– Ну и что? Ты разве имеешь что-то против кроликов?
– Нет, – быстро сказала она, – вовсе нет. Я не лепорифоб. Просто, ну, их показушная уверенность в собственном моральном превосходстве иногда немного утомляет. Когда видишь их по телику, десяти минут не проходит, чтобы они не завели свою волынку о том, как их веками истребляли, снимали с них шкуру, ели и отгораживались от них специальными сетками. Но мы ведь так относились только к полевым кроликам, а не к очеловеченным. Сейчас все совсем по-другому.
– Думаю, они считают всех кроликов единым целым.
– Ну хорошо, но ведь я-то лично им ничего не сделала, верно? И когда они все время об этом говорят, я начинаю думать, что они просто доят эту тему ради политической выгоды.