Мастодония

Мы можем быть разумны и очень высоко образованы, но коллективно мы – стадо в самых различных отношениях.

Мо­жет быть, все­лен­ная во­все не пред­на­зна­че­на быть по­ня­той. Быть мо­жет, фе­тиш, ко­то­рый мы де­ла­ем из по­ни­ма­ния — не бо­лее, чем оши­боч­ный ас­пект на­ше­го тех­но­ло­ги­че­ско­го об­ще­ства.

в своей спешке мы совсем не оставили себе времени.

Он никогда не был ничем большим. Меньше, чем ничем — монах, боящийся смерти. Не святой, которым его провозглашали, но хнычущий, дрожащий трус, боявшийся умереть, а ни один человек, который боится смерти, не может быть святым. Для подлинной святости смерть должна быть обещанием нового начала, а он, вспоминая прошлое, понимал, что никогда не мог воспринять ее как что-то иное, кроме конца и полного ничто.

Вполне было бы достаточно, сказал он себе, если бы все продолжалось так, как есть, но что-то внутри него кричало, что этого недостаточно

Жизнь человека стала слишком уж сложна. Мы производим ужасное количество вещей. Может, наша жизнь не хуже, чем была раньше, но она не становится лучше.

Когда люди голодают, это результат плохого распределения пищи, а не проблема ее выращивания.

Я думаю, что становлюсь богом. Когда я вернусь, то буду одним из них. Наверное, так они и возникают. Они эволюционируют из других жизненных форм. Не знаю, но думаю, что в один прекрасный день буду знать. Мое ученичество заканчивается. Я вырос.

Истина в том, что наша вера настолько велика и всеобъемлюща, что мы принимаем христианство, даже зная, что о нашем Господе известно мало и что даже это немногое может быть ошибочным. Мы боимся того, что если заняться историческими исследованиями, может рухнуть само христианство. В ваших руках сила, внушающая благоговение. Мы хотим уплатить вам за неупотребление этой силы.

Рисунки, выведенные краской на стене пещеры, вылепленные из глины, нарисованные на бумаге — рисунки в мыслях. Самая суть мыслительного процесса.