Та, что стала Солнцем

«Та, что стала солнцем» в русскоязычном сегменте заявлена как историческое фэнтези, история о сильной героине, которая преодолевает трудности на пути к величию. И в самом начале это действительно было так, но исключительно в этом коротком промежутке.

Читателей знакомят с девочкой, которая родилась в то время, когда ей лучше было бы быть мужчиной. Я понимаю, что такая фраза моментально может стать отсылкой к феминизму, но дело не в этом. Если вы знакомы с историей Китая (и в принципе с мировой), то увидите, что писательница не усугубляет положение женщин в своей работе — об их положении там исключительно факты. Жизнь женщины действительно ничего не стоила по сравнению с жизнью мужчины: в Древнем Китае они  не занимали никаких высоких должностей, не могли претендовать на хорошее положение в семье, если не родили наследника, не говорили в присутствии мужчины без дозволения и медленно ходили из-за перебинтованных ног. На самом деле то, что писательница упоминает об этом в книге, не делает ее феминисткой — лишь человеком, который соблюдает исторический контекст. Можно подумать, что мужчин она показывает в неприглядном свете, но это происходит от лица героини. Антагонист этой истории такого же плохого мнения о женщинах.

Для меня проблема оказалась в другом. Я надеялась увидеть сильную женщину, которая, преодолев жизненные трудности, смогла встать рядом с сильнейшими мира сего (мужчинами) или даже превзойти их. И сначала мне очень нравилось, как ее описывают. Чжу сражалась за свою жизнь, смогла из беспросветной бедности попасть в относительно хорошее место, а потом найти для себя путь, который способен привести ее к величию. Но если вам уже знакома книга, то, вероятно, на последнем слове могло стать нехорошо. Потому что слово «величие» повторяется в каждой главе, а иногда и через каждые несколько абзацев. Из девочки, желавшей для себя лучшей жизни и потому притворявшейся своим братом, она превращается в девушку, у которой в голове лишь одна мысль: «Нужно стать великой, потому что я заняла место брата, а ему обещали величие». Что бы ни происходило в ее жизни, она думает только об этом. И не как о возможном исходе, не как о том, чего ей бы искренне хотелось, а как о том, чего она обязана достичь, потому что так сказали Небеса (гадатель, которому в голодный год ее отец дал поесть тыквы). И чем дальше идет повествование, тем чаще эта мысль повторяется, хотя, казалось бы, должно быть наоборот. Это раздражает, потому что с удержанием такой простой информации в голове проблем возникнуть не должно.

Чжу меня разочаровала. У нее нет никакого развития, никаких желаний — только мания величия. Она как робот повторяет одно и то же, и при этом в какой бы битве она ни оказалась, выходит оттуда победительницей, все еще активно размышляющей о том, что нужно получить больше власти. Нужно научиться ездить верхом? Она села несколько раз, и уже умеет. Нужно научиться владеть мечом? Писательница делает небольшой тайм-скип, и вот Чжу уже обладает навыками, которые люди нарабатывают годами. Я понимаю, что это вымышленная ситуация, но крайне нереалистичная, потому что героиня борется против искусных воинов и политиков и раз за разом выживает, еще и с успехом. Выжить один раз благодаря случайности — это вполне реалистично, но это не может происходить на постоянной основе. Такое развитие событий выглядит нагло. Становится понятно, что не она работает на сюжет, а сюжет на нее, подбрасывая рояли в кустах. Когда я узнала, что она при этом, оказывается, все это время метила не в генералы, а на императорский трон, то поняла, что читать дальше будет еще сложнее. Ради чего она хочет править? Ради того, чтобы людям жилось хорошо? Ради того, чтобы покарать неугодных? Нет. Просто потому, что так надо. Я не дочитала буквально чуть-чуть, но за всю книгу прошло достаточно моментов, где можно было пояснить, почему она так сильно этого хочет. Этого не случилось. Может, это раскрывается во второй части, но объективно слишком поздно.

Окончательно разочаровалась я на моменте, когда дошло до изображения гендерной дисфории. Довольно болезненная тема, озвучивать свою позицию относительно этого может быть опасно, но я скажу. Я не была бы против транс-персонажа, но если бы он был описан достойно, со всеми внутренними переживаниями. Мне кажется, к Чжу это не относится. В начале истории она выглядит как девушка, которая притворяется человеком другого пола, чтобы выжить (в тот же монастырь и на поле боя женщинам путь заказан). На это указывает и ее постоянный страх того, что Небеса ее раскроют, поймут, что она «живет не своей судьбой». В контексте повествования это выглядит логично — она боится гнева Небес, потому что пытаешься изменить свое предназначение, поэтому не может полностью быть женщиной, ощущать себя таковой. Но ближе к концу (!!) книги оказывается, что она не чувствует себя женщиной не потому, что лишена этого опыта из-за «подмены», отсутствия матери, подруг и так далее, а потому, что ей очень даже неплохо в теле мужчины. Это не сильная героиня, это сильная т-персона, простите меня. И об этом не говорится прямо до тех пор, пока до конца не остается максимум 70 страниц. Это не имеет никакого отношения к истории о Мулань, которой сюда заманили, судя по всему, большое количество людей. Мулань не стыдно быть женщиной в мире мужчин, она доказывает, что ничем не хуже их, поэтому является «сильной героиней». Чжу же, наоборот, готова быть кем угодно, только не женщиной. Она мимикрирует под мужчин, а не показывает, что женщины тоже достойны лучшей жизни.

Я сама виновата в том, что не посмотрела биографию писательницы. Она оказалась AFAB, небинарной персоной с (уф...) обритой головой. Прямо как Чжу, да. Писать с себя персонажа — это не плохо, добавлять в историю альтер-эго — не плохо, но, как мне кажется, не тогда, когда характер персонажа не раскрывается в полной мере и в итоге сводится к гендерной дисфории (ее каркасу, потому что в эту тему писательница не углублялась) и желанию встать во главе страны.

Немного о других персонажах. Мне понравились Сюй Да и Ма Сюин — потому что были личностями со своими устремлениями, помыслами и характером. Но на их фоне Чжу выглядела бесчувственной и маниакальной. Еще лучше, на мой взгляд, были раскрыты генерал-евнух Оюан и Эсэнь. Но и тут без проблем не обошлось. Писательница с самого начала доказывает читателям, что Чжу и Оюан похожи. Вот только Оюан физически искалечен, поэтому не считается ни мужчиной, ни женщиной. Они не имеют такой схожести, на которой настаивает писательница, потому что у них проблемы разного характера. Вместе с этим у Оюана есть достойная цель, абсолютно обоснованная мотивация, он проходит гораздо более длинный путь, состоящий из унижений и попыток восстановить свое имя. Он не похож на Чжу. При этом прописан настолько хорошо, что мне кажется, что Паркер-Чан просто больше нравятся мужские персонажи. Это тоже не делает ей чести, потому что тут очень тонкая грань между просто предпочтениями и внутренней мизогинией.

Далее — культурные и исторические моменты. Мне не нравится, когда писателей хвалят только за то, что они пишут о своей стране и культуре, потому что это далеко не всегда получается достоверно. В ее биографии сказано, что ее вдохновили исторические дорамы, она изучала культуру Китая с помощью них в том числе. Вот только исторические дорамы не являются достоверным источником. Я не разбираюсь в этом историческом периоде, но мне хватило и постоянной записи фамилий без имени, и если в случае с Чжу, имя которой не раскрывается, это может иметь смысл, то в случае с остальными персонажами это уже считается ошибкой. Я в жизни не поверю, что писательница, выросшая в полу-азиатской семье, не знает, что имя и фамилию нельзя разделять в более древнем контексте, чем современность. Я спотыкалась о «Ма» вместо «Ма Сюин» или «девица Ма» и иже с ними. В любой книге от китайской писательницы запись имени и фамилии вместе — сама собой разумеющаяся вещь.

Из фэнтези присутствуют только его элементы, три конкретных: божественный ребенок, способность видеть призраков и выпускать из ладоней огонь, показывающий право на небесный мандат. При этом в книге не дается пояснений к тому, что такое существует в этом мире, никаких предпосылок и отсылок — все эти элементы подаются, как факт, как будто читатели должны мгновенно определить, где реальность, а где — фантазия. Тот же огонь из ладоней возник внезапно, и из-за общего тона книги я подумала, что это трюк, а не «магия». Только в конце прямо сказали, что это право стать императором. Как читатель должен был до этого дойти самостоятельно — непонятно.

Еще одна проблема русскоязычного издания — цензура. Никто нигде не говорил как будто бы, что в книге будут однополые отношения, поэтому она попалась не ЦА. При этом сами отношения существовали как будто больше для привлечения всех тех, кому очень хочется об этом почитать. В случае с женскими персонажами все крутилось вокруг привязанности, не очень похожей на любовь. В случае же с мужскими персонажами было видно, что писательница знает, что такое яой — все в лучших традициях изображения «отношений» двух мужчин с ощущением психологического давления. Потом внезапно начались постельные сцены. Написаны они были плохо. Одна из них произошла даже не между второстепенными персонажами, а теми, кто едва мелькнул, при этом с подробностями, к которым я была не готова (потому что зачем все это здесь?).

Хуже всего этого оказался только перевод. Очередной случай, когда было очень затратно показать это китаисту, поэтому вместо генерала «У» там половину книги был генерал «Ву». Его позже стали записывать правильно, но при этом не исправили ошибки в начале. Почему-то не стали склонять фамилии, хотя это правильно (ошибочное «генералу Ван» вместо «генералу Вану» и т.д.). Еще мелькали неподходящие в контексте слова. Не повозка, а фургон, современное «шоу», и т.д. Была заметна калька с английского.

Я смогла найти для себя что-то в этой истории, это было полезно в какой-то степени. Но по большей части я будто зря понадеялась на компетентность писательницы в описании культурных и исторических моментов. Она пыталась добавить в исторический контекст побольше «квирности» (не однополых отношений, а именно «квирности», так к этому относится и включение т-персон), и на это ушли все ее силы. С большим успехом и чувством внутреннего спокойствия можно было почитать новеллы китайских авторов, современных или не очень. Относительно всего остального это одно сплошное разочарование.