Fiesta and the Sun also Rises

Красота Марго была залогом того, что Макомбер никогда с ней не разведется; а богатство Макомбера было залогом того, что Марго никогда его не бросит.

Совет хороший, что и говорить. Не думать об этом. Отличный совет. Попробуй как-нибудь последовать ему. Попробуй.

Нечего и пытаться остановить то, что ушло. То, чему нет возврата.

«И роскошь и дворцы — мне все знакомо. Но... там-та-та-ра-рам... и все же лучше дома».

— Вот это женщина, — сказал Билл. — Ужасно мила. Кто такой Майкл?
— Тот, за кого она собирается замуж.
— Ну-ну, — сказал Билл. — Судьба мне знакомиться с людьми именно в этой стадии. Что ии послать? Может быть, чучело скаковых лошадей?

Шутить над людьми — значит наживать себе врагов.

"Дуже легко вдавати з себе крутого хлопця вдень, але вночі- це зовсім інша справа "

Это вино слишком хорошо для тостов, дорогая. Не следует примешивать чувства к такому вину.  Вкус теряется.

- Нет. Не это. Вы послали меня к черту.
- О, не ходите к черту, - сказал я. - Сидите здесь. Мы только начали завтракать.

Не падай духом. Никогда не падай духом. Секрет моего успеха. Никогда не падаю духом. Никогда не падаю духом на людях

Так зачем же вы задаёте мне дурацкие вопросы, если вам не нравятся ответы?

Человек никогда ничего не знает, правда?

Он еще мог быть великим, но от сознания этого бой быков уже не становился, как прежде, счастьем.

— Один бык бежал по кругу и перебрасывал всех через барьер.
— Человек двадцать унесли в лазарет, — сказал Майкл.
— Ну и утречко! — сказал Билл. — Полиция то и дело забирала самоубийц, которые так и лезли прямо на рога.

— Слышали? Muerto! Умер. Он умер. Рог прошел насквозь. Захотелось весело провести утро. Es muy flamenco.
— Печально.
— Не вижу, — сказал официант, — не вижу в этом ничего забавного.

Es muy flamenco - это уже слишком.

— Что-нибудь случилось во время encierro?
— Я всего не видел. Один из толпы серьезно ранен. (...).
— И все ради спорта. Ради забавы.

Encierro - прогон быков из корраля в цирк.

Я встал. Голоса их доходили до меня откуда-то очень издалека. Все казалось каким-то скверным фарсом.

Из цирка доносились крики. Каждый крик означал, что бык кинулся на толпу. По силе крика можно было определить, насколько страшно то, что там происходит.

Все, что случилось, могло случиться только во время фиесты. Под конец все стало нереальным, и казалось, что ничто не может иметь последствий. Казалось неуместным думать о последствиях во время фиесты. (...).

Шла фиеста, и она продолжалась семь дней.

Фиеста началась по-настоящему. Она продолжалась день и ночь в течение семи суток.