Лучшие рассказы

‘Where’s Rory? I want him, right now,’ demanded Amy as the TARDIS lurched away into space and time. The Doctor had only briefly met her fiancé, Rory Williams, once before. She didn’t think the Doctor understood what she saw in Rory. Some days, she was not entirely sure what she saw in Rory. But she was certain of this: nobody took her fiancé away from her.
‘Good question. Where’s Rory? Also, where’s seven billion other people?’ he asked.
‘I want my Rory.’

‘It’s quiet. No cars. No birds. Nothing.’
‘No radio waves,’ said the Doctor. ‘Not even Radio Four.’
‘You can hear radio waves?’
‘Of course not. Nobody can hear radio waves,’ he said unconvincingly.

- Я приверженец классической школы, - сказал молодой человек и указал на книжную полку с образцами бессмертной классики. "Удольфские тайны", "Замок Отранто", "Рукопись, найденная в Сарагосе", "Монах" и так далее. - Это литература

Я никогда не боялась мертвых. Знаешь? Мертвые не сделают тебе зла. В этом городе много плохого и страшного, но мертвых не надо бояться. Они никогда тебя не обидят. Никогда не сделают больно. Живые – да. Живые делают нам больно. Очень больно. Очень.

Тогда я был еще маленьким и доверял собственным ощущениям

- Это я, Амелия Ирншоу, недавно потерявшая родителей и теперь направляющаяся, чтобы занять место гувернантки, на которую будет возложено попечение о двух детях - мальчике и девочке, в дом лорда Фальконмера, чей хищный взгляд показался мне во время нашего собеседования в его лондонской резиденции отвратительным и завораживающим, но орлиный профиль этого господина не дает мне спокойно спать и по сей день.

Стара она, будто сами горы, свирепа, как змея подколодная, – сплошь злоба, да чары, да смерть.

— Как тебя зовут?
—Триолет.
—Красивое имя.
—Это форма стиха.Вроде меня.
—Ты что,поэма?...ты что,в самом деле поэма?
—Если угодно.Я — поэма...а может,я — ритм...а может,я — древний народ,чей мир поглотило море...
—А...э-э-э...а не трудно тебе быть тремя вещами сразу?
—Как тебя зовут?
—Инн.
—Значит,ты — Инн...и ты — мужского пола...и ты — двуногий.Не трудно тебе быть тремя вещами сразу?

Рядом с ней стояла женщина чуть за шестьдесят, на вид очень уютная и утешительная, точь-в-точь такая, какую неплохо держать под боком на случай непредвиденных потрясений.

Хозяин и седовласая женщина не сошлись во мнениях о том, какие из местных сортов пива и сидра можно признать хорошими. Когда страсти уже накалились не на шутку, коротышка с бакенбардами вмешался и заявил, что, по его скромному мнению, «хорошее» – это не просто «неплохое», а нечто куда более выдающееся. Одним словом, то, что делает мир прекраснее. Высказавшись, он застенчиво хихикнул – мол, не принимайте меня всерьез, на самом деле я понимаю, что речь всего лишь о выпивке.

Десять языков в одной голове.
Один язык пошел за хлебом,
Чтоб накормить живых и мертвых.
Старинная загадка

– Что скажешь? – спросила она, показывая рисунок в альбоме – уверенный карандашный набросок окрестного пейзажа.
– Замечательно. Ты профессионально рисуешь?
– Да так, калякаю помаленьку.
Тень уже достаточно наобщался с англичанами, чтобы понять, что это может означать одно из двух: или она и вправду всего лишь калякает, или ее работы регулярно выставляют в Национальной галерее или в «Тейт Модерн».

В тени многое что способно протянуть очень и очень долго.

– Значит, были в кутузке? – спросил вдруг Смит.
– Прошу прощения?
– В тюрьме. В каталажке. Полно слов на разные буквы, обозначающих плохую кормежку, никакой ночной жизни, неадекватные средства гигиены и ограниченные возможности перемещения.

– Доктор Гаскелл все твердил, что вы монстр, – сказала она. – Это правда?
– Не думаю, – ответил Тень.
– А жаль, – сказала она. – С монстрами всегда знаешь, как обстоят дела, верно?
– Вы знаете?
– Абсолютно. Под конец дня попадешь на обед. Только не ты будешь обедать, а тобой пообедают.

Дальняя дорога - вот что делает подарок по-настоящему волшебным. Так они, гномы, по крайней мере, думали.

Это была моя жизнь

Итак, у нас есть спящая дамочка в замке и при ней, возможно, фея или ведьма