Рецензия на книгу

• 

  ksishbezz21 марта 2023 г.

  "120 дней Содома" это вымысел или жизнь автора?

  Де Сад, в первую очередь, был философом, а потом уж писателем. Он рьяно пропагандировал свободу человека, всеми конечностями был за утоление всех потребностей во благо удовольствия и, естественно, отрицал нравственность, мораль, религию и законы (исходя из этого его, наверное, и сажали в тюрьмы на протяжении всей жизни). Но, что интересно, в 18 веке произведения де Сада порицались далеко не за грязные сексуальные делишки, а за отсутствие морали и всего прочего, что указано выше. Из всей той информации, которую я прочла и просмотрела, мне кажется, что вполне имеет место быть мысль о том, что в 18 веке странные сексуальные предпочтения были не так обсуждаемы, как, например, «учение» того или иного произведения. Де Сад так преуспел, а может и переусердствовал местами, в написании своих произведений, что в 1886 году основоположник сексологии Рихард фон Крафт-Эбинг вывел понятие «садизм» исходя из имени маркиза. Стоит сказать, что де Сад вполне себе походил на одного из героев своих книг, потому что сажали его, буквально, «направо и налево» за изнасилование, приставание, буйности в борделях, пичканье женщин афродизиаком и прочее. В какой-то момент нашему автору надоело похищать женщин, и он решил окунуться в мир оккультизма. Отсюда и началась страсть к писательству...

  Жизненную позицию де Сада можно поделить, банально, на разумную и сомнительную: он выражал вполне здравую мысль о перенаселении планеты, но при этом считал, что исправить это можно исключительно истреблением половины человечества посредством, например, войн. Его также не устраивало никакое деление общества на сословия или что-то подобное, для него существовали только рабы и властвующие. При этом он был убежден, что ни одно преступление против человечества в режиме революции не может быть осуждено, потому что при этом режиме преступление становится нормой.

  Почти все свои произведения де Сад писал, будучи в заточении. «120 дней Содома» он выполнил на рулоне бумаги, который аккурат перед революцией вынесли из тюрьмы какие-то неравнодушные. Версий, на самом деле, много. Другие источники уверяют, что автор спрятал рукопись в тайнике, и не успел забрать. Но, к сожалению, а может и к счастью, роман не окончен в том смысле, в котором мы привыкли видеть литературные произведения. После первой части мы читаем наброски автора на тему следующих частей, эдакое краткое содержание его задумок. И именно там начинается тот самый треш, который слабонервным не рекомендуется. Но мы и это успеем обсудить. Вернемся к началу. Тридцать семь дней понадобилось автору, чтобы написать свое произведение, более того, он вынужден был писать на бумаге очень тесно, его одолевал страх, что бумагу конфискуют.

  «120 дней Содома» рассказывает нам о четырех закоренелых развратниках, которые, если кратко, закрываются в неприступной крепости, и на протяжении нескольких месяцев слушают нанятых рассказчиц, насилуя при этом детей. Вот и все. В конце всех убивают. Де Сад указывает на такое количество человеческих пороков, что можно написать целую энциклопедию. При этом он, как автор, в большинстве своем, героев не осуждает. Здесь стоит вспомнить его мысли о человеческой свободе.

  «Главное, конечно, это язык Сада. Именно он, письменный и всеобщий, служит в его романах оружием взаимопонимания разных полов и возрастов. Я бы назвал его прозрачным, в каком-то смысле это -- язык-автомат, приносящий, кстати сказать, в жертву, множество традиционно эротических ценностей, например, голос, его индивидуальный тембр. На этом строилась карьера стольких актеров! А у Сада слух превращался в чисто информационный канал. Редуцируются у него обоняние, осязание и другие неконтролируемые свойства любого театрального языка, делающие его непоследовательным и притягательным одновременно. Именно из-за "неаффективности" языка Сада, действия и реплики его героев выстраиваются в два идеально параллельных ряда, не пересекающихся по сути ни в одной точке. Зато глаз у Сада переразвит до пределов возможного, чтобы не сказать большего. Его литературный мир является идеально видимым, просматриваемым, освещенным. Отчасти, поэтому, он и невыносим: страдания его "гутаперчевых" персонажей ничем не ограничены, но то же самое можно сказать об их способности к наслаждению, безгранична и она» (источник в ссылках)

  Естественно, что, когда книга просочилась в круги людские, ею сразу же заинтересовались авангардисты.

  «Гийом Аполлинер назвал де Сада «самым свободным духом, который когда-либо существовал» и создал два романа-оммажа «120 дням Содома»

  В интернете я также наткнулась на статью, что реакцией народа на издание произведения было и оправдание автора. Говорили, что, написав «120 дней Содома» он пытался легализовать, буквально, свое тогдашнее поведение. Мне данное рассуждение нравится тем, что я могу психологически оправдать автора, ведь после прочтения его заметок по поводу окончания произведения, хотелось только биться головой о стол. Если во введении мы говорим о наших героях, помалу их раскрываем и узнаем, что они те еще извращуги, то к середине вникаем в те самые подробности их извращений. И тогда кажется: «Ну куда уж хуже?», а то самое «хуже» наступает в авторских ремарках. Первая часть, более всего описанная, и популяризированная, выглядит достаточно неплохо. Эдакий бросок черного юмора от де Сада. Наши герои отпетым насилием не занимаются, первый месяц все еще достаточно чистенько выглядит. Первая рассказчица заканчивает свои истории, сходит с пьедестала и освобождает место второй. На этом первый «том», если позволите, заканчивается, соответственно, начинается второй месяц. Последующие фрагменты мне пришлось искать в интернете, потому что АСТ не потрудились продолжать свое издание. Я в формате чернухи вполне закоренелая, поэтому смутили меня за оставшиеся страниц 30-40 авторских дополнений только 2-3 предложения. В своем кратком содержании автор накидывает идеи на тему того, что будет писать дальше. Все мифы и легенды о садизме де Сада выходят, как раз-таки, из этого «продолжения» книги. Если кто-то скажет вам, что в «120 дней Содома» насилуют беременную девушку, то можете быть уверены, что вы не наткнетесь на этот фрагмент, если будете читать первую часть. Вы, в основном, не наткнетесь на ожидаемый вами разврат в первой части. Она тотально разнится с последующими, причем так, словно писали их разные люди. У меня закрадываются сомнения по этому поводу, кажется, что психологическое и идеологическое состояния автора были разными в моменты написания рукописей. Первая часть книги больше о философии, о жизненной «политике» автора: свобода, отрицание религии и прочее, о чем мы уже говорили. Как и обещала, отвечаю на свой же вопрос: а что во второй части, т.е. в том, что автор не успел дописать? Во второй части начинают отрубать конечности, убивать, выкалывать глаза и прочее. Именно фрагменты второй части были более сложны в прочтении, потому что мои оправдания для де Сада закончились. Я не знала, что хотел сказать мне автор, когда писал про отрубленные конечности, потом про кровь, кишки наизнанку и прочее. Поэтому мне и казалось, что он ушел совсем не в литературную сторону повествования, а просто занялся графоманией.

  «Весь секс де Сада, то есть садомазохизм де Сада, имеет очень конкретную и четкую функцию. Он демонстрирует, что власть делает с человеческим телом — превращает его в вещь, в товар. То есть практически аннулирует личность другого», «Власть может позволить себе делать то, что хочет, и то, чего она хочет, полностью произвольно. Она может манипулировать телами, трансформировать сознание, устанавливать новые, ложные ценности» (Пьер Паоло Пазолини)

  Я поставила бы произведению 1/5. Все дело в том, что отношение к произведению напрямую зависит от отношения к автору. А я в де Саде очень сильно разочаровалась после изучения его биографии. Но о нем точно стоит почитать, как о личности, безусловно, интересной в своих поступках!

  21

  1,5K