Стоик

Вот и кончилась для меня трилогия Драйзера. Я прожила с Каупервудом жизнь. Я ненавидела его и любила, я осуждала его и уважала.
Это тот случай, когда нельзя принять однозачно чью-либо сторону. Да, Каупервуд бабник и лжец. Да, Эйлин чрезвычайно эмоциональна и не умеет держать себя. Да, Беренис крайне заморочена своим положением в светском обществе.
Но у каждого из этих героев есть чему поучиться.
У Беренис - умению себя держать, овладевать собой.
У Френка - его находчивости и предприимчивости.
У Эйлин - верности и умению любить.
А как они меняются! Как обстоятельства способны поменять людей!
Я бы хотела написать гораздо больше, но лучше прочитать саму книгу, чем мою рецензию.
Завершающая часть трилогии получает от меня оценку выше, чем две первые.
Именно в ней я почувствовала настоящую привязанность к героям.
Браво, Драйзер!

Вот и закончилось моё путешествие по удивительной жизни гениального американского финансиста Фрэнка Каупервуда.
Первую книгу я одолела с трудом, не потому что не интересно, а из-за обилия всяких финансовых терминов, в которых я мало что понимаю. Вторая книга читалась уже с большим интересом. А третья с грустью - ведь история подходит к концу.
Я прожила жизнь с главным героем. За это время я им восхищалась, презирала, не понимала, жалела его, снова восхищалась, где-то осуждала его образ мыслей, принимала его таким, как он есть.... Каупервуд не идеальный, но цельный и очень живой, он жил полной жизнью и всегда верил в то, что делает. Как бы мы не относились к его поступкам и мыслям, им нельзя не восхищаться.
И, если вы когда-нибудь задумывались над вопросами о смысле жизни, книга не даст прямого ответа, конечно, но натолкнёт на правильные мысли.

Разница между первыми двумя и третьей книгой Драйзеровской трилогии составляет 33 года! Весьма ощутимый срок и это чувствуется. Взять хотя бы довольно странную развязку. Думается, что вряд ли Драйзер предполагал концовку третьего тома, начиная писать том первый. Скорее всего за 33 года Драйзер поменял своё мировоззрение, полностью разочаровавшись в капитализме как таковом. Оказывается, что всё тщета и суета и лишь в восточной мудрости видится спасение заблудшей цивилизации. Это я утрирую конечно.

Драйзер немного не успел дописать Стоика. Последнюю главу по оставленным им заметкам собирала его жена. Думается, что хоть Драйзер на пороге смерти и поменял свои политические убеждения, однако стоит отдать ему должное, реализма своего он не растерял. Если Драйзер и восхваляет мудрость востока, её философию, несущую бессмертные ценности, то он и не забывает упомянуть, что подавляющее большинство жителей той же самой Индии, несмотря на свою прекрасную философию находятся за такой чертой бедности, за которой смерть воспринимается с радостью, как избавление от тягот жизни.

Хотелось бы отметить, что капитализм и социализм есть разные полюса одного и того же равновесия к которому стремиться сама природа, только разными путями. Капитализм ищет равновесия и стремиться к социализму, открывая населению всё больше социальных гарантий, прав и свобод, а социализм в свою очередь стремится к капитализму, принося равенство в жертву капиталу.

Повторюсь и резюмирую, что данная трилогия ценна своим неизменным реализмом. Все герои настоящие, прекрасно раскрытые, они не святые, не грешники, каждый из них обладает своими достоинствами и недостатками, в каждом присутствуют частички света, тьмы и тайны...

"Трилогию желания" можно назвать шедевром хотя бы по одной причине. Все ее персонажи - настоящие, живые. Они дышат, разговаривают с вами, ссорятся, влюбляются, испытывают страсть и... умирают?

Да, когда Фрэнк был на пике своей карьеры, даже не возникало сомнений в том, что он бессмертен. Это лишний раз подчеркивали как его успехи на финансовом поприще, так и разнообразные любовные приключения даже в... кхм... преклонном возрасте.

Кажется, что и Эйлин должна оставаться все такой же молодой и забавной, как в "Финансисте", и Фрэнк - таким же сильным, здоровым и выносливым. Но с каждой следующей страницей ты все яснее ощущаешь течение времени, всю зыбкость и недолговечность бытия.

Не знаю, как у людей, но у Драйзера получилось. Получилось передать жизнь такой, какая она есть. Передать весь тот баланс черного и белого, который всегда был, есть и будет в нашем мире.

У некоторых Каупервуд вызывает восхищение, у некоторых (и я в их числе) - возмущение и порицание. И в то же время нельзя не восхищаться его могуществом, его жаждой жизни, его неуемной энергией, даже если ты трижды осуждаешь его отношение к женщинам и любви в целом. А когда он умирает, тебе на секунду кажется, что вот... целая жизнь закончилась. Как будто это случилось с тобой, как будто ты только что узнал печальное известие о смерти дорогого и близко знакомого человека, все тайны которого ты знал наизусть.

А страдания Беви? На них ведь возможно смотреть, только если ты осознаешь, что она живет дальше, что она постигла истину и помогает постигать ее другим людям. По крайней мере, за нее моя душа спокойна.

А вот наблюдать, как сломалась Эйлин, для меня было невыносимой тяжестью еще с "Титана". Ее состояние менялось волнами, как и настроение во время прочтения.

Вывод: я надеюсь, что у каждого, кто прочтет эту трилогию, она вызовет такие же сильные эмоции. И такое же ощущения от поступков живых героев.

Долго я слушала последнюю книгу из трилогии Желание. Было интересно, под конец я уже так сроднилась с Френком Каупервудом, гениальным финансистом, что была очень расстроена, когда он умер. Было так жаль его трудов, и того, что душеприказчики так бездарно распорядились его капиталом. Сам Френк, конечно, до такого никогда бы не допустил, и очень быстро бы со всем разобрался. Жаль, что книга осталась незаконченной, что Драйзер не успел ее дописать.

Очень удивила религиозная чепуха, которая была в конце книги. Такого не люблю, и это единственное место из всей трилогии, которое я просто промотала, потому что было ну совсем неинтересно.

Я рада, что решилась на знакомство с этой книгой, Драйзер отличный писатель. Обязательно почитаю и другие его книги.

Меня разочаровало описание людей Индии Драйзером в романе "Стоик". Привожу некоторые цитаты и подчеркиваю слова, которые не правдивы...

Она видела улицы и дороги, вдоль которых тесно, плечом к плечу, точно какая-то страшная живая изгородь, сидели на земле грязные, оборванные, полунагие люди, с глазами, полными отчаяния: некоторые просили милостыню для своих учителей — святых пилигримов. Беренис встречала такие места, где жители, дошли до последнего предела духовного и физического обнищания.
...
Она видела голод в самой обнаженной, уродливой форме — и не могла этого забыть. Не могла она забыть и выражения некоторых лиц, особенно детских — так смотрит затравленное, испуганное животное. Что же можно тут сделать, изменить? Да и можно ли?
...
Ей вспомнились несчастные голодные дети, которых она видела в Индии, — какие у них были страдальческие лица! И какую жестокость, какое равнодушие и пренебрежение проявляет к их горестной участи весь мир.

О чем это Драйзер?! Особенность Индии и заключается в том, что там, как правило, не встречаешь несчастных людей! Там нет отчаяния в глазах, нет духовного упадка, нет страдания на лицах людей, которые ты видишь на улицах. Дети и взрослые выглядят добродушными, улыбчивые, открытые, спокойные. Все это и делает страну удивительной!

Видимо, в беднейших районах США все иначе и Драйзер решил, что и индийский народ такой же... иначе чем объяснить такое нереальное описание...

К своим почти пятидесяти годам я поймал себя на том, что перечитываю этот цикл уже в третий раз. Удивительно, насколько по-разному резонируют одни и те же страницы в зависимости от пройденного жизненного пути. Этот «литературный бриллиант» каждый раз поворачивается новой гранью.

Если в юности я, как и многие, искренне восхищался стальной волей и масштабным характером Фрэнка Каупервуда, то сегодня я вижу в нем совсем иное. Сейчас для меня на первый план вышла трагическая тщетность всех его колоссальных усилий.

Финальный аккорд «Стоика» — это горький урок о бренности материального. После смерти Каупервуда его многомиллионное состояние просто кануло в лету. Мечты о бесплатной больнице и величественном музее в замке с картинной галереей не выдержали столкновения с реальностью: они просто растворились в карманах мздоимцев и алчных юристов. То, что раньше казалось триумфом воли, сегодня видится лишь временной иллюзией, напоминанием о том, что даже самая мощная энергия не способна обмануть время и человеческую низость, остающуюся после нас.

Заключительная часть трилогии.
Каупервуд уже титан, он неимоверно богат, известен, реализация его идей столь масштабна, что казалось бы чего еще желать.
Лишь одно поражение омрачает горизонт и ставит перед выбором: уйти на покой или показать всем, кто с презрением отвернулся, что Фрэнк еще может поставить мир на колени. Лондон рисует заманчивые перспективы.
И всё же чувствуется, что герой устал. Да и фокус Драйзера все больше смещается на подведение итогов. Непростая жизнь, сложные отношения с женщинами. Неудачные браки. Инфантильные жены.
Непринятие вызывала одержимость Беренис. Практически преследование ребенка. Не уверена, какие были взгляды в то время, сегодня ситуация понимания не вызывает. Но вызывает вопросы женский образ в романе. Уже писала, что в Дженни Герхард Драйзер воплотил нереальный идеал женщины. Картина повторяется, Беренис красива, умна, понимает свое положение, делает выбор в пользу Фрэнка, предана и верна ему, окружает бесконечной поддержкой, любовью и вниманием. В контраст Эйлин, незрелой сквозь годы, поверхностной, пошлой, скандальной, злопамятной.
Однако вернемся к Фрэнку. Его закат. Мир без него. И осознание, насколько один человек способен быть центром и силой. С его уходом образуется вакуум, черная дыра, в которую вылетают партнерские отношения, вклады, миллионы. К чему была жизнь, полная борьбы, стремление оставить след в истории, наследие, если все старания растаяли как туман на рассвете?
Задавая эти вопросы между строк, Драйзер вновь обращает взгляд к сопоставлению Беренис и Эйлин. Их способ справиться с горем, содержать себя и найти своё место в мире без Фрэнка.
Удивительная жизнь удивительного человека.