Доктор Павлыш

Если у людей нет бумаги, они учат историю наизусть<...>. Без истории люди перестают быть людьми.

Ты представляешь себе трагедию - последняя свадьба в целой стране?

— Гуси спасли Рим, – говорил Варгези, глядя на Павлыша пронзительными черными глазами. – Но никто не задумывается об их дальнейшей судьбе. А ведь гуси попали в суп. В спасенном же Риме. Так что на их судьбе факт спасения Рима никак не отразился. Представляете, что говорили их потомки: наш дедушка спас Рим, а потом его съели.

Человек с новостью всегда интереснее женщине, чем человек просто так.

Ну что может со мной случиться? В космосе безопасней, чем на людной улице.

Софья Петровна говорила правильно и чуть книжно, словно все время мысленно писала фразы и проверяла их с красным карандашом.

А тот вечер у меня до конца дней останется перед глазами, потому что он был необыкновенный. Совсем не из-за беды, а наоборот. Тогда в моей жизни должно было что-то измениться… А изменилось совсем не так.

Я сейчас оборачиваюсь на прошлое и думаю – а я ведь всегда, почти всегда была занята. Как и в моей настоящей жизни на Земле. Наверно, моя живучесть и держится на том, что умеешь найти себе дело, найти что-то или кого-то, ради чего стоило бы жить. А у меня сначала была надежда вернуться к Оленьке, на Землю. А потом, когда эта надежда почти угасла, оказалось, что даже и здесь я могу пригодиться.

И тут Павлыш вдруг почувствовал, что его перестает интересовать разговор. Даже не мог понять почему. Как будто он уже слышал когда-то раньше, что скажет увлекшийся юноша, и знал, что на каждое возражение Павлыша у него будет разумный ответ, и знал даже, что ему никогда не поколебать глубокой уверенности экспериментатора в правильности и нужности всего сделанного в этой долине.

различие между завоевателями заключается лишь в продолжительности их успехов.

Нельзя слушаться осторожных стариков. Они всегда боятся.

Вы не знаете некоторых законов развития. Один из них, генерал, заключается в том, что цивилизация, поднявшаяся до покорения межзвёздного пространства, перестаёт воспринимать войну как часть своего существования. Покорение космоса доступно только тем, кто уже отказался от войн. Природа настолько сильна и опасна, что разумные существа должны объединится для борьбы с ней. Это трудней самой жестокой войны.

Люди жадно хватали хлеб и мясо, глотали бульон. Матери засовывали кусочки в рот плачущим детям. Эту оргию никто не останавливал и никто не мог бы остановить. Внешне всё выглядело почти благопристойно - люди ели.

Бог - понятие коллективное.

Бывает, когда вокруг люди, труднее сказать, что думаешь.

Вы уничтожили себя раньше, чем научились строить межзвездные корабли

когда страна готовится к войне, то оппозицию можно уничтожать раньше, чем она откроет рот.

«Хорошо ребенку на Земле, – говорил Старый. – Родители только сетуют – сколько лишних слов он схватывает в школе или на улице, включая визор или путешествия. А ведь земной ребенок – счастливый человек. У него избыток информации, которая льется на него со всех сторон. И вся облечена в слова. А что у нас? Полдюжины взрослых, которые обходятся тысячью слов».