Король воронов

Четверо одноклассников стояли в опасной близости и спорили, можно ли считать по-настоящему крутой цепочку банковский ограблений в каком-то фильме, который все смотрели. Блу боялась, что они спросят ее мнения. В широком смысле она знала, что это совершенно нормальный разговор, но в узком смысле понимала, что не сможет заговорить о кино, не показавшись высокомерной мажоркой. Блу чувствовала себя тысячелетней.  А еще ей казалось, что, возможно, она и вправду высокомерная мажорка. Она хотела забрать свой велосипед. Хотела общаться с друзьями, которые тоже были тысячелетними высокомерными мажорами. Она хотела жить в мире, где ее окружали бы тысячелетние высокомерные мажоры.

Она хотела в Венесуэлу.

Когда Адам поцеловал его, это походило на каждую милю в час, на которые Ронан когда-либо превышал ограничения скорости. Это была каждая окно-вниз, мурашки-по-коже, зубы-стучащие-от-холода ночная езда. Это были рёбра Адама под ладонями Ронана и губы Адама под его губами, снова, снова и снова. Это была щетина на губах и Ронан, вынужденный остановиться, чтобы перевести дыхание, перезапустить своё сердце. Они оба были голодными животными, но Адам голодал дольше.
Внутри они притворились, что будут грезить, но не делали этого. Они распластались на диване в гостиной, и Адам изучал татуировки, покрывающие спину Ронана: все острые края, которые удивительно и страшно цеплялись друг за друга.

Блу поцеловала его.

Он достаточно часто об этом мечтал, и вот это случилось, воплотилось в жизнь. В другом мире всё было бы так: девушка мягко прижалась своими губами к губам юноши. Но в этом мире Гэнси почувствовал эффект сразу. Блу – зеркало, усилитель, странная полудревесная душа с магией энергетической линии, бегущей по венам. И Гэнси – возрождённый однажды силой энергетической линии, давший энергетической линии сердце другой вид зеркала. И когда они направили себя друг на друга, тот, кто слабее, уступил.

Сердце Гэнси было подарено энергетической линией, не выращено.

Он отпрянул от неё.

Вслух, с умыслом, голосом, который не оставлял места для сомнений, он произнёс:

— Да будет демон убит.

Как только он это сказал, Блу крепко обвила руки вокруг его шеи. Как только он это сказал, она уткнулась лицом в его лицо. Как только он это сказал, она удерживала его, словно крик. Люблю, люблю, люблю.

Он бесшумно упал из её рук.

Он был королём.