Королева Бедлама

«Будете стремиться к успеху – и несмотря на это, много раз терпеть поражение. Так устроен этот мир, и такова правда жизни. Но когда вы снова найдете свою лошадь, куда вы поедете – вперед или назад?»

Полагаю, что-то оборвалось или сломалось в их сердце, и, когда умерла последняя надежда, они умерли вместе с ней, потому как не могли больше жить...

Ему показалось интересным, что Берри описала несколько книжных лавок, где ей пришлось побывать, и одного книгопродавца, который подавал прямо у себя в магазине кофе и шоколад. Она рассказывала так, что Мэтью буквально сам почувствовал запах книжных страниц и аромат черного кофе, плывущий дождливым лондонским днем.

Поразительно, как приставленный к горлу нож способен направить мысли человека к таким вещам, которые еще неделю назад казались сущими глупостями, а теперь — безвозвратно упущенными возможностями.

— Женитьба не входила в мои планы на ближайшее будущее.

— В мои тоже. Мне нужно сперва начать зарабатывать на искусстве.

Умрет в нищете и старой девой, обреченно подумал Мэтью.

Душу убить так же легко, как и тело.

Коммерция на этом зиждется, понимаете? На власти и на страхе. Мы идем по головам тех, кто под нами, а они идут по головам других, и так до самого низа... где под ногами букашки да улитки хрустят.

Ответственность старит.

— Моя работа предполагает... умственный труд, сэр.

— Вот в этом беда современной молодежи. Сидите целыми днями на пятой точке и называете это трудом.

— И что? Невеста она завидная, Мэтью, я бы на твоем месте нос-то не воротил.

— Да я и не ворочу. Просто... как-то я не расположен к общению.

— А кто сказал, что вам надо общаться? Я тебе про женитьбу толкую!

— Хм, вероятно, тебе стоит пересмотреть свои взгляды на брак.

Что за странное место - этот мир, созданный людьми.

Всегда идите вперед, даже если не уверены, куда ведет дорога.

нам нужна организация до того, как возникнет проблема. Если поставить лошадь позади телеги и за телегой гнаться, можно сильно опоздать.

Нужно быть дураком, чтобы не знать, что весь город об этом говорит, но мы должны управлять общественным мнением, Мэтью. На благо самого общества.

Вот что меня поражает в этом городе, — заговорил магистрат спокойно, как человек, констатирующий факт, — так это что здесь проститутки дают уроки кройки и шитья набожным церковным дамам, пираты консультируются у кораблестроителей насчет мореходных качеств корабля, христиане гуляют по воскресеньям с евреями, индейцы играют в кости с разведчиками прерий — но стоит серебряной монетке провалиться в щель между двумя товарищами по одной профессии, как тут же начинается кровавая война.

"Коммерция на этом и зиждется, понимаете? На власти и на страхе. Мы идем по головам тех, кто под нами, а они идут по головам других, и так до самого низа...где под ногами букашки да улитки хрустят. И так будет всегда. "

"Как все-таки одинок бывает человек в городе, где живет еще пять тысяч душ, поразительно..."

"Не предопределено ли судьбой и природой человеческой, что каждый Вифлеем со временем превращается в Бедлам?"

Люди ведь,  в большинстве своём,  готовы принять самый простой ответ на сложный вопрос.  Так оно... спокойнее,  не находите?