Правила дома сидра

Знаете, я тот человек, который сначала посмотрел фильм, раз 20, а только потом узнал, что снят-то он по книге. Как только купила книгу, то тут же решила погрузиться в уже полюбившуюся историю, но не тут-то было. Итог — роман получил низкую оценку и благополучно отправился на книжные полки в Питер. Повторный пересмотр не дал положительных результатов, но и по-другому восприняла.

Правила виноделов — это роман о любви. Как бы я не любила такие истории, но перед нами книга, способная утащить на эмоциональное дно. Тяжелое, меланхоличное развитие сюжета, где герои идеализированы, но со своими изъянами.

Я даже не хочу слишком углубляться в сюжет, основное есть в аннотации, а дальше — решайте сами. Прекрасно подойдет для пасмурной, дождливой погоды, когда на душе скребут кошки, и ты хочешь добить себя окончательно.

P.s. а все же фильм нравится больше
3 из 5

Человек только и делает, что нарушает правила. Самые разнообразные, не только мучительные, созданные на пользу властям, или устаревшие. Нарушает из иррациональной бравады, из ложного ощущения личного бессмертия, измученный страстями и, может быть, под влиянием кишечных бактерий или токсоплазмы в головном мозге. Правила приходят и уходят, создаются и отвергаются. Ничего в них плохого нет, если не забывать, что эти вещи 1)пишутся людьми, 2)для людского благополучия и 3)не навсегда. Пренебрежение одним из этих условий делает людей несчастными и, думаю, даже служит причиной многочисленных жертв.
Например, если полагать, что все правила жизни людей созданы Высшим Существом, и их неисполнение влечёт за собой невообразимую кару. Или требовать исполнения древних ритуалов, традиций и обрядов, просто на том основании, что так делалось всегда - даже если в процессе калечат людей, подвергают их жизнь опасности.
Об этом и о многих других сложнейших этических вопросах я буду думать, прочитав "Правила виноделов". Какой из людских запретов не должен быть нарушен ни при каких обстоятельствах - сегодня, в прошлом и навсегда? Мне известен только один: инцест отец-дочь. Может быть, их больше, просто у меня не хватает воображения, чтобы представить себе аспекты зла. "Правила..." убедили меня абсолютно, что также существует один запрет, который обязан быть отменён на государственном уровне: запрет абортов. Государству нечего делать в женских половых органах.

К сожалению, ещё не везде можно безопасно избавиться от нежелательной беременности. Кое-где приходится унижаться, валяться в ногах у "комиссий по этике" и рыдать. И это не самые мракобесные места на планете, есть варианты и похуже. Хватает и врачей, отказывающихся от помощи даже жертвам изнасилования, даже двенадцатилетним любовницам собственных братьев и отцов. Невольно приходит в голову мысль о хирурге, по личным религиозным соображениям убеждённом, что душа человека находится в его левой ноге, и отказывающемся ампутировать эту ногу, будь она даже поражена газовой гангреной.
Пора бы уже и разняться разбором книги, заставившей меня задуматься о таких непростых и грустных вещах. Но хочется всё-таки поставить возникшие по её поводу мысли рядком на полку, чтобы время от времени доставать, отряхивать от пыли и обдумывать снова.
Тут, в Германии, недавно был процесс, судили нескольких гинекологов, назначили им огромные штрафы. Эти врачи на сайтах своих клиник, перечисляя предоставляемые услуги (ультразвук, лаборатория, маммография и пр.), упоминали, что делают аборты. Врачей осудили, поскольку "такая запись может подать женщинам идею прервать беременность". Ух ты! Это же сплошь и рядом случается: просматриваешь сайт гинеколога и думаешь: "О! А ведь это отличная мысль! Пойду-ка сделаю аборт или два". Врачи подали апелляцию, надеюсь, здравый смысл восторжествует.
"В рабочем порядке аборт можно определить как прерывание беременности на стадии нежизнеспособности плода". Слова принадлежат Г. Дж. Болдту, доктору медицины, это эпиграф к "Правилам...". Я бы хотела пойти немного дальше.
Новорождённый, вполне жизнеспособный, не станет человеком, если его просто кормить и удалять выделения. Чтобы его мозг в дальнейшем функционировал как человеческий, нужен постоянный труд родителя(родителей). Если государство требует от женщины, чтобы она рожала и воспитывала нежеланных детей, оно должно назначить ей достойную зарплату плюс надбавка за стресс. Противозачаточные средства? Самое надёжное из них - по-прежнему "пить чай": не "до", не "после", а ВМЕСТО. Всё остальное (хоть и в значительной мере спасает женщин от дамоклова меча нежелательной беременности), калечит наш организм и не гарантирует результат. Можно упрекать женщин в глупости, в неспособности грамотно пользоваться "средствами защиты", в разврате - и кто знает, в чём ещё. Или не упрекать измученных мам поневоле, а помочь. Спасти от боли, ужаса и смерти. Потому что аборт она всё равно сделает - так или иначе. Погибнуть, искалечиться - иногда лучшая альтернатива.
К тексту!
Доктор Кедр работает в сиротском приюте. Принимает роды у женщин, которым дети не нужны. Бесплатно. Дети остаются в приюте, становятся сиротами, медперсонал занимается их воспитанием с огромной самоотдачей и любовью. А ещё доктор Кедр делает аборты: тоже бесплатно, но главное - профессионально, аккуратно, стерильно, с обезболиванием. Родовспоможение - божье дело, аборты - дьявольский промысел, полагают те, кто придумывает правила. Всё, что спасает жизнь и здоровье женщин, божье дело, считает доктор Кедр.
Книга содержит жуткие описания септических абортов, чудовищных обстоятельств, в которых женщина решается нанести себе опасные раны и лечь под грязный нож мясника. Но в "Правилах..." представлены (с замечательным печальным юмором!) судьбы людей, внушающие надежду и безмерное уважение. А также жизнь человека, не отмеченного ни героизмом, ни подлостью. Наша жизнь. Искренне, без пошлости и ханжеского морализаторства. То есть, это, к счастью, не только книга про аборты. В ней невероятное множество самых разных историй сирот, воспитанных в Св.Облаке, их приёмных родителей, людей, с которыми они встречаются, становятся друзьями, возлюбленными - или врагами. Это сложная невероятно искусная мозаика. Уверена, что эта книга сделала меня лучше и... спокойнее, чем прежде. Поддержала меня на моём пути и в моих убеждениях.
Кроме того, было проятно отыскать несколько славных, занимательных моментов.
Например, цитата Диккенса:
"Стану ли я главным героем собственной жизни, или им будет кто-то другой?" Надо будет прочитать "Давида Копперфильда". И ещё поразмышлять о Мелони. Вот интереснейший персонаж, один из самых многоликих из тех, что попадались мне в последнее время. Хотелось бы узнать, что думают другие об этой женщине. На каком этапе повествования отвращение к ней сменилась жалостью? Или так и не сменилось?
Вообще, книга такая, что хочется побеседовать о ней. Надеюсь, если какой-то диалог произойдёт, он будет доброжелательным. Есть болезненные темы, которые провоцируют враждебность между людьми: религия, взаимоотношения полов, право на ношение оружия и ещё несколько. Аборты - тоже такая "горячая" тема.
Но я не уверена, что в споре родится истина. Может быть, она родится, если мы будем читать хорошие книги? Хотелось бы воинствующим противникам абортов посоветовать сперва прочитать эту книгу (можно ещё и «Казус Кукоцкого» Людмила Улицкая ). Охотно приму совет фракции пролайферов: что бы мне прочитать, чтобы переубедить себя?

Пока читала книгу, мне очень нравилось. Особое наслаждение я получала от авторского стиля (начала читать на русском, дабы побыстрее прочитать книгу, но наткнувшись на «Сент-Облако», решила не наносить урон своей психике и немедленно скачала оригинальный текст). А теперь я не имею ни малейшего представления о том, что же стоит написать в рецензии, дабы хоть частично передать мои ощущения от нее.
Пожалуй, начну с недостатков.

• Слишком много медицинских подробностей от описания строения репродуктивных органов до абортов и родов. Как по мне, автор уделяет слишком много внимания этому моменту. Нет, не отношению к абортам, а именно к описанию того, что и как происходит во время сей медицинской процедуры. Я не медик и никогда им стать не хотела. Поэтому, мне не особо приятно читать об этом. К тому же, я абсолютно убеждена в том, что отсутствие данных описаний никак не отразились бы на повествовании.
• Инцест. Как и педофилия, эта тема кажется мне омерзительной, и, возможно, это единственные две темы, с которыми мне бы хотелось встречаться как можно реже в литературе.
• Семейная сага? Вы шутите?!
• Бесхребетность Гомера. Как, ну как он мог так легко отказаться от собственного счастья?! Да и во всем остальном этот герой оказался каким-то… недоделанным? недописанным? Как может человек всю жизнь перечитывать только две художественные книги и не пытаться найти что-то новое? Как он может не интересоваться совсем ничем? Гомер получился для меня каким-то пустым, неполноценным персонажем. А жаль.
• Отношения Кенди и Гомера. Мне так и не удалось понять, что же между ними было. Если это была любовь, то почему они так легко от нее отказались? Да и как они могли жить в одном доме после того, как Кенди вышла замуж? Видимо, мне не дано понять эту сторону истории.

Состоялось первое знакомство с творчеством Джона Ирвинга и для меня оно удачное, хочется продолжать.

Когда села писать отзыв – впервые за долгое время столкнулась с чистым листом и пониманием, что о сюжете не могу рассказать, уж больно много здесь разных событий и ответвлений. Поэтому упомяну ключевые темы – сиротский приют, где вырос один из главных героев, там же его обучили азам профессии акушера-гинеколога (эта тема здесь тоже на первых местах). Подняты темы абортов и права выбора женщины, моральные стороны и размышления о том, когда плод уже считается человеком.

Этот роман совсем нелегкое чтение, как по теме, так и по подаче. Много метафор, острот, размышлений, подробностей, которые могут быть для вас неприятными, мне было ок. Текст не льется, а как будто врезается в память, оставляя жирные отпечатки, но впечатления от этого не угасают, интерес держится на протяжении всей книги. Такие книги не просто читаешь, а проживаешь. Обожаю, когда автор так окутывает жизнью героев, заманивает в сети сюжета и в финале приходит грусть, что прощаешься с героями с которыми прошел много сложных событий.

Обязательно посмотрю экранизацию и может быть еще в этом году прочитаю еще какое-то произведение автора.

Книга с богатым послевкусием.

Я прошла с ней извилистый путь - от очарования первого знакомства и обещания, как мне казалось, печальной, но жизнеутверждающей истории, наполненной мудростью. Через удивление, что меня, закончившую медицинский, все-таки можно заставить морщиться и внутренне содрогаться от каких-то физиологических подробностей, и омрачение от вкраплений грязи жизни. И к пониманию, что я привязалась к персонажам, будто к членам семьи - таким неидеальным, порой странным, но родным, за которых несмотря на все их поступки болит сердце и за судьбу которых переживаешь.

Вместе с автором мы проследим весь жизненный путь сироты Гомера Бура и окружающих его людей, ставших ему семьей - доктора Кедра, заменившего ему отца; медсестер; незабываемую Мелони, "головореза в юбке"; внезапных друзей Кенди и Уолли... Сам Гомер казался мне немного "не от мира сего", поэтому выбор актера на его роль в экранизации кажется мне идеальным - Тоби Магуайер как раз такой типаж с его немного "неземным" взглядом. Да и доктора Кедра я представляла именно таким, как Майкл Кейн (дворецкий из Бэтмена), - слегка импульсивным и местами резким, живущим своими правилами, но праведным стариком. Очень хочется добраться до экранизации и сравнить впечатления, хоть и есть боязнь, что такую книгу было нелегко удачно перенести на экран.

Особенно сильно меня впечатлило, насколько многогранными получились персонажи и насколько неоднозначной - история их жизни. По сути, это и есть жизнь, - противоречивая, абсолютно не черно-белая, разве что чуть гротескная. Прослеживается некая предопределенность судеб героев, искусственно добавленная автором, и всё это слегка присыпано сверху тонким юмором.

Наверное, если бы я не читала послесловия, то решила бы, что название книги отсылает к странным правилам, по которым пятнадцать лет прожили Гомер, Уолли и Кенди на своей яблочной ферме. Однако толкование, предложенное в послесловии переводчиком, понравилось мне больше.

Перевод, к слову, отличный - из тех, что оставляет впечатление, будто переводчик и не переводчик вовсе, а полноценный соавтор, и ты читаешь на языке оригинала. Из двух вариантов аудиокниг мне понравился тот, который читал Алексей Багдасаров - может, у меня и не возникло ощущения, будто я слушаю спектакль, но мне очень понравилось, что все фразы он выделял интонацией именно так, как надо, и именно благодаря ему я замечала иронию даже там, где наверняка пропустила бы ее в тексте, читая сама. А вот начитку от Евгения Перепелицы я слушать не смогла.

В книге поднято очень много непростых тем: сиротство, материнство-отцовство, такая разная любовь и понимание семьи, и, конечно, аборты. Последняя тема по сути пронизывает всю книгу и особенно сильно меня впечатлило, каким именно путем доктор Кедр пришел к занятию этой нелегальной в те времена деятельностью, и его хитроумный план с Фаззи Буком.

Однозначно не могу рекомендовать эту книгу всем (а особенно впечатлительным и беременным) из-за наличия не просто неприятных, но довольно-таки пробирающих сцен. Однако могу смело рекомендовать её тем, кого не отталкивает чернота жизни и персонажи с серой моралью, а наоборот вызывают интерес.

Вторая прочитанная книга у Джона, и должна сказать, что она тоже невероятно женскоцентрированная, что лично меня, конечно же, радует. В этой истории я выделила три момента, показавшиеся важными и определившими основную интонацию, настроение повествования. Аборты, жизненное предназначение и правила жизни.

Вообще, Джон - очень откровенный писатель, называющий явления и вещи своими именами, без всякого там флера мнимой благопристойности. Секс есть секс, и никаких там "Они слились в порыве страсти, и уляля, и увидели море звезд на небе, и засверкали фейерверки, и все это под музыку Мендельсона, овеваемое ароматами лаванды и устриц." Это, конечно же, не означает, что все обязаны писать о том же сексе откровенно, как есть. Если хочется ваять сладостные оды о сакральном и целомудренном совокуплении устриц и омаров - то вперед. Полная свобода слововыражения, как говорится, есть в наличии.

Так вот об абортах, которые были запрещены в Америках черт знает сколько времени. Один из главгеров - доктор Кедр в свое время отказался сделать аборт, и женщина, конечно же, пошла в подпольный притон, где ее варварски выпотрошили, и она умерла в муках на руках у этого самого доктора. Так что после он уже не отказывался сделать аборт женщинам - жертвам насилия, брошенным мужчинами, попавшим в трудную жизненную ситуацию, проституткам и просто женщинам. И девочкам, которых растлили и изнасиловали, тем более помогал. Ну, потому что аборт - это, может быть, и плохо, но отказывая отчаявшемуся человеку, убиваешь не одну, а две или даже больше жизни. Именно это стало и его жизненным кредо. Долг врача - спасти хотя бы одну жизнь. А с вопросами совести и морали по поводу аборта будет разбираться уже сама женщина, потому что это ее тело, ее жизнь, ее выбор. И только ее. Вот подпишусь под каждым словом.

Причем, врач вовсе не обязан делать аборты, если это противоречит его жизненным взглядам, вере и чему-то еще. И без него найдутся добровольцы, так вот нечего на них вешать клеймо убийц и пособников убийства. Долг врача - спасти жизнь. Ведь бывает же так, что приходится пожертвовать чьей-то жизнью, чтобы спасти другую, без всяких абортов. И что-то никто не осуждает такой врачебный выбор.

По поводу того, что решение об аборте имеет право принимать только женщина. Кто вынашивает ребенка, теряя здоровье? О жертвах насилия и по медицинским показаниям и говорить нечего. Нет, неужели у кого-то вообще хватит наглости запрещать аборт в этих случаях? И не надо тут сусальных романсов о целительной силе беременности. Женщина может потерять здоровье вплоть до инвалидности, а может и отдать жизнь. Потому что даже в наше время женщины умирают во время родов, а уж раньше с тем уровнем медицины... Поэтому мнение отца и кого-либо еще можно выслушать. Выслушать и принять во внимание, но не более того. И в принципе, почему бы и не попытаться отговорить женщину от аборта? Может, она будет благодарна впоследствии, потому что ребенок станет ее счастьем, несмотря на все печальные обстоятельства, предшествовавшие его появлению на свет. Но только та, чье тело используется для вынашивания, только та, кто рискует здоровьем и жизнью, только та и имеет право принимать окончательное решение делать или не делать аборт. И она уж как-нибудь сама подумает о своей душе после случившегося.

И очень отлично поступает доктор Кедр, когда одна богатенькая семейка лицемерно приглашает его сделать аборт. Причем, девушка, может, и не хочет этого, да только никто ее и не спрашивает. Так вот доктор заставляет поганца, заделавшего своей девушке ребенка, остаться и смотреть, как из человека железом выскребают его плоть и кровь. Чтобы неповадно было самому получать все тридцать три удовольствия, а потом ханжески заставлять девушку расплачиваться за последствия совместных любовей. Потому что любиться могу, но жениться не могу или там не хочу. Смотри, гаденыш, на последствия своих хотелок, смотри во всех подробностях, что такое аборт. Потому что, как бы там ни было, люди занимаются сексом вдвоем, а счет во все века выставляется женщинам. Да еще и всякие навязывающиеся душеприказчики принимают решения за другого человека (делать или не делать аборт) и вешают позорное клеймо исключительно на женщин.

Ну, а доктор свою позицию подкрепляет делами, посвящая свою жизнь работе в приюте для детей, рожденных и оставленных матерями. Реальными делами, в отличие от всяких типа моралистов, сотрясающих воздух громкими речевками о грехе и недопустимости абортов, но не особо стремящихся помогать сиротам при живых родителям. Так оно по жизни и бывает, удивляться нечему.

Теперь о жизненном предназначении. Второй главгер в книге - это один из сирот, опекаемых доктором, - Гомер Бур. Он с рождения живет в приюте, потихоньку вырастает, и становится ясно, что быть ему врачом, то есть гинекологом. Кстати, именно Гомер в какой-то момент своего учения у доктора приходит к мысли о невозможности лично для него делать аборты. Однако, в праве женщины принимать решение самой, нисколько не сомневается.

А потом приходит время, когда он понимает, что пора бы выйти за стены приюта. И очень вовремя приезжают попутчики: юноша Уолли и девушка Кенди (на аборт), которые открывают для него ворота в мир и по сути становятся семьей. Теперь по поводу любви. Ну, я даже не знаю верить ли тут в судьбу, потому что произошедшее сильно похоже на "О, я в первый раз увидел молодую красивую девушку примерно моего возраста, а не пожилую медсестру, беременную брошенку или приютскую девчонку, такую же неприкаянную, как я." И на этой незнакомке лежит отпечаток совсем-совсем другой жизни. Это примерно так же, как в первый в жизни вообще увидеть женщину. Ну, как не полюбить божественную инопланетянку, как не поставить ее на пьедестал? И после все остальные женщины в большом мире будут вторичными копиями, всего лишь подделками. Но признаю, что у меня довольно скептичное отношение вообще к любовям, так что будет считать это частным мнением, не более.

И вот, значит, эта их взаимная с Кенди любовь, приводит по сути к довольно мерзкой ситуации. Ясное дело, что чувство накрывает с головой, ты не властвуешь над собой, плюешь на чувства других и все такое прочее. Это жестоко, но ничего не поделаешь, если пошел по такому пути. Причем, возможность поступить по-другому, конечно же, есть. И понятное дело, что жить в голой правде невозможно, как бы нам ни хотелось. Люди рядятся в ложь, недомолвки и иллюзии, как в защитную одежду, без которой погибнешь под ледяным светом звезд в космосе. И ложь бывает во спасение, и человек слаб духом и телом, и так далее, и так далее. Но всегда есть какие-то глобальные моменты, в которых не срабатывают любые оправдания, и происходящее становится огромной подлостью.

Уолли уходит на войну и возвращается искалеченным, а в это время Кенди и Гомер втихаря прыгают в свою великую любовь, плодят ребенка и совместно плетут гигантскую паутину лжи. В основном плетет сеть Кенди, устраивая свою жизнь, как ей хочется. Два горошка на ложку? Тонна гороха в ее закромах. Усидеть на двух стульях? Мебельный гарнитур лично для нее. Гомер пассивно поддакивает, но он вовсе не жертва любви. Он - добровольный соучастник обмана. В результате парочка лжет всем окружающим просто в космических масштабах. А уж как они обходятся с самыми близкими людьми... Уолли - рогоносец, их сын считает себя усыновленным. Это подло, и по-другому не скажешь. Можно любить сразу двоих, отчего нет. Только делать это надо открыто, без обмана. Мелони - приятельница Гомера из приюта, полностью права, когда тыкает его носом в лживые поступки и называет вещи своими именами.

В конце концов Джон разруливает ситуацию и обходится со своими героями слишком уж по-доброму, на мой взгляд. По факту им все сходит с рук. Уолли и сын прощают обман. А Гомер наконец-то разрывает долголетнюю и бесплодную, взращенную на подлости, связь и возвращается в приют, где продолжает дело своего названного отца. И вот, что я скажу. Жизненное предназначение намного важнее преходящей и плотской любви, особенно, питающейся ложью. Но каждый имеет право на собственный выбор.

Каждый из нас не единожды предупрежден тем или иным способом. Десятью заповедями из библии, памяткой о пользовании презервативами под авторством доктора Кедра, правилами для виноделов на стене общежития для сезонников на винодельческой ферме, которой владеют Уолли и Кенди, статьями в уголовном кодексе или еще каким-нибудь способом. Предупрежден о том, что такое хорошо и что такое плохо, и какие могут быть последствия. Ну, а следовать или нет любым правилам и предупреждениям жизни - это личное право любого человека. И никто не должен лишать нас этого права, навязывая свое мнение, угрожая или проявляя диктат. Принимать решение о том, как поступать со своей жизнью, должно быть собственным выбором любого взрослого дееспособного человека.

Правила Дома сидра

Ух, как же я люблю экранизацию этой книги) Именно с нее, с экранизации, началось мое знакомство с Ирвингом. Я тогда не знала, что гениален как раз этот дядька, а не Лассе Халльстрём, который сгреб парочку Оскаров и потерялся с голливудского горизонта вплоть до триумфального возвращения с Хатико на поводке. Уже потом были "Молитва об Оуэне Мини" , "Отель "Нью-Гэмпшир" и "Мир глазами Гарпа" . Сначала было слово кино. И именно поэтому, книга оказалась в подборке с тегом #охотанаснаркомонов2016 в категории "Книга показалась вам хуже фильма". Хотя книга отнюдь не хуже, местами даже лучше. Но она не была первой, и поэтому не может вызвать тех эмоций, которые в свое время вызвал фильм. Но вернемся к книге.

Если вы не смотрели экранизацию, купились на один из вариантов русского перевода и рассчитываете перевернув первую страницу оказаться посреди огромного виноградника - мимо. Винограда (как впрочем и вина) здесь не предвидится. Зато будут огромные яблочные сады, ароматный сидр, сезонные рабочие, собирающие пахнущие летом яблоки... и Гомер Уэльс, сирота, выросший в приюте, директор которого тайком работал на упреждение - делал аборты женщинам, дети которых рано или позно оказались бы в его приюте. И будут любовь, война, ревность, самообман и просто обман. Будет жизнь.

Ирвинг из мельчайших деталей ткет эпичное полотно, в котором найдется место всем и всему. Его потрясающее умение изящно соединить несоединяемое, сплести новую реальность и нанизать героев и события как бусинки в изящном узоре - все это лично для меня искусство. Книга получилась довольно натуралистичная, но эта прямота отнюдь не отталкивает, скорее, напротив, придает неторопливо рассказанной истории ощущение реальности. И если вам кто-то скажет, что "Правила Дома сидра" - это слезливая мелодрама, не верьте ему. Она о поиске себя, выборе, любви, о честности перед самим собой. О жизни.

Люблю Ирвинга, хочу еще)

209/300

Когда я слышу словосочетание "семейная сага", то мне представляется многопоколенная семья, бизнес, тайны... Тут все это есть но, с другого ракурса, что ли. Все не как у людей: семья построенная на сиротстве, бизнес побочен, а тайны условны и намного уступают непростым человечки отношениям.
Вообще, конечно, круто и оригинально, что так мощно подняты темы абортов, гигиены, заблуждений, пубертата, усыновлений и т.д. Это как раз те проблемы, которые требуют пристального освещения, и при этом их интересно обсуждать. Тут победное комбо. Но в какой-то момента я просто утомилась обо всем этом читать.
Отдельное "фу" - названию. Принятый ныне перевод  "Правила виноделов" хоть и звучит красиво, но совершенно не передаёт смысл. Там нет виноделов. Там сидр варят. Это другое. Привязку к сюжету и так не просто уловить, а с такой формулировкой ее и вовсе нет.
По итогу - очень необычно, местами интересно. Но некоторые моменты мне не зашли, так как не считаю аборт рядовой процедурой, какой она начинает казаться при прочтении. Но рада, что прочитала, с такой книгой действительно стоит ознакомиться

Этот роман обо всем, обо всем кроме равнодушия. Его нет даже в насилии.
Первая часть книги практически полностью посвящена сиротскому приюту Сент-Облако и людям, которые трудятся в нем и около, детям, кому пришлось жить в приюте, ожидая усыновления. Среди них был особенный мальчик Гомер, судьба которого, как мы потом узнаем, навечно связана с Сент-Облаком.
Вторая часть книги базируется в Океанских далях, на яблочных плантациях. Здесь сидр течет рекой, невыносимо прекрасен яблоневый цвет, а аромат прогретой солнцем соломы дурманит молодые головы.
Я даже не знаю с чего начать и что из произошедшего назвать ключевым моментом. Всё, буквально всё в романе символично. Каждая история имеет под собой несколько слоёв, как матрешка. Каждый поступок можно расчленить на составляющие, которые в свою очередь тоже будут иметь "внутренности".
Каждый герой как стерео-открытка, повернешь - он положительный, взглянешь под другим углом - уже отрицательный.
Откровенность и даже некая оголенность в повествовании многих отпугнет. Но эта гротескная правдивость и есть то ключевое, чего не хватает многим книгам. Естественно подана она мастерски и со вкусом.
Любовь и одиночество, потери, мораль и принципы, вина и прощение, правда и ложь во благо...
Рождение, сироты, аборты...в одном месте, в одной книге, через всю жизнь.

Все события и происшествия в романе разворачиваются и протекают между 186... — 195... гг.

Этот роман наполнен множеством социально значимых, эмоционально насыщенных, морально-нравственных, этических и злободневных смыслов и ценностных идей и тем.

Дальше могут встретиться СПОЙЛЕРЫ

Свобода выбора — аборт или непременное и обязательное вынашивание любой беременности вне зависимости от желания и возможности женщины иметь ребёнка? Штат Мэн, основной костяк населения — лесорубы и прочие простые рабочие, социальные низы, отсюда лёгкие случайные беременности, отсюда же и проблемы отказных детей и, соответственно, возникновение приюта. «Врачевание застарелых (социальных) пороков» Сент-Облака — вот суть деятельности доктора Кедра. «Работа Господня» — так называет доктор то, что он делает — т. е. так называет подпольные аборты богоугодным делом. Абсурд? Но не будет спешить с клише...
Доктор не берётся никого осуждать за секс (хотя сам буквально после единичного опыта сторонится женщин), он не собирается никому читать никаких моралей, он просто делает по сути криминальный аборт женщине — важное условие — в случае, если она сама не хочет этого ребёнка, и если срок беременности позволяет пока что говорить не о ребёнке в теле матери, а о зародыше на ранних стадиях развития. Критерий перехода между этими двумя качествами — он ещё не шевелится...

Отношения между доктором Уилбуром Кедром и его подопечными детьми. Главная задача — пристроить ребёнка в новую семью. Не дать ему максимальный уют в приюте, а именно отправить в семью.

— утверждает доктор Кедр. И далее

На первый взгляд это убеждение доктора кажется весьма спорным, потому что всегда в наших госучреждениях утверждали, что нужно создать в детдоме домашнюю атмосферу. Но когда читаешь эту книгу, то невольно становишься сторонником таких взглядов доктора Уилбура Кедра. Хотя всегда есть возможность подумать и прийти к каким-то собственным взглядам на это...

— пишет доктор Кедр в своей летописи Сент-Облака, которую ведёт с начала века. Здесь нет любимчиков и нет отверженных. Хотя наш Гомер, да ещё Мелони оказываются на особом положении — просто потому, что оставлены в приюте "навсегда" или до случая. Но все остальные воспитанники находятся на совершенно одинаковом равноправном (это важное уточнение, именно равноправном, а не равно бесправном!) положении, хотя каждый из них и признаётся индивидуальностью и даже личностью — в тексте книги есть множество подтверждений тому, что персонал приюта к каждому своему воспитаннику относится с бесконечным терпением и профессиональными заботой и любовью.

Отношения между доктором Кедром и персоналом приюта городка Сент-Облако — сестрой Анджелой и сестрой Эдной. Сестра Эдна влюблена в доктора, зато сестра Анджела дала имя нашему ГГ — Гомер Бур, потому что если бы имя давала сестра Эдна, то парня звали бы либо Уилбур, либо Кедр...
Святой Кедр — так уже в 192... назвали медсёстры своего доктора. И сразу становится понятно, что вне зависимости от своего личного эмоционально-чувственного отношения к доктору, обе медсестры являются самыми преданными его помощниками и убеждёнными сторонниками идей и взглядов доктора— иначе тайные и одновременно известные всему штату незаконные аборты стали бы известны властям...

Отношения между Гомером остальными воспитанниками, и в особенности с Мелони. Гомер быстро становится одним из помощников персонала. Но при этом он в силу своего характера и присущей ему доброты и сам совершенно искренне заботится от младших, что естественным образом порождает ответные добрые к нему отношения. И даже грубиянка Мелони довольно быстро становится дружна с ним, наверное прежде всего потому, что доверяет ему все свои движения души. А потом уже отношения переходят в другую стадию, и эти сексуальные контакты между ними со стороны Мелони являются всё-таки и проявлениями любви. А вот у Гомера? Наверное всё же он вступает в эту связь в силу мальчишеской подростково-юношеской гиперсексуальности, потому что сексуальную энергию всё-равно куда-то девать надо...
Да, любовь и дружба... А ведь у Мелони все эти особые внутренние отношения к Гомеру, несмотря на явное неприятие его позиции уже во взрослом состоянии, длились всю её жизнь... Вот вам и хамка-грубиянка-лесбиянка...

Конечно одним из центральных смыслов романа являются отношения между Гомером и парочкой молодых влюблённых, Кенди и Уолли. Треугольник появляется совершенно естественным путём, а когда отношения становятся совсем близкими и влекут свои естественные последствия, то ситуация с пропавшим на войне Уолли кажется лучшим выходом. Но автор непрост и не облегчает положение ни читателя, яростно сочувствующего Гомеру и Кенди, ни их самих. Дабы совсем уже откровенно не спойлерить, нужно прервать это перечисление и упоминание точных деталей, но эмоций самого высокого накала книжное развитие событий вызвало немало. И я так и не пришёл к выводу, правы ли оказались Кенди, Уолли и Гомер по отношению к своей собственной жизни и в отношении жизней других членов этой любовной триады, сделал свой выбор таким, каким он показан в книге...
Появление в жизни наших героев детей только усугубило и заострило всю проблематику. И когда уже подросший сын Гомера Анджел попадает в довольно похожую непростую личную ситуацию, то начинаешь уже не просто чертыхаться, но попросту в бессилии по бабьи всплескивать руками!

В книге много также других персонажей разной степени важности и значимости — значимости и важности для сюжета. Но все они обогащают содержание разного рода уточнениями и деталями, в результате все основные «игроки» получились весьма достоверными и живыми, прямо хоть паспорта выдавай. Да и вообще, погружение в роман получилось полное и глубокое, сопереживание судьбам героев искренним и сильным.
В общем, книга оставила самый глубокий след, наверное самый глубокий со времён прочтения «Бегущего за ветром» и «Тихого Дона»... И совершенно точно буду включать её в списки своих рекомендаций для всяких игр и просто для дружеских советов.