Rebel Angels

• «Образование и религия – две области, в которых каждый считает себя специалистом…»

Люди, занимающиеся наукой и одновременно обучающие студентов азам профессионального мастерства, всегда будут вызывать неподдельный интерес. Кто они? О чем думают? Куда ходят? Что едят и пьют? С кем спят, в конце концов?

В качестве персонажей романа Робертсон Дэвис выбрал достаточно интригующий тип – преподавателей университета. А теперь давайте посмотрим на них внимательнее.

Клемент Холлиер – ученый, специализирующийся на психологии средневековья. Несмотря на все его регалии, Холлиер на деле оказывается маменькиным сынком. А теперь заглянем в замочную скважину, так любимую среднестатистическими читателями: отсутствие у Холлиера сексуального опыта не мешает профессору переспать со своей аспиранткой. Ммм, как вкусненько! Настоящие страсти по Шекспиру!

Симон Даркур – священник-ученый, влюбляющийся в цыганку-аспирантку. Вот она – Ахиллесова пята, которая мучит героя и не дает ему покоя. Разве имеет право священник на плотскую любовь? Автор держит интригу до конца: оказывается, может! Читатели выдыхают.

Джон Парлабейн – философ по профессии и по жизни, он постоянно идет против системы сначала путем алкоголика и наркомана, потом – священника, в конце концов – шута-острослова и манипулятора-вымогателя. Надо же, что за образ!.. Сколько эклектики! И снова заглядываем в замочную скважину: да он же гомосексуалист!

Эркхарт Маквариш – псевдоученый, прижившийся в стенах университета, пустое место, строящий из себя личность неординарную. По факту оказывается, что он сексуальный извращенец, за что, в конце концов, ему приходиться заплатить.

Так есть ли в университете достойные личности? Оказывается, есть!

Ози Фроутс – единственный настоящий ученый в романе, занимающийся (приготовились?) изучением фекалий людей разных национальностей, телосложения, особенностей здоровья и пр. Неплохо. Какая тонкая ирония! Каждому не понять!

В общем, все заканчивается достаточно прозаично: она, умница-красавица, выходит замуж за него, богача-красавца. Остальные не заканчивают жизнь самоубийством, а принимают это как новый поворот судьбы. Буднично. Прозаично.

Вывод. По сути, произведение рассчитано на сексуально-маниакальный интерес читателя к интеллектуально-богемной среде университета. По Робертсону Дэвису оказывается, что в высшей школе работают крайне специфические личности, которые вызывают лишь чувства иронии, жалости и разочарования. Элита низвергается до уровня обывателя.

Ну-ну. Не верьте, уважаемые.

• «Чужое невежество неприкосновенно».

У книги хорошие рекомендатели, но... прочитал 1/3, больше не хочу.

Абсолютно не трогают меня ни умерший коллекционер, ни письмо самого Рабле самому Парацельсу, ни сложные взаимоотношения гуманитариев в университете, ни высокопарный стиль с цитатами из Джона Донна или апостола Павла, ни Канада, -- ничего.
Скучно.
Даже красавица-аспирантка не спасает положения, кажется сугубо выдуманной.

Не устраивает также и перевод.
Девушку вынуждают спеть что-нибудь непристойное, она поёт:

Всякий читающий это по-русски видит здесь частушку, ну и ясно, что член стояком в устах девушки непристоен. Однако канадским слушателям непристойным кажется совсем другое. Следующий за этим текст такой:

Не знаю, как это надо перевести, но точно не так, как сделано. Нельзя смещать акценты вплоть до полного искажения смысла. "Ниггер" канадский и русский -- два совершенно разных ниггера.

К тому же я, знаете ли, старомоден. Не люблю новых модификаций традиционных идиом. "Пока суть да дело" -- неверно. Очевидно, переводчик не знает происхождения выражения.
Могла бы помочь русская классика, да кто её нынче помнит?

На фиг. Совсем не моя книга.
Без малейшего сожаления бросаю этот опус.

После "Дептфордской трилогии" я примерно представляла, чего ожидать от этой книги, и не ошиблась. "Мятежные ангелы" с одной стороны кажутся пространным - но не затянутым - введением к последующим событиям, своего рода представлением главных героев. С другой стороны, ключевые персонажи у Дэвиса всегда очень яркие, а представлять их читателю вне их, персонажей, личной истории просто невозможно. Именно эти истории и составляют значительную часть повествования.

Другая часть отдана описанию отношению между главными героями, упомянутыми в аннотации, и еще несколькими, в аннотацию не попавшими. Тут и любовь, и ненависть, и страсть (к женщине, предмету научного интереса, себе любимому/любимой), а также презрение, зависть, обожание, уважение - целый спектр чувств и эмоций. Есть в этих отношениях и нечто мистическое, правда, по первой книге не ясно, насколько это мистическое реально - пока герои вполне допускают игру своего воображения.

А еще в "Мятежных ангелах" есть самое лучшее (на мой вкус) предложение вступить в брак, какое я встречала в художественной литературе. Сделавший его человек ни слова не сказал о "руке и сердце", но прозвучало оно одновременно вполне романтично и очень разумно - почти идеально (опять же на мой вкус).

Вроде ничего особенного. Университет в Канаде, а именно колледж Святого Иоанна и Святого Духа, по прозвищу "Душок" - чувствуете иронию? И собственно, то, чего касается аннотация: несколько преподавателей, один из них священник и он же профессор богословия, и в этой преподавательской гуще затерялась студентка и аспирантка Мария Феотоки со своими, для начала, личными проблемами. В это же время происходят два события - умирает меценат, завещавший колледжу достаточно своих богатств и появляется некто Парлабейн, бывший монах, бывший студент, и наверно, его даже можно назвать бывшим другом одного преподавателя и сокурсником другого. Только бывших друзей не бывает, или так считает сам Парлабейн и его визави.

Вот она, завязка. На самом деле, события - не главное. Нет, нам, конечно, интересно, как будут завязывать некоторые узелки и в каком ключе развязываться то, что таким интересным образом завязалось. Но еще более интересна и завлекающа неторопливость, с которой автор посвящает нас в святую святых этой обители людей совсем не святых, но кто же знает, как проявляется святость? Какими тропами она ходит? А когда еще больше воздействует эта университетская атмосфера, и не скрою, интриги некоторого философско-филологического толка с примесью физиологичности в неожиданном ракурсе вплоть до анекдотичности - разве можно от этого не получать удовольствие?

И все же от сюжета все равно нельзя уйти, он накроет с головой практически в самом конце и достаточно неожиданно. А от книги тем более не уйдешь с ее вязкой тягучестью, и чем более погружаешься в нее, тем более цепко держит нас она своими страницами. И еще менее хочется от нее освобождаться.

Вот она, кажущаяся простота, хотя, где завязан профессор-медиевист, не до простоты будет. Потому что вслед за этим всем тянется такой неотвратимый хвост всего и вся... И в очередной раз стоит убедиться, какой же автор великолепный рассказчик, ты и смакуешь, и практически медитируешь от всего этого, а как все же мало...

Бывают такие книги (и такие авторы!), которые затягивают тебя в свой мир не спеша. Ты переворачиваешь страницу за страницей не потому, что не можешь иначе, а потому, что а почему бы и нет, но постепенно втягиваешься и уже не хочешь отрываться от текста, пока не прочтешь до конца (или нет, тут как повезет, такие авторы тоже бывают). Бывают такие, что затягивают хитросплетениями сюжета с первой же минуты и не отпускают. А бывают такие, что никаких хитросплетений в них нет вообще, ни на первой странице, ни на сотой, но они захватывают с первого абзаца, затягивают, рассыпаясь в процессе на цитаты, и не отпускают. Просто потому что они ну вот такие. Непонятно (и, наверное, не так уж и важно это знать) как. Это любая книга Робертсона Дэвиса в принципе, и если бы он написал их побольше, мир стал бы намного богаче.
В принципе, после этой краткой ремарки можно и закругляться. Ничего такого, что лучше охарактеризует мое отношение к книге, я уже не скажу. Потому что сюжет и персонажи здесь - отнюдь не главное. И, как это всегда бывает с историями, в которых важнее не что, а как (причем в данном случае, как написано), их все равно не описать двумя словами. И тремя не получится. Для этого потребуется целая книга, такая книга уже есть и называется она: "Мятежные ангелы".

Вот я не ожидала детектива...
А он так неожиданно нарисовался.

Сначала университет. Хороший университет, такой готичненький, напоминает Оксбридж и профессорско-преподавательский состав там на редкость со сдвигом. Впрочем, я всегда удивлялась темам диссертаций
Холлиер - медиевист. Изучает грязь
Фроутс - все думают, что он изучает рак, но на самом деле он изучает навоз.
Даркур - а этот как сюда попал? Хотя, если считать теологию наукой...Я не считаю.
Парлабейн - монах (бывший) дико обаятельный мерзкий тип
Мария Магдалина - цыганка, пишет диссертацию по Рабле. Красавица-полиглотка, но думается мне, что красива она по контрасту с бледными светловолосыми всеми остальными. Почти секс-бомба. Находится в постоянном культурном диссонансе.
Её мамуся - это просто какой-то кошмар. Приворотное зелье и поддельные скрипки - это то, что она имеет.
Эркхарт - необаятельный мерзкий тип.
Артур - финансист. Простой, не совсем честный финансист. Любит музыку.
Есть наследство, которое нужно разобрать.

Из всего унивеситетского понравился мне только обед. Сексуальные фантазии героев бледноваты, а темы затронуты поверхностно. Гораздо интереснее мне было наблюдать за цыганкой, у которой серьезные психологические травмы и за Парлабейном, уж очень он харизматичный в книге вышел

До сегодняшнего дня я не была знакома с творчеством Робертсона Дэвиса и ничего о нём не знала, но когда я познакомилась – всё в его творчестве мне понравилось. Бывает, когда книга попадает в нужное время и в нужное время. Место, где я учусь, чем-то напоминает то, в котором происходит действие этой книги и у нас тоже есть свои байки, свои истории и прочее и прочее. И я скажу вам одну вещь, вот не зря эта книга мне показалась очень похожей на пьесу. Потому что у автора был опыт работы в Олд Вик (отдельный привет «Суровому испытанию» и мистеру Армитиджу), наверное, от этого, как мне кажется, эта книга идеально бы могла поставиться на сцене. Но что мне ещё напомнила эта книга, так тоже мною любимую постановку Терезы Ребек «Семинар» (привет мистеру Рикману). И если уж говорить прямо, то Алан Рикман идеально бы вписался в роль Симона Даркура добросердечного, но при этом мудрого священника, а Ричард Армитидж идеально бы подошёл на роль Артура Корниша, потому что чувства этого юноши глубоки и у него просто нестандартный подход к жизни. Но это лишь мои мысли.

Вообще если аннотация мне только напоминала отсылку к смутно знакомому произведению, то чем дальше я читала, тем больше это во мне вызывало смеха. Знаете почему? Виктор Гюго «Собор Парижской Богоматери» в современной интерпретации. Мария Магдалина Феотоки уж очень похожа на Эсмеральду, а люди вокруг неё как бы очарованы её красотой и умом. Но, поскольку автор лишь шутит, используя знакомый сюжет, то здесь не будет тяжеловесности Гюго и уж тем более такой ужасной развязки, наоборот только хорошее светлое и искреннее. И как раз перевоплощением классики в новую классику мне эта книга и понравилась. Это один из способов превратить производственный роман в сатирическое произведение. Почему я говорю производственный роман? Да потому что здесь речь идёт, в основном об работе учебного заведения, которые все за глаза и не только за глаза называют «Душком». И герои этой книги (в основном) являются либо преподавателями Душка, либо его студентами.

Сюжет разворачивается вокруг того, что довольно богатый попечитель – основатель этого учебного института Фрэнсис Корниш умирает и его племянник, а так же сотрудники Душка (они же лучшие друзья покойного) вынуждены вместо своей основной работы разбираться в тонкостях завещания и разбираться с коллекциями погибшего (кому- что должно отойти). И если в самом начале герои смотрят друг на друга со скепсисом и определённым сомнением, то чем дальше идёт повествование, тем больше мрачных тайн вскрывается. И я, как любительница «а поговорить», была безумно довольна самой историей. Единственный недостаток, это то что автор иногда уходит в откровенные высказывания и в некоторые вещи, которые до 18 лучше не читать, а в остальном же это можно воспринимать как чёрный юмор.

Больше всего мне там понравились два момента.
1) Когда героине делают предложение с упором не на любовь (хотя ее тоже обещают), а на дружбу, потому что она важнее всяких "пылких чувств" и с годами только крепнет, в отличие от них, - и она соглашается, замечая, что до сих пор мужчины ей предлагали любовь, секс и что угодно, но дружбу никто не предлагал.
2) Мысль, что никто быстро не купит роман начинающего автора, как бы он ни был гениален, а вот роман убийцы с руками оторвут. Поэтому герой становится убийцей, и его расчет полностью оправдывается, что в общем наводит на мысли о современном читателе...

А собственно герои-"мятежные ангелы" меня как-то не особо впечатлили. Хотя описание учено-университетской среды любопытное. Если оно правдиво, то ничем оная среда там не лучше оной среды здесь, похоже.

Как многообещающе! Первая книга Корнишской трилогии обожаемого Робертсона Дэвиса. Этот роман написан по всем законам жанра. Он сладкий и тягучий. Он легкий. Такое чтение хорошо на десерт: оно не слишком интеллектуальное, но и не совсем простое.

Сразу 2 события нарушают тихую жизнь в «Душке»: смерть Фрэнсиса Корниша и приезд Парлабейна. И тихое университетское болото вдруг наполняется книжными страстями, а унылые университетские профессора оборачиваются «мятежными ангелами».

СПОЙЛЕР

Прекрасная Мария Магдалина Феотоки (от ее лица ведется половина повествования), состоятельная интеллектуалка, имевшая короткую любовную связь со своим профессором и до сих влюбленная в него, признает свои цыганские корни, находит новую для себя любовь-дружбу и заодно и мужа.

Клемент Холлиер, унылый и неинтересный, как все помешанные на своей работе профессора, знакомится с матерью Марии Магдалины – настоящей цыганкой и «лекарем» старинных скрипок, проникается ею, как совершенно новым знанием, открывает в себе страсть и веру в сверхъестественное и все благодаря неуемному желанию обладать рукописью Рабле.

Симон Дайкур (священник, вторая половина повествования осуществляется от его имени) обнаруживает в себе неожиданную прозорливость, мучается в поисках себя, обнаруживает плотскую любовь и тягу к прекрасной Марии Феотоки.

«Брат Джон» Парлабейн открывает в себе писателя и тут же пишет автобиографический роман, как настоящий маркетолог делает супер-трюк для продвижения своего творения: убивает профессора Эрке при очень странных обстоятельствах, а потом совершает самоубийство.

Так роман совершает круг и заканчивается уходом Парлабейна и смертью еще одного профессора.

9 из 10.

Хочу еще!