Жизнь насекомых. Чапаев и Пустота. Generation "П"

Не люблю я книги с таким количеством философии…. Знала бы… Я ждала приключения Чапаева, да Петьки! А получила растекание мыслии по древу. При чем я сразу даже не поняла, всё так хорошо начиналось, а потом – БАЦ! – провал и потянулоооооось. Поэтому книгу я мучала, скрипела, терпела и мучалась. Многое что осталось непонятным. Вопросы, на которые нет ответа «что есть ты, что есть сознание, что есть реальность» - ну не этого я ждала! Не психбольницу. Приключений! Действий! А тут – читаешь предложение - понимаешь, читаешь следующее – понимаешь. Но вместе они не складываются между собой! По крайней мере у меня. Ближе к финалу – бонус, вплели пару анекдотов! И, что удивительно, мне понравилось, как Петька отвечает и разбирает эти анекдоты! Вот тут я залипла, пусть на страничку, но всё таки )

Пелевин - это такой наш ответ Паланику, только с минимумом фекалий (в прямом смысле этого слова) и расчлененок.
Как-то в свое время на ютубе выходил обзор на фильм "Чужой: Завет", фильм, который и так был прохладно принят зрителями из-за нагромождения тупизны, логических нестыковок, лишних сцен и т.д. И один блогер с ютуба с ником УберМаргинал, как бы специалист в философии, возмутился негативом в адрес фильма и заявил примерно следующее: "Вы просто не поняли фильм! Там такое множество отсылок, в том числе, и библейских! Перед тем, как смотреть фильм, надо было почитать кое-что [Ницше, Шопенгауэра, Библию]. Не для такого быдла, как вы, снимали". То есть, фильм снимался не ради какого-то замысла, посыла, сюжета, эмоций, а ради... сраных библейских отсылок...
Вот примерно так люди относятся и к творчеству Пелевина. Пелевин - это неистовый онанизм на форму, а не на содержание. Это писанина ради писанины. А еще ради бабла.
Пелевин - это жутко претенциозный персонаж в российской литературе. Стоит ли удивляться тому, что он появился на "небосклоне" российской литературы аккурат сразу после развала "ненавистного Совка"? Рухнули барьеры и железные занавесы, исчезла цензура, и появилась возможность писать о чем угодно и снимать что угодно. Никита Джигурда заманил Яковлева из "Ивана Васильевича" в свой мегашедевр "Супермэн поневоле, или эротический мутант". Александр Панкратов-Черный снимается в десятках фильмов про бабников и альфонсов, которые спят со всеми подряд, а потом ходят к венерологу. Еще очень молодой Дмитрий Певцов и его неразлучная партнерша (в том числе и половая) Ольга Дроздова снимаются в наркоманском фильме с галлюцинациями, где Дроздова светит своим мохнатым местом постоянно. Олег Табаков кричит с экрана про какие-то деревянные члены. Ну, и конечно же, Пелевин пишет свою "дзэн-буддистскую" срань.
Пелевин очень сильно любит себя. Он раскрутил миф о том, что его, Пелевина, как личности, не существует. Ловкий ход, ничего не скажешь. Хотя на ютубе есть видео с ним, где он дает интервью, раскачиваясь, какмаятник, на стуле. Правда, это было давно, потом он на публике вроде как не появлялся, отчего есть теоретические основания говорить, что его как бы и нет. Кто же тогда пишет книги? Здесь явно идет упор на мистическое восприятие ситуации его поклонниками. Книги пишет, видимо, тайный буддистский орден. Налицо сакрализация творческого наследия.
Зачем Пелевину поддерживать этот миф? Кто-то скажет, что он любит свою частную жизнь и не хочет, чтобы его донимали поклонники и журналисты. Я скажу, что это бред. Нет такого журналиста. который мог бы заставить дать интервью насильно. Договориться о встрече с журналистом можно и в нейтральном месте, сохранив в тайне место своего проживания. Можно общаться и по интернету. Так что налицо исключительно и только САМОПИАР. А находить в самопиаре что-то положительное могут, наверно, только лично в нем заинтересованные, но никак не простые читатели.
А даже если Пелевина и нет, и за него пишет коллектив авторов - так и что с того? Меняет ли это что-то? Задайте себе этот вопрос.
Итак, "Generation П" относится, конечно, не к периоду, когда СССР только распался и Дроздова светила своей мохнаткой, а уже к концу 90-х, когда уже Ельцин почти сказал: "Я устал и ухожу". Но по сути это типичная отрыжка 90-х о 90-х для людей из 90-х.
Несмотря на то, что СССР уже давно распался, Пелевин не перестает этому бурно радоваться на страницах романчика. Ядовитой иронией о советском прошлом пропитано все произведение. Постоянно упоминаются ГУЛАГи, расстрелы, пионеры, партийные деятели, Ленин, Сталин, коммунизм - и все в самом саркастично-презрительном тоне. "Кому охота пинать дохлого льва?" - как сказал бы герой одного из романов Акунина. Но Пелевину, видимо. охота. Это уже что-то личное.

• Это ты знаешь: выстраивали зэков, давали им лопаты и велели рыть траншею от забора до обеда.

  Ну, мы все знаем, что в СССР половина сидела, а половина охраняла.

Если кто-то думает. что в этой метафоре о метафоре есть какой-то смысл для сюжета или для внутренних размышлений автора, то глубоко ошибается. Это имеет значение только для Пелевина. Я ж говорю - это что-то личное.
Еще главный герой проходил мимо здания с советскими символами, относящимися к какой-то войне. Предположительно Великой отечественной, а может, и какой-то иной, автор не поясняет. На здании надпись: "Вечная слава героям!"

Пелевин, конечно, может сказать, что речь идет о героях не ВОВ, а, к примеру, менее значимых конфликтах в истории России. Например, русско-японской войне или русско-турецкой. Но кто сказал, что эти герои не заслужили вечную славу? С чего автор устами своего героя обсирает их? И главное - для какой высшей цели? По-моему, это даже не смешно.
Конечно, книга написана не для того, чтобы обосрать советское прошлое. Я затрудняюсь сказать, для чего она написана.
Трудно даже "пробежаться по сюжету", поскольку сюжета как такового нет. Он не просматривается. Там есть герой по фамилии Татарский. Автор ради прикола написал, что его имя Вавилен (ведь при "совке" у всех были идиотские имена). И этот Татарский благодаря друзьям и своему "таланту" становится гениальным пиарщиком. Он придумывает слоганы для рекламы, сценарии видеороликов, какие-то концепты, бренды, идеи... На этом его креативе роман и строится, он просто переполнен примерами творческого труда Татарского и других его коллег.
Роман набит всякими "слоганами", видимо, авторского сочинения. Кое-где был слоган, который был содран из юмористических частушек "Сектор Газа", но Пелевин вряд ли поделился с автором доходом от книги (потому что Пелевина же не существует).
Есть там, например, такой слоган рекламы презервативов:

Это не опечатка, это слово УД. Просто очень мало людей знают, что "уд" много лет назад означал "член" (мужской и половой). Я, к счастью, это знал и понял шутку, но не засмеялся. Ожидать этого от людей, которые не знают, что такое УД, и того сложнее. Пелевин прекрасно отдавал себе отчет в том, что даже многие очень образованные люди не знают, что такое "уд", но я прямо-таки и вижу прыгающего автора и кричащего: "Ну вы, понимаете, УД - это член, то есть, не "удал", а "уд ал". Ну это же смешно! Ну, засмейтесь! Неужели не поняли?! А потому что я образованный, а вы быдло!".
Заказчиками Татарского являются, конечно, всякие "братки", "новые русские".
Помимо своей работы Татарский жрет галлюциногенные грибы, пьет, курит, принимает наркотики, в общем, всячески подпитывает себя допингом. Про то, чем подпитывался сам Пелевин, я шутить не буду ,я же не Петросян.
В своих галлюцинациях Татарский видит всякие озарения, придумывает новые идеи, говорит с выдуманными людьми. Тут якобы есть "глубокая философия".
Есть элементы сатиры на реалии 90-х, но настолько тривиальные и убогие, что даже ранние выступления "Аншлага" исторически достовернее и лучше раскрывают тему, чем этот наркотекст. Автор наивно полагал, что если он вставит жирного братка в малиновом пиджаке с цепью, то мы придем в восторг.
Постоянно встречаются какие-то рассуждения о буддизме, о каких-то буддистских практиках... Все это скучно, не относится к теме, не раскрывает сюжет, само по себе бессмысленно и неинтересно. Если Пелевин тащится от буддизма, то пусть попробует сделать так, чтобы и читатель попытался этим увлечься, но он даже не пытается!

КАКИХ РАБОТАХ?! Речь же идет о самом Будде. Автор даже не поясняет, что Гаутама - это не просто кто-то там, а сам Будда. Это знают многие, но не все, и нет даже никакой сноски. Даже если кто-то и знает, что Будду раньше звали Гаутамой, он может предположить, что это тезка Гаутамы, какой-нибудь буддистский богослов поздних времен... Это было бы даже логично, учитывая то, что Пелевин упоминает какие-то РАБОТЫ. Но какие работы писал Будда?! Покажите мне хоть одну, за его авторством!
Теоретические рассуждения автора о буддизме переходят в иную плоскость, более понятную его быдло-почитателям. Он начинает рассуждать об обществе потребления. Поскольку книга рассчитана на людей специфического склада ума, Пелевин вводит в книгу следующие понятия: "оральный вау-импульс", "анальный вау-импульс". Смысл здесь в том, что мы как бы приобретаем предметы роскоши и становимся зависимыми от них. И поэтому нас что-то имеет в зад.
Упоминания "анусов" и "оралов" лучше пробуждают спящий мозг типичного пелевинца. Как говорил Павел Воля, слово "жопа" делает свое дело. Вот и здесь так. Пелевин все объясняет через секс.
Какое-то просветление наступило, когда главному герою предложили на заказ сформулировать русскую национальную идею. Тут я напрягся - ого, куда автор замахнулся! Может, ради этого все и написано? Может, будет некая "сермяжная правда"?
Однако главный герой, не особо помучавшись, заявляет, что ему нужно больше времени для этой задачи. А ему сообщают, что его заказчик уже мертв. Ну... и как бы все!
То есть автор ввел в книгу новый элемент сюжета и тут же его слил. Где Вовчик с его идеей? Вовчика больше нет...

Я не смог дочитать до конца книгу. Там осталась примерно четверть. Пролистал по диагонали, увидел, что сюжет не двигается, никто не умирает, никто не меняется... Выключил телефон и пожалел о потраченном времени.
Кстати, а что думают критики?!

Согласен, есть в секте пелевинцев определенные признаки культа (религиозного).

Учитывая, что "Чапаев и Пустота" - тоже очередной пелевинский высер, выходит, что все лучшее в России только Пелевиным пишется.

Стивен Поул - это тот самый, который лихо отмазывал Паланика. Видимо, он специалист по постмодернистам. Египетскую-то мифологию он где там разглядел?!

Отлично сказано, но разве это не причина отправить издания романа на переработку макулатуры? Что, нет?!

Это ж каким надо быть ушибленным на голову, чтобы поставить афористичность Пелевина на один уровень с комедиями Гайдая?! Хоть кто-то может привести хотя бы 5-6 известных цитат Пелевина, которые были бы у всех на слуху, как, например, цитаты из той же "Бриллиантовой руки"?!
Еще я лишний раз убедился, что если кто-то упоминает слова "буддизм", "духовные практики" (именно во множественном числе), "метафизика", "постмодерн", нужно бежать. бежать без оглядки, просто бежаааааать!!! Точно так же, как мы избегаем цыган, сетевого маркетинга, финансовых пирамид, недобросовестных строительных компаний, религиозных сект.

Я помню, ещё в старших классах, когда нам дали задание написать исследовательскую работу по книге, я направилась к учительнице русского и литературы. Тогда у меня в мыслях витала полюбившаяся мне и недавно в десятый раз перечитанная книга Верные враги , а на задворках маячила Мастер и Маргарита , но учительница отринула мои поползновения и предложила эту книгу. Название мне сразу не понравилось, показалось мерзким и противным. Так я и ушла, позабыв о ней. Спустя время, когда я уже зарегистрировалась на сайте и стала, как хомяк, набирать книги в хотелки я случайно натолкнулась на неё и добавила, понимая, что столь выдающийся преподаватель, научивший меня многому, всякую чепуху не посоветует, но и тогда я отложила книгу.
И вот, участвуя в игре мне была предложена подборка, в которой была лишь одна книга из списка моих хотелок, она дождалась своего звёздного часа.
Завораживающая, изменчивая, она выворачивает наизнанку всё, к чему прикоснётся. Это соотношение мира насекомых и мира людей, противоестественно совмещённое в пространстве, меня восхитило. Тут, в нескольких историях показаны разные типы насекомых и соответственно людей, их взаимодействие друг с другом, с миром и с самими собой. Некоторые моменты я не поняла, некоторые наплыли на меня как прибрежная волна, мягко и спокойно. Ошеломления не было, возможно из-за того что прочитала раньше, и из-за того что осознала, однако это ничуть не умоляет написанного. Я даже рада, что тогда, когда у меня была возможность прочитать и плотно поработать с этой книгой, я отказалась от этой идеи, ибо сейчас я поняла куда больше.

Молчи, пока ты не в состоянии сказать нечто такое, что полезнее твоего молчания.
...и поэтому так трудно решится на рецензию.
В этой книге есть чистота и высота, но выразить это словами значит испачкать и опустить.
Я даже больше скажу: совсем пропала тяга к общению. В сети ли, в реале ли, что уж такого мы можем сказать друг другу, что стоило бы нарушенного молчания. Оно чудесно... а слова труха.
Текст растащен на добрую сотню блистательных цитат, некоторые даже в таком вот, вырванном из текста виде, производят совсем не то впечатление, на которое рассчитывал автор. Или мне так кажется?
Вот, скажем, откровение посетившее братка, что Иисус это такой пахан и все у него на небе, как на зоне. По понятиям.
Очевидна же отсылка к известной цитате, что свой ад мы носим в себе. И к той, что мы уже живем в аду. И к той, что Бог вообще не наказывает людей, мы сами находим себе наказание.
Но фокус весь в том, что книга настолько чиста и прозрачна, что никаких рассуждений на умные темы не хочется. Хочется упасть в радугу, как Чапаев.
А знаете, какя цитата показалась мне самой прелестной (ну их, эти умные)?

Понравилась, хотя не так вштырило, как "Поколение П", и уж тем более, ставший совсем родным "Чапаев". Общая идея периодически терялась, хотя возможно, просто стоит вернуться со временем, перечитать. Но некоторые куски просто великолепны. Про жуков-навозников - супер! Этот кусок надо читать всем родителям :).

- Папа, - сказал он, - ведь только что навоза у меня была всего одна сумка. А здесь его полгрузовика. Откуда он взялся?

• Здесь весь навоз, который мы с мамой дели тебе с рождения, - сказал отец. - Ты его всё время нёс с собой, просто не видел.

"Всё-таки было неясно - вылез он наконец наружу или ещё нет? И наружу чего? Вот это было самое непонятное."

Многие говорят, что Пелевин повторяется от книги к книге. Согласна, но это нормально, все так или иначе повторяются.

Наслушавшись как-ха! -по телевизору говорят о прекрасной книге и не менее прекрасной экранизации прекрасного Автора Пелевина, а так же от людей "да ты что, Пелевина НАДО читать, это гений блаблабла"... В общем, села читать. Начало было, в общем-то, за здравие. Хоть и чувствовалось, что герой (автор???) ненавидит страну, в которой живет и жизнь, которой он живет, как-то читалось нормально. Из-за черного юмора и описания того времени, времени "П". Параллельно прочтению вспоминались те моменты, о которых пишет автор, всплывало что-то еще, ведь это время для меня отнюдь не абстрактно. Было даже в какой-то степени забавно. А потом... Потом начались грибы, марки, планшеты, кокаин через трубочку стодолларовой купюры, бесконтрольный мат-перемат и зачем-то Че. Причем все это было так подробно и любовно прописано, что уже никто меня не переубедит в мысли, что автор все это очень даже практикует(-овал),и, более того, очень даже нежно это все любит(-ил).
Скажем так, Кэррол тоже Алису свою под грибочками писал, но Пелевину до Кэррола, выражусь языком автора-срать и срать.
После первой трети книги у автора начался обычный словестный понос, слабо и глухо пытающийся подвязаться к началу книги. Дочитала уже с диким скрипом, исключительно потому, что не умею бросать начатое. Раз взялась читать- надо закончить. От книги осталось только желание хорошенько помыться, что я сейчас и сделаю. Наверное подобные шедевры для тех, кто любит всяких Марининых, Донцовых и тому подобное. Гм, и, может быть, книга понравится тем, кто в то время был еще мал или только родился. А мне, как тому самому поколению-крайне разочаровательно.

Это пять! Я пока ещё в самом начале творчества Пелевина и нахожусь в перманентном восторге.
К этой книге подходила без определенных ожиданий, но вот такого не ожидала точно. Драма и комедия в одном флаконе. Расслабленная атмосфера курортного городка в раздолбайскую эпоху перехода от советского к кооперативному хозяйству и быту как-то заранее настраивает на ленивую и легкую атмосферу. И все вроде лениво-спокойно, тихо-мирно и по-бытовому. Разговоры/пьянки, кухонная философия, налаживание личной жизни, дружба/сотрудничество с американским френдом, воспитание подрастающего поколения... Рождения и увы, смерти. Просто жизнь, все было бы банально, только вот люди такие обычные, а и не люди вовсе. Насекомые. Вернее, люди, периодически выпадающие в какой-то насекомый быт и физиологию. И это настолько органично скомпилировано, что нисколько не странно. Но все драмы-трагедии приобретают сатирический оттенок. Хотя неустроенные эти неприкаянные души жалко по-человечески. А от философии ангелоподобных мотыльков веет пелевинским тайным знанием. Автор опять издевается - "насекомые" нравственные метания отлично накладываются на наши с вами. А эта история превращается в трагикомедию с легким флером курортной романтики под незабвенную музыку "Миража". И с некоторым налетом метафизики.
Советую всем, кроме тех, кто категорически не любит насекомых - тогда чтение будет не особенно комфортным. А любителям аудио очень рекомендую прекрасный мини-спектакль в исполнении Сергея Маковецкого!

Книга знатно повеселила! Особенно начало, когда еще не знаешь всю концепцию магического реализма в данном случае, и поворот за поворотом в этом пиршестве насекомой человеческой жизни очень забавляли. Немного расстраивает, что несмотря на веселость и любопытность произведения, оно в любом случае вторично. Во-первых, переиначены всем известные произведения "басня про стрекозу" и "бабочки снилось или...", причем было сделано уже под финал, просто чтобы сделать. Во-вторых, бытовуха тоже очень вторична, ее полно в русской прозе (вся русская проза она). Если целью этой книги является изображение глубинных параллелей (с явными отсылками на буддизм), то... не, ерунда, явно эта книга не так серьезна. Да и нет борьбы "человеческого" и "животного", есть просто выходящие из этого ситуации и быт. Если же целью была сатира, то не дотянуто, старт шикарный, потом все слишком очевидно, буквально пара вывертов и все. В целом, идея очень понравилась, начало очень понравилось, было весело и интересно, но не "вах".

Отношения с творчеством Виктора Пелевина у меня сложились неоднозначные. Что-то нравится, что-то нет, но вау-эффекта пока не вызвало ни одно произведение. При этом готов признать, что некоторые аспекты удаются автору просто превосходно. Поэтому раз за разом я берусь за романы Пелевина, ища «тот самый». На этот раз мой выбор пал на «Жизнь насекомых» – причудливую сюрреалистическую аллегорию, в которой переплетаются сатира, философия и абсурд. Действие разворачивается в Крыму начала 90-х, но реальность здесь условна: герои – люди-насекомые – существуют в двух ипостасях: человеческой и энтомологической. Эта метафора становится ключевым приемом, через который Пелевин исследует природу человеческого существования, социальные пороки и экзистенциальные тупики. Причем переход из одной ипостаси в другую происходит совершенно незаметно. Вот два наркомана прячутся от полиции в трубе, и вот они уже конопляные клопы, которых вместе с «травой» забили в «косяк». И скуривает их никто иной, как другой герой романа – москит Сэм. Сложно не запутаться.

Роман состоит из нескольких историй, связанных общим местом действия – крымским пансионатом. Каждый персонаж воплощает определенный тип «насекомого»: два русских и один американский комары, пьющие «кровь русского народа»; отец и сын – жуки-навозники, катящие шарик навоза (символ всего мира); бизнесмен-таракан, поглощённый накоплением «бабок»; муха Наташа, ищущая лёгкой жизни и мечтающая уехать из России, и многие другие. Их трансформация между человеческим и насекомьим обликом подчеркивает двойственность природы – биологической и социальной.

Пелевин использует энтомологическую метафору для критики постсоветского общества. Распад СССР и рождение дикого капитализма показаны через призму естественного отбора: герои-насекомые живут в мире, где выживает не сильнейший, а наиболее приспособленный к хаосу. Жажда наживы, духовная пустота, потеря идентичности – все это обретает почти буквальные формы в их «насекомьей» природе. Особенно ярко выделяется тема иллюзорности реальности. Персонажи не понимают, кто они – люди, притворяющийся насекомыми, или насекомые, воображающий себя людьми. Этот мотив переплетается с буддистскими идеями, которые Пелевин часто использует в своих текстах.

Прозе автора свойственна ирония, игра с культурным кодом и черный юмор. Диалоги наполнены псевдоинтеллектуальными рассуждениями, которые обнажают абсурдность претензий персонажей на глубину. Например, разговор о смысле жизни между мухой-проституткой и москитом-американцем пародирует восточный фатализм и западный прагматизм одновременно. Роман балансирует между гротеском и меланхолией. Даже в самых абсурдных сценах сквозит экзистенциальная тоска: герои ищут ответы на вопросы, которых, возможно, не существует.

«Жизнь насекомых» – не самый простой роман Виктора Пелевина. Метафоричность может запутать, а отсутствие четкого сюжета оставляет ощущение фрагментарности. Однако именно эта многозначность делает роман зеркалом эпохи: 90-е в России были временами утраты ориентиров, и пелевинские насекомые – идеальные символы общества, застрявшего между прошлым и будущим.

При этом стоит признать, что творчество Пелевина – продукт скоропортящийся. Многие отсылки будут понятны только тем, кто жил в эту непростую эпоху. Сам я родился в год написания романа, поэтому не смею даже претендовать на доскональное понимание всех метафор и отсылок автора.

Итог: Книга будет интересна любителям интеллектуальной прозы, готовым принять ее мрачноватый юмор и философскую неоднозначность. Однако не стоит ожидать лёгкого чтения или стройного сюжета. Чтобы понять роман, нужно прерываться для размышлений. Маловероятно, что книга оставит вас равнодушным: либо восхитит своей смелостью, либо оттолкнет пессимизмом и гротеском. Это беспощадный диагноз человеческой (и насекомьей) природе, поставленный с фирменным пелевинским остроумием и цинизмом.