Нетленный прах

Серьёзным книгам - серьёзные рецензии. Постараюсь, только хочу сказать сразу, что если бы авторское послесловие было бы предисловием, мне книгу было бы гораздо проще читать, не пришлось бы столько лазить в интернет в поисках фактов из истории Колумбии.

Фамилия главного героя книги - Васкес. И зовут его - вот нежданчик! - Хуан Габриель. И он - вот ещё нежданчик! - писатель. Довольно случайное знакомство с врачом Франциско Бенавидесом впутывает его в длительные отношения с Карлосом Карбальо. Карбальо был любимым студентом, помощником, секретарём отца Бенавидеса, а тот, в свою очередь, - главным исследователем нераскрытых исторических убийств, гениальным доктором и криминалистом: доктором по профессии, криминалистом - по хобби. Долгое общение с ним окончательно сшибло мозги Карбальо, и так склонному к конспирологии, и увлечение убийствами Рафаэля Урибе Урибе, Гайтана, Кеннеди и других стало смыслом его жизни.

Как выяснилось позже, особенно важно для него было убийство Гайтана, потому что тут у него личные причины - в событиях 1948 года погиб его отец.

Как можно увидеть уже из этой цитаты, язык книги довольно своеобразный: суховатый, но при этом похожий на просто течение мысли, с длиннющими периодами, а местами просто визуальными образами. Цитаты, кстати, подбирать из-за этого очень сложно: всё получается очень длинно, а рубанув посередине, потеряешь смысл. Поэтому далее - под спойлером те цитаты, которые, на мой взгляд, пунктирно проводят главную линию смысловой нагрузки романа: Колумбия - страна непокойная в любые времена, политические и любые другие убийства - на выбор, кровь на улицах - не редкость по сей день.

Зацикленный Карбальо пытается, не имея писательских данных, заставить-упросить-вынудить Вальдеса написать книгу. В своей горячности, в неимоверной старательности, с которой он собрал целые горы материалов и свидетельств, он даже вызывает некоторое уважение. И тем не менее - это просто сдвиг по фазе, на мой взгляд.

Книга оформлена фотограрафиями в стиле Ренсом Риггз - Дом странных детей : то ли абсолютная подделка, то ли просто старинное фото. Эти иллюстрации ещё больше смущали меня во время чтения, и если честно, то очень-очень долго я не была уверена, что читаю не документальную литаратуру, слегка разбавленную жизненными перипетиями автора. Но в целом - интересно. И про Колумбию узнала гораздо больше, чем "любить Пабло, убить..." и так далее, тем более, что время, которое подробно описано, совсем другое - первая половина ХХ-ого века. Но, конечно, без Эскобара тоже не обошлось, в конце концов - он тоже часть колумбийского мифа и самосознания...

И как бы там ни было, в Колумбию - никогда, ни-ни, даже если бесплатно)))

Книга произвела на меня довольно сильное впечатление и когда читалась, и даже потом, когда чтение закончилось. От нее осталось долгое эхо, поселившееся в моих мыслях, эмоциях и даже в снах.

Что я знаю о Колумбии? Фактически, ничего, и даже это «ничего» обрывочно, ассоциативно и оттого неуверенно: Боливар, Маркес, медельинский наркокартель, Эскобар, Шакира, Тайрона, Картахена… Нечего и удивляться, что поначалу все упоминаемые автором факты и имена мне ничего не говорили. Но книга так увлекательно написана, что в нее втягиваешься с первых же страниц, особенно после эпизода с описаниями места-и-времени Пачо и разглядывания фотографий (они очень добавили реалистичности), когда понимаешь, с какой страстностью и дотошностью все это будет рассказываться.

По сути, это оказалось беллетризированной документалистикой, искусно сплетающей факты с фантазиями. Ты и сам не замечаешь, как начинаешь яростно существовать в пространствах ее персонажей, вовлекаясь одновременно и в историю, и в современность. Чтобы лучше все понимать, мне пришлось не раз залезать в Интернет в поисках самой разной информации об истории и политических катаклизмах Колумбии. Не знаю, насколько это было мне нужно вообще, пошлó ли на пользу в плане общего гражданского развития, и не добавило ли страха перед стохастическими политическими конфликтами и преступными разборками власть имущих, но чтение точно стало намного более объемным и упорядоченным. И – главное – мне было интересно ввязываться в теории героев, вглядываться в их лица, разглядывать улики, реконструировать обстановку и – главное – чувствовать атмосферу (от нее-то и был резонанс). Х.Г. Васкес для меня - новый автор, и я на всем протяжении чтения радовалась этому своему открытию, сразу решив почитать что-нибудь еще из написанного им.

Персонажей в книге было много, и сама история, искусно сплетаемая автором во времени, была довольно запутанная: загадок, намеков, противоречий и совпадений, на которые указывали герои, было очень много – настолько, что даже известные факты, например, об убийстве Дж. Кеннеди и последующих за ним событиях, приобретали какое-то новое звучание. Мне импонировал авторский вариант рассказа в рассказе, меня совершенно не утомляли многочисленные детали, потому что они трудолюбиво превращали слова в образы, и колумбийская история разворачивалась как документальный фильм.

А вот глобальная идея сложно выстраиваемых заговоров и фактов, скрупулезно подобранных под версии, в которые хочется верить их авторам, – это не по мне. Из разнообразных фактологий, странностей и случайностей, сопровождающих насильственную смерть известного лица, редко складывается истина, но они подталкивают преданных сторонников, фанатов и просто любопытствующих историков к выстраиванию возможных/альтернативных вариаций событий, ведь и «маленькие правды» имеют право на существование и на то, чтобы быть рассказанными и услышанными. Ход истории непредсказуем, ее следствия не всегда вытекают из причин и наоборот, а рассказы о случившемся часто не что иное, как чьи-то нарративы - вроде этого.

P.S. Кстати, оригинальное название «La forma de las ruinas» мне показалось более соответствующим содержанию и более наполненным смыслами и философскими аллюзиями, чем «Нетленный прах». Зачем было менять?

У Колумбии есть свой Джей Эф Кеннеди – Хорхе Эльесер Гайтан, популярный в народе политик-либерал, кандидат в президенты, с убийства которого при загадочных обстоятельствах в 1948 году началась то холодная, то горячая гражданская война длиной более чем в 60 лет (считается, что она закончилась в начале 2010-х). Васкес, которого часто называют наследником Маркеса, не претендует на то, чтобы спустя столько лет выяснить наконец, ху из ху. Он создаёт интеллектуальную комбинацию на стыке художественной и документальной прозы, при этом многоуровневую, мастерски закрученную структурно, со множеством сюжетных линий, которые переходят друг в друга, и отменной интригой конспирологического характера. В повествовании лихо, но гармонично соединяются исторические параллели (громких судьбоносных убийств на поверку оказывается два), политика, жизнь простых людей, теории заговора, погружение в быт и традиции Колумбии. В том числе благодаря флешбэкам, которые уносят нас в детство автора (он здесь представлен лично, в виде основного персонажа).

Сложный характер текста может кого-то отпугнуть, местами он кажется аморфным, несмотря на то что написан блестяще. Основных идей у Васкеса, пожалуй, две. Первая – теории заговора рождают бесконечную почву для манипуляций, которые определяют жизнь целых народов (fake news в широком смысле). Вторая – в стиле "Всё будет так. Исхода нет": насилие перерастает в ещё большее насилие, ничего не меняется десятилетиями и даже столетиями. И, скорее всего, не поменяется и в будущем. Мощный и многоплановый роман.

Что мы знаем о Колумбии? Наркотики и Эскобар. А еще там убивают. Затянувшиеся гражданские конфликты - вещь обычная для стран Латинской Америки. Мы наслышаны об этом и так, из новостей, и по многопрудному потоку литературы о мигрантах, бежавших в поисках безопасности и лучшей жизни в страны посевернее и поспокойнее. Пожил в Испании и герой данной книги, но она, слава Богу, не об этом.

Конечно, в романе присутствует знакомый образ южноамериканской страны с затянувшимся политическим противостоянием, отягощенным криминальной составляющей. Но «Нетленный прах» шире типовой книги о жертвах и очевидцах неугасающего конфликта (хотя внимание уделено и им). Васкес написал книгу о власти прошлого, о нашей завороженности его загадками, об истории, вернее о том, что мы понимаем под историей.

И хотя он пишет о вымысле, к которому книга сопричастна, роман следует отнести к удачным попыткам модного ныне жанрового микса: под крышей худлита расположились нонфикшн и автофикшн. «Нетленный прах» - наглядная демонстрация того, что роман не умер, и художественная литература способна быть увлекательна и глубокомысленна как и встарь, ничуть не подражая при этом формату прошлого.

Герой книги списан автором с самого себя. Васкес – неплохой писатель, не хватающий однако звезд с небес. Судьба сводит его с Карлосом Карбальо, человеком одержимым загадкой убийства выдающегося колумбийского политика либерального толка Гайтаны в 1948 году. Убийство стало поворотным моментом в истории Колумбии XX века. За ним последовала гражданская война, растянувшаяся на целое десятилетие и унесшая сотни тысяч жизни.

Страна оказалась надолго травмирована прошлым, и Васкес показывает, как ржавчина былого преступления начинает разъедать сами основы общества. Нетрудно заключить, исходя из случившихся событий, каким образом стал возможен в Колумбии феномен Эскобара, почему политические убийства стали фирменным знаком страны.

Смерть Гайтана, несмотря на то, что произошла на глазах у свидетелей, была окружена некоторыми странными обстоятельствами. Так случается обычно в случае смерти любого крупного деятеля. Внезапность кончины начинает будоражить воображение. Знакомая нам история: сколько понаписано всего было в последние годы о смерти Есенина, Маяковского, Горького или того же Сталина. Возникшие сомнения в официальной картины произошедшего и позволяют автору книги обратиться к изнаночной стороне известных событий, и, таким образом, заняться исследованием природы конспирологических теорий.

Но и это не все. Определяя стандартную версию исторических событий как рассказ победителей («история пишется победителями»), Васкес прослеживает в своем романе альтернативные их версии – рассказ побежденных и устную микроисторию, то есть то, что остается за кадром, не входит в анналы, оставаясь историческим преданием безмолвного большинства.

Ко второму типу относится история самого Васкеса, история Карбальо. К первому – обстоятельства убийства генерала Урибе Урибе в 1914 году, рассмотрению которых которой отведено более четверти объема всей книги. Кстати говоря, данная дата позволяет задуматься и о другом аспекте истории – о призрачности европоцентризма. В Европе возня вокруг эрцгерцога и Гаврилы Принципа, а тут свое убийство, намного важнее.

В итоге Васкес напоминает нам своим романом о расхождении, трагическом, непреодолимом, между историей как фактом и историей как пересказом событий. В принципе, повествование вообще в какой-то момент трансформируется в размышление о роли рассказа в истории, о способах компрессии фактов, изжить недостатки которой можно лишь за счет литературы.

Та же литература имеет и другую функцию – повествования об альтернативных путях и способах развития событий (во всяком случае именно так можно истолковать эпизод с ненаписанным романом о возможном визите Орсона Уэллса в Боготу в 1942 году, или «долгой жизнью Гаврилы Принципа»).

Но, в конечном счете, перед нами опять напоминание о своего рода непознаваемости исторического процесса. Мы можем уловить лишь логику, вектор движения истории, исчерпывающее знание о фактах всегда проблематично. Концентрация на них может иметь опасные последствия. Она и порождает к жизни всяческую конспирологию, где за деревьями уже теряется трезвое представление о размере и характере самого исторического леса. Однако до прямого и верного вывода о том, что в истории есть место и случайности и незримой логике, что не столь важно как случилось, сколько к чему привело, автор не доходит. Хотя вывести его из сопоставления разных эпизодов, запечатленных в романе не так уж и трудно. Может быть так и надо: читатель должен приходить к выводам сам, надо лишь дать ему на руки все карты.

Этот роман - смесь художественного, автобиографического и документального романа. Автор помимо того, что он чувствует вернувшись в родную Колумбию, рассказывает и анализирует те исторические поворотные вехи в истории своей страны произошедшие в 20 веке, такие как убийство Хорхе Элесьера Гайтана, генерала Уриба Уриба и связывает все это с убийством Джона Кеннеди в США. Казалось бы, что может быть общего между всеми этими убийствами. Но автор очень грамотно и конструктивно соединяет все эти линии, погружая читателя в политику и заговоры, заставляя о чем-то задуматься, что-то не принять на веру, а покопаться в дополнительном материале, но однозначно поразкинуть мозгами и углубиться во все происходящее вместе с повествующим. А между делом и получше познакомиться с традициями и бытом простых колумбийцев, которые живут простой жизнью и далеки от политики, но тоже имеют свое мнение на все свершившиеся события.

Одним словом, роман непростой, как по концепции и структуре содержания, так и по тому, что автор хочет донести до читателя. Соглашаться с выводами, который делает автор и его оппоненты или нет, тут решает каждый сам. Углубление в колумбийскую политику может кого-то отпугнуть, но не меня, хотя я прохладно к ней отношусь и не очень-то приветствую ее в художественной литературе. Но в данном случае интересная композиция, повествование от первого лица, многоуровневая многоходовка, скачки из одного времени в другое, из одной страны в другую — все это заставило меня погрузиться в размышления и наблюдения автора с головой, хотя стиль изложения немного суховат из-за исторических и документальных вставок. Но в последнее время мне интересна тема Латинской Америки и все то, что там происходит, будь то Колумбия, Венесуэла или Чили, так что роман мне зашел. Оценка 4

Главный герой романа ассоциируется с автором. Он тоже писатель по фамилии Васкес и по имени Хуан. Однажды знакомый настоятельно просит его написать книгу про обстоятельства убийства Хорхе Гайтана, лидера либеральной партии Колумбии. Это убийство таинственным образом связано с убийством примерно за 50 лет до того другого колумбийского политика, Рафаэля Урибе Урибе.
Из книги можно узнать много нового про историю Колумбии, кровавую и трагическую Автор провозглашает ее страной смерти.
Книга интересная, но в середине немного затянута.

И хотя в послесловии автор напирает на то, что «Нетленный прах» – это, прежде всего, художественное произведение, тут очень много от автобиографии (или автофикшена?) и реальных исторических событий.

Для меня главным недостатком книги стал акцент на политических событиях Колумбии и заговорах при полном игнорировании героев, которые существуют в тексте лишь в этой связке, как винтики.

Начинается повествование довольно интересно: Васкес приезжает в отпуск в Боготу, Колумбия, откуда эмигрировал в 90-х, когда в стране начались теракты. Неожиданно беременную жену кладут на сохранение, и ему приходится продлить своё прибывание. Во время ужина у доктора Франсиско Бенавидеса, он знакомится с Карлосом Карбальо, приверженцем конспирологических теорий.

По сути, они сводятся к тому, что не стрелки из народа избавляются от неудобных политиков, а сами правительства – и Карбальо приводит в пример убийства американского президента Джона Кеннеди (1963) и колумбийского государственного деятеля Хорхе Эльесера Гайтана (1948). Оба случая разбираются довольно подробно, акцентируется внимание на нестыковках. Кстати, Габриэль Гарсия Маркес был свидетелем беспорядков после убийства Гайтана и рассказывает об этом в своих мемуарах – его воспоминания Карбальо приводит в подтверждение своей теории. Он просит Васкеса написать книгу о Гайтане, но тот отказывается и возвращается с женой и детьми в Барселону.

Это примерно двести страниц вполне увлекательного текста. Однако оставшаяся часть книги показалась очень затянутой – из-за плохой проработки героев и повторяющихся сцен.

В 2012 году Васкес после 16 лет эмиграции возвращается на родину – и встречается с доктором Бенавидесом, чей отец когда-то делал вскрытие Гайтана, и у него все эти годы хранилась часть позвоночника, куда якобы попала пуля (или одна из). Но её выкрали, и доктор подозревает в этом Карбальо. Он просит Васкеса вернуть семейную реликвию, напирая на его вину: когда-то именно писатель в пылу спора растрепал Карбальо об этих позвонках. Мотивация Васкеса сомнительна: не он организовал кражу, не он хранил ценную вещь в ящике стола, но теперь именно он должен потратить несколько месяцев, если не год, на «заглаживание вины». Но он соглашается.

Васкес выходит на связь с Карбальо, который теперь несёт свои конспирологические теории в массы, обсуждая их по радио. Васкесу приходится поучаствовать в одной из его передач, чтобы заслужить доверие. Так он получает доступ к квартире Карбальо, где тот знакомит его с ещё одной теорией, которая связана с убийством колумбийского генерала Рафаэля Урибе Урибе в 1914 году, когда на того напали двое рабочих с топорами. Он достаёт из закромов книгу «Кто они?», якобы написанную юристом Марко Тулио Ансолой, которого в тот же год нанял брат убитого для собственного расследования. В ней он делится своими выводами и фактически обвиняет высокопоставленных политиков. Автор приводит её текст полностью (на самом деле книги не существует – или у меня просто не получилось её загуглить). После чего Карбальо подробно рассказывает, как проходил суд, какие свидетели вызывались и чем он закончился.

И всё это время я думала – зачем? Как это связано с первыми двумястами страницами романа? Васкес просто решил поделиться своей теорией? По сути, это так и есть. Карбальо приводит детали расследования убийства Урибе Урибе как доказательство своей теории, что и в убийстве Гайтана замешано правительство – и мы возвращаемся к событиям 1948 года. Они снова мусолятся, но теперь с новыми подробностями и со слов другого героя, что должно убедить Васкеса всё-таки написать книгу.

Как я писала выше, весь сюжет крутится вокруг теорий убийств колумбийских государственных деятелей, вплетаются подробности политической жизни Колумбии 90-х годов – можно расширить кругозор, особенно если вы этим интересуетесь. Но герои проработаны плохо, об исторических фигурах говорится сухо – Васкес их художественно не оживляет, поэтому и книга читалась довольно безэмоционально. Часть про Урибе Урибе и Ансолу выглядит чужеродной – её бы в отдельную книгу.

В общем, было любопытно, но не более того.

Васкес в этом году - мое новое латиноамериканское открытие. Снова Колумбия, снова история страны, снова попытка погрузиться в ее тайны. Там, где лишнее заметается под ковер, где люди охочи до историй - как отличить реальный заговор от фантазий любителей заговоров? Как отличить личное от исторического, за что уцепиться?
Все начинается довольно просто - разовая поездка превращается в долгую остановку по причине осложнений беременности супруги, и вот уже автор снова погружается в историю свой страны. Где-то просто вспоминая, где-то - вынужденно, под давлением окружающих) И наслаиваются, как матрешки, одна история в другую - документальная, детективная, личная, и еще раз, но с новыми действующими лицами. Можно отмахнуться раз, другой - но история не отпустит и все равно доберется, не в этот раз - так в другой. Настойчиво писателю будет предлагаться рассказать историю - и да, в конце концов он ее таки расскажет.
Убийство Урибе, убийство Гайтана (и даже убийство Кеннеди, хотя это и не про Колумбию), архивные фотографии в качестве иллюстраций, и переходящая из других книг тема образа жизни колумбийцев от убийства до убийства, когда события отчерчиваются очередными покушением или бомбой.
В итоге взяла в библиотеке еще книгу воспоминаний Маркеса. Захотелось еще такого сплава, где воспоминания сшиваются с вымыслом, и вместе рассказывают историю - так, как видят. Ну и Васкеса буду читать остальное, конечно.

Роман колумбийца Хуана Габриэля Васкеса «Нетленный прах» («La forma de las ruinas») понравится всем тем, кому интересна тема влияния политики на общественное сознание, тем, кого интригуют тёмные пятна истории 20-го века, кто не ленится размышлять и делать собственные выводы, проводя параллели с трагическими случаями в разных странах мира уже в современных реалиях. Книга не просто понравилась, она произвела на меня сильное впечатление. Каждый раз, продолжая чтение, задавался вопросом, к какому же жанру лучше всего отнести это произведение, пока не нашел в интернете интервью Васкеса колумбийскому журналу «Arcadia», где он высказался так: «Нетленный прах» — безусловно, самая трудная задача, с которой я сталкивался как писатель. Частично это связано со всем, что роман пытается сделать одновременно: это автобиография, историческое исследование, криминальный роман, теория заговора, размышление о том, что мы собой представляем как страна... Мне пришлось написать 26 разных версий, чтобы найти ту, которая лучше всего подходит для книги. Вернее, ту, которая смогла собрать всё в одном сюжете». Одним из главных героев является сам автор, рассказывающий обо всём от первого лица. Реально существующие люди, факты и события, в том числе из личной жизни, не говоря уже о подлинных документах, относящихся к прошлому или настоящему – ты машинально перестаёшь воспринимать текст как художественный вымысел. Дело случая знакомит нас с эксцентричным Карлосом Карбальо, буквально одержимым идеями конспирологических заговоров, в том числе и в двух самых громких убийствах в истории Колумбии. Речь идёт о невероятно популярных в стране людях, обожаемых, но и ненавидимых многими, генерале Рафаэле Урибе Урибе, лидере Либеральной партии, сенаторе Республики и ветеране четырёх гражданских войн и Хорхе Эльесере Гайтане, адвокате, «умудрившемся с самых низов подняться к вершинам политики и призванного спасти Колумбию от её собственных беспощадных элит, блистательном ораторе, сумевшем в своих речах соединить несоединимые идеи Маркса и Муссолини». Оба были застрелены в Боготе средь бела дня, соответственно, в октябре 1914-го и апреле 1948-го. Последнее событие спровоцировало жестокое кровопролитное восстание, получившее название «Боготасо» — «народные протесты перевернули город вверх дном, рассаженные на крышах снайперы стреляли беспорядочно и бессмысленно, и страна на несколько лет оказалась в состоянии войны». Неоднозначные обстоятельства смерти этих двух людей и станут несущей конструкцией романа. Автор мастерски озадачивает нас дилеммой: как мы воспринимаем историю – «как некий продукт, случайно возникший из бесконечной цепи иррациональных деяний, непредсказуемых совпадений и непредвиденных поступков» либо как продукт конспирологии, где мир предстаёт сценой, где всё обусловлено неким скрытым замыслом, «где мечутся тени, где движутся невидимые руки, где за всем следят внимательные глаза, где по углам слышится приглушённый шёпот»? Как и Васкес, я не склонен во всех трагических событиях искать заговор, но то, что мы здесь обнаруживаем — «такую плотную паутину интриг, фальсификаций, лжи и вопиющего аморализма» — убивает весь скептицизм наповал. От негодования у меня всё бурлило и клокотало внутри. Не выходит из головы и ещё один персонаж (тоже реально существовавший), за судьбу которого во время чтения я переживал больше всего – Марко Тулио Ансола, 23-летний парень, адвокат, протеже убитого Урибе Урибе, по просьбе семьи начавший собственное расследование и через несколько лет бросивший вызов всей Системе, в которой «бесчеловечное или ужасное в конце концов превращается в самое что ни на есть нормальное, желанное и даже достойное похвалы». Многие критики называют Васкеса наследником Маркеса – не знаком, к сожалению, с творчеством классика, поэтому не могу сказать, насколько это обоснованно, но то, что Хуану Габриэлю Васкесу удалось написать БОЛЬШОЙ РОМАН, совершенно точно. Роман, по его же словам, «во искупление злодеяний, которые [он] хоть и не совершил, но унаследовал». Похоже, на одного поклонника у него стало больше.

В истории каждой страны есть трагические события, которые встраиваясь в культурный код коллективного сознания, оставляют глубокие раны. Колумбия – страна, чья современная идентичность была шрамирована продолжительными гражданскими войнами задолго до того, как имя Пабло Эскобара стало синонимом национального кошмара. Роман «Нетленный прах» (оригинальное название — La Forma de Las Ruins, «Форма руин»), рассказывает о двух таких шрамах. Для колумбийцев даты 15 октября 1914 года и 9 апреля 1948 года – не просто даты в учебнике истории, а строки, написанные сначала кровью ветерана Тысячедневной войны генерала Рафаэля Урибе Урибе, чей череп был проломлен топориками в руках двух озлобленных мастеровых, а тридцатью годами спустя – кровью популярного в народе лидера Либеральной партии Колумбии Хорхе Эльесера Гайтана, обильно вытекшей из пулевых отверстий в его теле и утопившей за последовавшие 10 часов около 3000 человек в ходе восстания «Боготасо» и еще не менее 200 000 человек в гражданской войне с говорящим названием «Ля Виоленсия», что продолжалась 10 лет. Впрочем, некоторые считают, что из не успевшей впитаться крови Гайтана проросли гроздья очередной гражданской войны, которая с разной степенью интенсивности протекает в Колумбии с 60-х годов практически по сей день. Само собой разумеющимся кажется, что такие травмирующие события породили волны теорий заговора. Но это все история, а что же книга?

Хуана Габриэля Васкеса называют наследником Габриэля Гарсии Маркес. По одной книге судить сложно, да и кто я вообще такой, чтобы подтверждать или опровергать справедливость подобных утверждений. Во всяком случае этот роман хвалил Марио Варгас Льоса, а он человек уважаемый. Ну так вот, сеньор Васкес устроил интересную игру с читателем.

Взять хотя бы жанр. Местами это автофикшн, потому что писатель помещает в повествование себя, не просто как рассказчика, но как персонажа. И не просто рассказывает нам вымышленную историю, а очень щедро разбавляет ее фактами из своей биографии. Но и этого мало. Чтобы добавить правдоподобности он даже вставляет в текст фотографии, вырезки из газет, фрагменты документов, чтобы создать у читателя иллюзию того, что тот читает документальное произведение.

Но автофикшн здесь только местами, потому как в других местах это очень даже исторический детектив, в котором и место главного героя автор уступает молодому юристу, вынужденно принимающему возложенную на него миссию докопаться до истинных виновников убийства Рафаэля Урибе Урибе. И вот мы читаем уже увлекательный рассказ о попытках Марко Тулио Ансолы (кстати, тоже реальной личности) пролить свет на это преступление. Наблюдать за противостоянием маленького человека, одержимого правдой, и бездушной машины Системы всегда увлекательно, но финал, увы, обычно слишком предсказуем.

Вот такое балансирование на стыке документального и вымышленного, где грань реальности постоянно норовит ускользнуть от читателя, производит впечатляющий эффект, крайне уместный для романа, чьей несущей конструкцией являются теории заговора, ведь конспирология также всегда гнездится в зыбкой зоне полутеней, где факт и фейк различаются всего двумя буквами. Нелинейность и многослойность романа, который, несмотря на спиралеобразное вращение сюжета, остается не просто читаемым, но и читаемым увлекательно, предлагает оригинальный взгляд на историю не как линейную последовательность, а как вечное возвращение, близкое по духу к концепции Джамбаттисты Вико, с той лишь разницей, что каждый цикл начинается с насилия.

Буквально с первых страниц я уже видел данный роман в списке лучших книг, прочитанных мной в 2025 году, но все же постепенно скоропалительность уступила место рассудительности. А еще я с неудовольствием заметил, что корректор здесь не просто оставляет желать лучшего, а опровергает свои профессиональную пригодность. Цитируя перевод, также хочу отметить прискорбный факт, как чья-то-то работа способна подпортить впечатление о замечательном романе. И если я понимаю, почему Рафаэля Умберто Морено-Дюрана родные и друзья сначала называют Эр-У, а затем Эрре-Аче, то как Пабло Эскобар стал Педро Эскобаром – остается для меня загадкой.

Вот такой сумбурный получится отзыв о романе, который может не только запутывать сетью конспирологических теорий, но и пугать своей актуальностью, демонстрируя, как манипуляции исторической памятью формируют судьбы целых народов. И поневоле приходит осознание простой, но, к сожалению, универсальной истины, что насилие порождает еще большее насилие, порождающее еще большее насилие, которое только продолжает передавать свой разрушительный импульс по замкнутой цепи, пока от цивилизации не остаются одни лишь руины, чью форму нам и предстоит осмыслить, чтобы не заблудиться в них окончательно.