Лев в тени Льва. История любви и ненависти

Лев Николаевич Толстой. От этого имени не убежать и не спрятаться. Эта фигура вне времени и пространства. Невозможно найти того, кто оставался бы равнодушным к столь значимой в нашей стране личности. Толстой вызывает к себе тотальный интерес у всех поколений. И зачастую мы признаемся, что интерес этот имеет некое бессознательное начало, оправданное, казалось бы, простым вопросом: "Кто он - Лев Толстой?"
Павел Басинский, по всей видимости, однажды, задал себе такой же вопрос и, вот, уже вышла его третья книга о Льве Толстом. И судя по ее названию, главным героем книги станет сын Льва Николаевича - Лев Львович Толстой. В частности - так и есть, а, в общем (относительно всей толстовской трилогии Басинского) - "Лев в тени Льва" - это очередная попытка подсмотреть за гением, только на этот раз - через жизнь его непутевого сына, который представляется Басинским чуть ли не юродивым Феропонтом, вынюхивающим, и, при любом удобном случае, хулящим на старца из Ясной Поляны.
Лев Львович Толстой - единственный сын Толстых, которого назвали в честь отца. И, возможно, этим же и предрекли его дальнейшую судьбу. "Просто само существование такого отца убивало в сыне способность к самостоятельной жизни. Впоследствии, пытаясь дать название своей болезни, Лев Львович не найдет других слов, кроме как «продолжительная толстовская болезнь». Это была тяжёлая форма душевной зависимости от отца. И это была проблема не одного Льва Львовича». Толстой же пишет: «нынче думал я: сержусь на нравственную тупость детей, кроме Маши. Но кто же они? Мои дети, моё произведение со всех сторон, с плотской и духовной. Я их сделал, какие они есть. Это мои грехи всегда передо мной. И мне уходить от них некуда и нельзя».
Но из всех детей Льва Николаевича Лёвушка вышел некой неудачной пародией на своего родителя. Лёва мечется из стороны в сторону, пытаясь, стать то писателем, то скульптором, то публицистом, то многодетным помещиком. В итоге он все бросает, оправдываясь, некими «сложившимися обстоятельствами». Лев Николаевич находился в вечном поиске всеобщего счастья, а его сын страдал от отсутствия собственного. И вся его жизнь прошла в бесчисленных попытках найти в себе того самого гения – Льва Толстого.
Вообще, стоит отдать должное Павлу Басинскому за такое масштабное и кропотливое исследование. Басинский использует в своих книгах самые разные документы, но определяется все-таки его стилистика намеренно подчеркнутым личным мнением и выражением собственной позиции. Поэтому, жанр этой книги сложно определить. Местами это биографические очерки, местами - психологическое исследование, но в основном - хороший исторический роман. Именно такие ощущения остаются после прочтения «Льва в тени Льва».
И, безусловно, Лев Львович – главный герой этого романа. Но, вот, кого в нем играет Лев Николаевич? А не является ли он вообще творцом или автором этой истории, а Басинский – всего лишь читателем? Достаточно упомянуть письмо Толстого своему сыну: ««Болезнь многому научила тебя, но далеко еще не всему, и если проживешь здоровый, и даже больной, еще пятьдесят лет, все будешь учиться и все всего не узнаешь». Самое удивительное, что письмо это было написано в конце октября 1894 года, а скончался Лев Львович 18 октября 1945 года, то есть прожил еще именно 50 лет!». Такие пророчества сплошь и рядом встречаются в письмах Толстого. И с этой точки зрения Левушка воплотил сюжет великого писателя ценой собственной жизни. Конечно, это лишь рассуждения и догадки, но каков гений…
Подводя итоги можно сказать, что новая книга Павла Басинского по праву заслуживает внимания читателей и всех тех, кому не безразлична жизнь Толстых. Следует учесть, что первая работа из толстовской трилогии Басинского, «Лев Толстой: бегство из рая», была отмечена первым местом в Национальной литературной премии «Большая Книга».

Павел Басинский. Лев в тени Льва

"Лев в тени Льва" – это не просто биографическое исследование, это пронзительный портрет трагической судьбы! Басинский погружает нас в мир сложных взаимоотношений между Львом Толстым и его сыном, Ильей, показывая, как тяжело быть "сыном гения".

Отец и сын – бремя величия! Автор раскрывает, как слава и величие отца, Льва Толстого, одновременно восхищали и подавляли Илью, обрекая его на вечное сравнение и стремление доказать свою собственную ценность.

Попытка самоопределения – поиск себя! Басинский мастерски описывает метания Ильи Толстого, его поиски своего места в жизни, его стремление найти свое призвание и вырваться из тени знаменитого отца.

 Любовь и непонимание – трагедия семьи! Книга пронизана болью от нереализованных надежд, от непонимания между отцом и сыном, от невозможности преодолеть пропасть, вырытую гением.

Письма как исповедь – откровенный разговор! Использование писем Ильи Толстого позволяет читателю почувствовать его внутренний мир, его сомнения, страхи и надежды, его любовь к отцу и одновременно – чувство обиды и непризнания.

,,Быть вторым" – не значит быть незначительным! "Лев в тени Льва" – это не только история трагической судьбы Ильи Толстого, но и размышление о том, что каждый человек, независимо от своего происхождения и достижений, имеет право на собственную жизнь и самореализацию. Это призыв увидеть ценность в каждом человеке, даже если он находится в "тени" великого человека.

"Лев в тени Льва" – это глубокая и трогательная история, которая заставляет задуматься о природе гения, о цене славы и о том, как сложно бывает найти себя в мире, где уже есть "Лев".

Довольно захватывающая биография человека, не примечательного ничем, кроме рождения в семье общепризнанного гения. Впрочем, это не совсем биография Льва Львовича, его славных родителей сложно назвать второстепенными персонажами книги, их собственные истории вплетены в историю Льва Львовича, дополняя ее контрастами и нелишними дополнительными деталями. А может это и вообще очередная биография Льва Толстого, рассказанная через историю его сына... Так или иначе, но книга отличная.

Я, в принципе, для себя уже давно пришел к выводу, что Павел Басинский - монстр и после каждой его последующей книги (это четвертая для меня) лишь убеждаюсь в корректности своей оценки. Не читал его художественных вещей, но его документальные книги, на мой вкус, безупречны: при чтении "Льва в тени Льва" я ни разу не попал в "зону плато", когда интерес к книге утрачивается и она дочитывается исключительно по инерции и потому, что "ну я же начал, жалко бросать на пол-пути".

"Лев в тени Льва" (Павел Басинский) - судьба сына Льва Толстого. И в описании его болезни - прямое соответствие Христиану Будденброку, ей-ей, даже можно вообразить, что Манн списывал своего героя непосредственно со Льва Львовича. И еще между делом упоминание о психических болезнях толстовцев-последователей как о явлении достаточно частом, что меня, признаться, не удивляет, потому что входить в новоявленную ли, традиционную ли религию с таким рвением, энтузиазмом и фанатизмом могут только люди с и без того неустойчивой психикой, склонные к трезвой рассудочности просто не вспыхнут этим огнем. Ну а дальнейшее понятно: заставляя себя находить единственный смысл и цель своей жизни в исступленном религиозном служении, фанатики окончательно рвут в клочки собственную психику. Разве меньше было душевнобольных во времена безраздельного господства католицизма, скажем? Тут такой замкнутый круг, вступить в который легко, а выйти, по крайней мере, самостоятельно, практически невозможно: психически неустойчивый человек хватается за религию, необузданно предаваясь ей, окончательно рушит себя, но выход продолжает искать в ней же, не подвергая сомнениям ни ее, ни себя и свои действия. И все продолжает катиться под откос, с нарастающей скоростью. Типичное поведение, типичная жизнь большинства душевнобольных.

Религия как катализатор психических расстройств - конкретно в этом ключе я еще не думала о пропасти между Верой и религией (любой), хотя уже давно утверждаю, что эта пропасть чудовищна и принципиально непреодолима, что любая религия ведет куда угодно, но не к Богу.

Это была самая тяжёлая книга Басинского из всех, что я читала у него. Не в смысле слога, а в смысл настроения, которое рождается от прочитанного.
Басинский рассказывает о жизни третьего сына Льва Толстого, опрометчиво названного родителями тоже Львом. Болезненное честолюбие, уязвимая нервная система, идеи о своём величии (ничуть не меньшем, чем у отца), неутолимая жажда признания, обидчивость и ранимость души сыграли со Львом Львовичем злую шутку. Всю жизнь он лихорадочно искал себя, боролся с отцом, неистово его любил и так же неистово ненавидел, и, в конце концов, пришёл к жалкому финалу.

Местами читать ну просто неприятно – до того болезненные отношения были в этой известной всему миру семье. Бесконечные обвинения, требования уважения и любви, упрёки в недостаточной духовности, морализаторство, заверения в своей непогрешимости и т.п.
Испанский стыд по поводу младшего Льва и горечь по поводу старшего, общее непонимание, как можно так жить, писать такие письма, говорить друг другу такие слова…

В этой книге не только о третьем сыне Толстого. Тут и про других детей достаточно подробно написано, и про отношения с Софьей Андреевной, и про духовные поиски Льва Николаевича, и про его влияние на всю семью.

Эта книга вызывает бесконечное сочувствие ко всем её героям. Пережившим столько бед, смертей, упрёков, нездоровых разборок, запутанных отношений.

Здесь огромное поле не только для литературоведа, но и для психотерапевта.
Очень всех жаль, и очень горько от того, что любящие друг друга люди могут так мучить друг друга всю жизнь, гонясь за своими эфемерными идеями, опираясь на чувства неполноценности, обиды и вины.
Басинский прекрасно распутывает этот запутанный клубок патологичных отношений внутри семьи Толстых, показывая каждого участника конфликта с разных сторон.
Не знаю, стоит ли знать почитателям таланта Толстого такие интимные подробности жизни. Возможно, это добавит каких-то красок в восприятии его книг. Не знаю, не уверена.

Пару лет назад была в ясной поляне, но после посещения данного места у меня появилось огромное желание узнать больше. Не только об этом месте, но и жизни Л.Н. Толстого.
Первая книга, которая рассказывает о жизни «Лев Толстой: Бегство из рая» Павел Басинский
Если вам понравилась первая книга автора, то второй вариант точно понравится, ТК стиль, настроение, характер схожи. Это продолжение книги, но здесь акцент на его сына. Хотя и первые пять глав снова жизнь Толстого.
Начиная с пятой (примерно)главы начинается настоящая и захватывающая жизнь. Каждая глава это отдельная история, взлеты и падения.
Хотя и пытался сын доказать, что он личность, человек и выше своего отца или на одной волне, но не получилось. Но и сам отец был не очень то рад взлетаем сына.
Зачем ему вообще дети, если он их любил раздельно и выборочно. А уж сколько надменности и горя принес семье. У его сына погиб ребенок по его вине, а он отнёсся к этому с безразличием. Учитывая гибиль столького количество его родных детей, можно судить, что он привык, охладел или просто закалять жизни, когда он и сам остался без родителей, жил без родной и теплой любви, не умел любить и не научил детей любить.
Ведь его сын был его копия, если брать случай, как он при жене и ребенке убил собаку, а выбросить недоношенного ребенка заборт, его игры, поиск себя, жалобы и писанина на отца.
Как жалко жену Толстого, так и его жену было жалко. Ведь кара и судьба потеря детей повторилась у детей Толстого.
Можно часами рассуждать о книги, жизни, но лучше её прочитать, ТК там не только жизнь их жизнь, но и известные личности, которые принимали участие в судьбе и сама судьба России.

(И немного о маскотерапии)
О судьбе сына Льва Николаевича Толстого, тоже Льва, как пытался он вырваться из его тени, но свою вселенную не создал. Примерно как Луна имела бы претензии к Земле и к Солнцу.
“... отца мучило именно то, что сын дублирует его молодые поступки вместо того, чтобы сразу жить с той нравственной «базой», которую уже выработал Лев Николаевич. Это тем более терзало его потому, что в глубине души он чувствовал невозможность этого. Не только в силу молодости Лёвы, но и оттого, что сам же он воспитал его «барином».
… состоялся беспрецедентный акт «наследования» всей собственности человека при его жизни … Раздел прошёл мирно, но он расколол семью.
… Вопреки мудрому совету матери не жить в Ясной Поляне, Лев Львович не только поселился в отцовском имении, но и стал в нем энергично хозяйничать.
… Жить с вами на деле означало жить с отцом, вокруг которого вращалась вся яснополянская жизнь. И это прекрасно понимали и мать, и сестры, и братья, которые предпочли жить отдельно, но не вмешиваться в жизнь родителей”.
—
Какие старинные фамилии в местах, где про Самарскую губернию: «Алексею Алексеевичу (Бибикову, соседу-помещику … Вышнеградский предупреждал его уже в ноябре 1890 года … губернатором Самары был Александр Дмитриевич Свербеев, «просвещенный консерватор» … Он вошел в отношения с новым губернатором Александром Семеновичем Брянчаниновым, который заменил Свербеева … в степь были присланы два санитарных отряда, которые привез князь Петр Дмитриевич Долгоруков».
---
О сыновнем предательстве:
«… известную часть твоих мыслей и их влияние на людей. Я считаю их дурными, вредными и развращающими людей… Меня можно осуждать за то, что я пишу против тебя, а в то же время пользуюсь наследством, которое ты нам оставил и торгую твоими книжками…»
Сын предательски обнажал то, что знал изнутри семьи, что не должно было быть вынесено из избы.
Как быть? Взрослый мужчина вроде тоже может заявить о своих выводах. Но! Как сын – не порочь отца. А если как чужой, как человек со стороны – не пользуйся его капиталом, наживи свой с нуля, тогда и рассуждай, как человек свой собственный, а не чей-то. “Ему так и не удавалось свить своё гнездо”.
«Что дали ему сыновья? Они только брали, брали и брали! Его имя, его имения, его деньги, которые им, вечно пребывающим в долгах, ссуживала Софья Андреевна! И этот сын еще будет его учить…»
—
Маскотерапия
«… в одно прекрасное утро стал вместо писания лепить из глины всё, что приходило мне в голову». Уклон был именно на портреты: “«вылепил русского солдата, Пушкина в юности и бюст племянника жены в натуральную величину»
«Осенью 1908 года он вылепил бюст отца, но вынужден был сломать из-за плохой глины. … Начинается новый период их жизни… Два года он прожил в состоянии если не счастья, то ощущения того, что, наконец, нашел свой путь в жизни, “«чувствую, что живу здесь сильнее, чем дома».
Вылепил бюст отца и сломал – между делом произошёл ритуал отделения отца от себя, волшебство маскотерапии!
Выздоровел. Правда, не надолго, так он и не лечился специально, а портрет как бы сам шёл в руки. Но двухлетняя ремиссия – очень неплохо для такого неврастенического типа. И на обнулённое самоощущение даже пришли новые чувства, как первая любовь у здорового молодого человека.
Потом были ещё скульптурные портреты, которые в виду бессистемности были лишь эхом к успешной терапии от первого. «В 1909 году Лев Львович приезжает в Ясную Поляну летом, один, без семьи, и пытается вылепить бюст отца «с натуры». Но бюст у него не получается.»
«Отец был готов продолжать сеансы позирования в Кочетах. Однако сын решил дождаться его возвращения. А оно затягивалось, возможно, по причине готовящейся встречи с Чертковым. Тогда 25 июня он смял бюст отца в бесформенный кусок глины и уехал из Ясной. … Не понятно, был ли это жест досады на отца или просто признание творческой неудачи. Скорее и то, и другое. Но создать скульптурный образ отца он сможет только после его смерти".
Когда лепил мать, у которой на тот момент был психиатрический диагноз: «Лёва меня лепит, и мне возле него спокойно, он всё понимает, и любит, и жалеет меня…» – пишет в дневнике Софья Андреевна.» Знал бы он, что это – настоящая маскотерапия. Глядишь, и нашёл бы себя в этом. Но до описания метода Г.Назлояном было ещё далеко, и в последние годы своей жизни Лев Львович погряз в игромании, «со смертью отца он потерял нравственные опоры в своей жизни».

Вот я и прочитал наконец последнюю книгу из трилогии о Толстом.Да уж это был долгий путь который занял наверное лет 8 и без этого сайта наверное растянулся еще бы на пару лет.Удивительная вещь читая это том я внезапно перестал поддерживать точку зрения Толстого чего не случалось со мной при чтении предыдущих книг.Наверное все дело в том что здесь Басинский сосредотативается на истории отношений Толстого и его детей и Лев Николаевич предстает перед читателем будто бы безумным титаном Кроносом пожирающим свое потомство но видимо таково бремя гениальности. Толстой показан как ужасно противоречивая фигура разрываемая со всех сторон: быть добрым христианином но при этом так и не сумевшим найти в себе силы полюбить своих самых близких людей,нестежать и при этом быть графом,проповедовать сочувствие и быть абсолютно равнодушным к смерти .Такова эта книга,книга сомнений ,метаний и поиска истин которые так мучили Толстого,чем и ценно его позднее творчество которое только ставит вопросы а ответ каждый уже должен находить самостоятельно.
Теперь пора переходить к Льву Львовичу Толстому.Да уж до чего странный персонаж да-да именно персонаж очень сложно поверить что это реальный человек и действительно сын Льва Николаевича Толстого.Вся жизнь его это один большой роман о поисках отцовской любви и той боли превращающийся в ненависть и непрекращающийся крик ЛЮБИ МЕНЯ ПАПА!ЗАМЕТЬ МЕНЯ!! а в ответ безразличное молчание.Удивительно как оказывается схожи судьбы двух Толстых только один оказывается очень дурной копией другого который в конце концов захлебнулся собственное ненавистью.А самое страшное во всей этой истории что человек прожил целую жизнь наступая на одни и те же грабли постоянно виня в своих бедах кого угодно только не себя,вдуматься только целая жизнь и один и тот же круг одни и те же ошибки и не куда не деться из этого замкнутого круга.Вот такова и была жизнь этого странного человека.

Павел Басинский продолжает литературоведческий сериал, начатый им книгой «Лев Толстой: бегство из рая», в которой он попытался разобраться, почему великий писатель решил покинуть свой дом в крайне преклонном возрасте и какую роль в этом сыграла его жена Софья Андреевна. Далее фокус внимания Басинского сместился на отношения Толстого с церковью вообще и с Иоанном Кронштадтским в частности. Теперь очередь дошла до детей Толстого, судьба которых большинству из нас известна мало, но вызывает большое любопытство. Басинский не бросает тем, начатых им в предыдущих книгах, он словно бы продолжает выкладывать паззл, в каждом кусочке которого мы можем увидеть часть целого и вместе с тем понимаем, что в жизни Толстого остается еще немало моментов, заслуживающих самого внимательного изучения. Один из самых впечатляющих эпизодов книги «Лев в тени Льва» — голод, случившийся в российских деревнях в 1890-х. Личное вмешательство писателя Софья Андреевна оценила скептически как очередную попытку привлечь к себе общественное внимание, о чем она пишет в цитируемом Басинском письме: «Все один и тот же источник всего в этом роде: тщеславие и желание новой и новой славы, чтобы как можно больше говорить о нем». Тем не менее это принесло свои плоды: тысячи людей были спасены в тяжелейшей ситуации. Толстой лично отслеживал, как расходуются все поступающие к нему средства, решал, куда их нужно направлять. Но, увы, именно это эпизод стал переломным в судьбе его сына. Попытки Льва Львовича действовать наравне с отцом не увенчались успехом. Сын оказался надломлен физически и духовно. И это еще один урок от семейства Толстых: «Не всегда то, что нас не убивает, делает нас сильнее».