, на разумную и сомнительную: он выражал вполне здравую мысль о перенаселении планеты, но при этом считал, что исправить это можно исключительно истреблением половины человечества посредством, например, войн. Его также не устраивало никакое деление общества на сословия или что-то подобное, для него существовали только рабы и властвующие. При этом он был убежден, что ни одно преступление против человечества в режиме революции не может быть осуждено, потому что при этом режиме преступление становится нормой.

Почти все свои произведения де Сад писал, будучи в заточении. «120 дней Содома» он выполнил на рулоне бумаги, который аккурат перед революцией вынесли из тюрьмы какие-то неравнодушные. Версий, на самом деле, много. Другие источники уверяют, что автор спрятал рукопись в тайнике, и не успел забрать. Но, к сожалению, а может и к счастью, роман не окончен в том смысле, в котором мы привыкли видеть литературные произведения. После первой части мы читаем наброски автора на тему следующих частей, эдакое краткое содержание его задумок. И именно там начинается тот самый треш, который слабонервным не рекомендуется. Но мы и это успеем обсудить. Вернемся к началу. Тридцать семь дней понадобилось автору, чтобы написать свое произведение, более того, он вынужден был писать на бумаге очень тесно, его одолевал страх, что бумагу конфискуют.

«120 дней Содома» рассказывает нам о четырех закоренелых развратниках, которые, если кратко, закрываются в неприступной крепости, и на протяжении нескольких месяцев слушают нанятых рассказчиц, насилуя при этом детей. Вот и все. В конце всех убивают. Де Сад указывает на такое количество человеческих пороков, что можно написать целую энциклопедию. При этом он, как автор, в большинстве своем, героев не осуждает. Здесь стоит вспомнить его мысли о человеческой свободе.

«Главное, конечно, это язык Сада. Именно он, письменный и всеобщий, служит в его романах оружием взаимопонимания разных полов и возрастов. Я бы назвал его прозрачным, в каком-то смысле это -- язык-автомат, приносящий, кстати сказать, в жертву, множество традиционно эротических ценностей, например, голос, его индивидуальный тембр. На этом строилась карьера стольких актеров! А у Сада слух превращался в чисто информационный канал. Редуцируются у него обоняние, осязание и другие неконтролируемые свойства любого театрального языка, делающие его непоследовательным и притягательным одновременно. Именно из-за "неаффективности" языка Сада, действия и реплики его героев выстраиваются в два идеально параллельных ряда, не пересекающихся по сути ни в одной точке. Зато глаз у Сада переразвит до пределов возможного, чтобы не сказать большего. Его литературный мир является идеально видимым, просматриваемым, освещенным. Отчасти, поэтому, он и невыносим: страдания его "гутаперчевых" персонажей ничем не ограничены, но то же самое можно сказать об их способности к наслаждению, безгранична и она» (источник в ссылках)

Естественно, что, когда книга просочилась в круги людские, ею сразу же заинтересовались авангардисты.

«Гийом Аполлинер назвал де Сада «самым свободным духом, который когда-либо существовал» и создал два романа-оммажа «120 дням Содома»

В интернете я также наткнулась на статью, что реакцией народа на издание произведения было и оправдание автора. Говорили, что, написав «120 дней Содома» он пытался легализовать, буквально, свое тогдашнее поведение. Мне данное рассуждение нравится тем, что я могу психологически оправдать автора, ведь после прочтения его заметок по поводу окончания произведения, хотелось только биться головой о стол. Если во введении мы говорим о наших героях, помалу их раскрываем и узнаем, что они те еще извращуги, то к середине вникаем в те самые подробности их извращений. И тогда кажется: «Ну куда уж хуже?», а то самое «хуже» наступает в авторских ремарках. Первая часть, более всего описанная, и популяризированная, выглядит достаточно неплохо. Эдакий бросок черного юмора от де Сада. Наши герои отпетым насилием не занимаются, первый месяц все еще достаточно чистенько выглядит. Первая рассказчица заканчивает свои истории, сходит с пьедестала и освобождает место второй. На этом первый «том», если позволите, заканчивается, соответственно, начинается второй месяц. Последующие фрагменты мне пришлось искать в интернете, потому что АСТ не потрудились продолжать свое издание. Я в формате чернухи вполне закоренелая, поэтому смутили меня за оставшиеся страниц 30-40 авторских дополнений только 2-3 предложения. В своем кратком содержании автор накидывает идеи на тему того, что будет писать дальше. Все мифы и легенды о садизме де Сада выходят, как раз-таки, из этого «продолжения» книги. Если кто-то скажет вам, что в «120 дней Содома» насилуют беременную девушку, то можете быть уверены, что вы не наткнетесь на этот фрагмент, если будете читать первую часть. Вы, в основном, не наткнетесь на ожидаемый вами разврат в первой части. Она тотально разнится с последующими, причем так, словно писали их разные люди. У меня закрадываются сомнения по этому поводу, кажется, что психологическое и идеологическое состояния автора были разными в моменты написания рукописей. Первая часть книги больше о философии, о жизненной «политике» автора: свобода, отрицание религии и прочее, о чем мы уже говорили. Как и обещала, отвечаю на свой же вопрос: а что во второй части, т.е. в том, что автор не успел дописать? Во второй части начинают отрубать конечности, убивать, выкалывать глаза и прочее. Именно фрагменты второй части были более сложны в прочтении, потому что мои оправдания для де Сада закончились. Я не знала, что хотел сказать мне автор, когда писал про отрубленные конечности, потом про кровь, кишки наизнанку и прочее. Поэтому мне и казалось, что он ушел совсем не в литературную сторону повествования, а просто занялся графоманией.

«Весь секс де Сада, то есть садомазохизм де Сада, имеет очень конкретную и четкую функцию. Он демонстрирует, что власть делает с человеческим телом — превращает его в вещь, в товар. То есть практически аннулирует личность другого», «Власть может позволить себе делать то, что хочет, и то, чего она хочет, полностью произвольно. Она может манипулировать телами, трансформировать сознание, устанавливать новые, ложные ценности» (Пьер Паоло Пазолини)

Я поставила бы произведению 1/5. Все дело в том, что отношение к произведению напрямую зависит от отношения к автору. А я в де Саде очень сильно разочаровалась после изучения его биографии. Но о нем точно стоит почитать, как о личности, безусловно, интересной в своих поступках!

Я слышал разные отзывы об этой книге, поэтому взялся за ее внимательное прочтение. Пожалуй, стоит отметить, что у де Сада все основано на контрасте, так и в этой книги читателям подробно описывают 4х «преступников», а затем дочерей этих «преступников». Какие чистые и благородные дочери выросли у этих негодяев. Язык которым начал излагать Маркиз в начале повествования, к моему большему сожалению он не смог поддержать на протяжение своей повести – за что ему большой «-». Так же в книге приводится довольно занимательная классификаций социальных классов Франции, де Сад их разбивает на «богатых» и «бедных» , «бедные» годны лишь на то что бы удовлетворять «богатых». Так же в этой книге для себя отметил пару цитат:

« Невероятно, до какой степени человек, ограниченный во всех своих развлечениях, во всех своих способностях, стремится сузить рамки своего существования своими недостойными предрассудками»

. (Ведь все люди пытаются адаптировать свои природные желания в рамки социума, а в книге «120 дней Содома» все рамки сняты – этим она и шокирует нынешних читателей. Мне кажется что многие читатели ждали какого-то «хэппи энда», что всех жертв прейдут и спасут.) .

«Жадная до убийств и преступлений природа запечатлевает единственный закон в глубине наших сердец: удовлетворить себя, неважно за счет кого.»

- как по мне эти слова хороший пример Дарвиновской эволюции (Выживает сильнейший). Не могу сказать что извращение описанные в книги уж очень радуют, но некоторым гурманам могут доставить удовольствие ^__^.
P.S. Уж извините за мой ломаный русский и за скачущую мысль, что вызовет у читателей отвращение. Книгу советую всем, хотя бы для ознакомления, ведь описанное в ней, частично существует и в нашей с вами действительности, просто люди стараются этого не замечать. Ведь все мы живем в своей зон комфорта.

Книга в своем роде уникальна - никто до этого не бросал такой дерзкий вызов общественной морали как де Сад. Ярый идеолог гедонизма, он рьяно отвергал нерушимые скрепы общества конца 18 века, христианскую и вообще религиозную ментальность, уважая лишь законы природы. Страсть являлась для де Сада голосом свыше, требующим исполнять "волю своей природы". Эти свои утопические идеи он и воплотил в 120 "днях". Честно говоря, идеи те еще.
Я примерно знала о чем пойдет речь, но и предположить не могла, что здесь описаны такие вещи, что волосы дыбом, книга написана очень откровенным языком. Здесь творятся такие мерзости и пошлости, что фильмы для взрослых просто отдыхают... Извращения происходящие в книге обрисованы и прописаны в книге с соблюдением всех наимельчайших и откровенных подробностей.
Это не легкая эротика, и даже не описание камасутры... Здесь все куда пикантнее, пахабнее и извращеннее... От прочтения периодами подташнивало…
Я могу подобрать сотню, тысячу эпитетов с ярым отрицательным оттенком, но они не передадут и малейшей доли моего отвращения к этому произведению.
Умоляю вас, люди. В нашей жизни и так хватает грязи и мерзости. Не засоряйте свой разум этой пустой книгой, которая достойна только огня.
Мне же только остается ждать, когда изобретут машину, стирающую память.

Меня очень удивляют рассуждения об этом «творении» как о литературе. Очевидно, что эта книга - симптом душевной болезни. Садист, психопат, сексоголик, графоман.. Люди представлены как вещи, мотив поступков один - желание, ноль рефлексии, отсутсвие художественной ценности. Набор фантазий воспалённого разума. К середине книги, маркиз перестаёт даже пытаться выстраивать сюжет, переходит к перечислению актов садизма по пунктам.. Для чего это написано? Зачем это издано? Вызов общественному мнению? Свободомыслие на грани? Я вижу в этом только историю одного безумия.