— Господи, — выдохнул Ганси. Он не видел лица Генри в темноте и не мог сказать, что тот чувствует, делясь с ним такой историей. Его голос по-прежнему был спокойным.
— Увы, Господа там не было, — констатировал Генри. — Или, вероятно, к счастью. В той яме едва хватало места для меня одного.
Ганси слышал, как Генри потирает кончиками пальцев друг о друга, или же сжимает и разжимает кулаки. В этой пыльной комнатушке отчетливо слышался каждый звук. Вдобавок, он почуял тот самый своеобразный запах, сопровождающий страх: так пахнет тело, когда вырабатывает химические вещества, источавшие тревогу. Однако он не мог сказать, чей это был страх — его или Генри. Умом Ганси понимал, что эта яма не сотворит рой пчел из ниоткуда, чтобы убить его. Но сердце помнило,как он висел в пещере Кэйбсуотера и слушал гул роя, формировавшегося у него под ногами.