Король воронов

He was sort of half-smiling, but in that way people did when they were annoyed rather than when anything was funny.

Он был книгой и сейчас листал свои последние страницы, желая поскорее добраться до финала и узнать, чем же все закончится. И в то же время он не хотел, чтобы это заканчивалось.

Настоящая жизнь в обмен на вынужденную.

Воровкой была школа. А жизнь Ронана-украденнымРонана-украденным сном.

Ронан никогда не врет, а правда - это самое важное.

Это может быть классный художественный проект для школы.

Пункт назначения – жизнь.

Отвага – это отчаянно хотеть жить, но принимать смерть во имя спасения остальных.

Она знала, что порой дело не в том, чтобы спастись, а в том, чтобы продержаться достаточно долго, чтобы кто-то другой пришел и спас тебя.

Секреты – как гнойник, так и норовят прорваться наружу.

— История такая сложная штука, мать ее, – констатировал Генри. – У тебя клаустрофобия?

— Нет, у меня другие недостатки.

Он понял, что ложь опасна лишь тогда, когда порой ты все-таки говоришь правду.

Я не имею права требовать от вас честности, если сам не буду откровенен.

Адам из сна, он же Диклан, очевидно, так не думал, но Адам из сна, он же Диклан, явно врал.

Бензопила укусила его, но не так сильно, как утренний холод.

Было холодно, но бензиновое сердце Ронана пылало.

Дед Ганси по матери был дипломатом, архитектором судеб; дед по отцу был архитектором, дипломатом стилей.

Его чувства к Адаму напоминали утечку нефти; он позволил им разлиться, и теперь, черт побери, весь океан воспламенился бы, стоило уронить спичку.

Голова чересчур мудра. Огонь в сердце.

"Бывает судьба страшнее, чем смерть".