Последний день приговоренного к смерти. Рюи Блаз

Я люблю Гюго за его плотность повествования. Читаешь и не видишь лишнего, не видишь сквозных моментов. Благодаря этому, восприятие текста получается более глубоким, а эмоции сильнее.
Смертная казнь. Как легко было лишить человека жизни. Многие-то были неповинны. Но даже если это доказывалось, то вернуть ни чего было нельзя. Смертная казнь, с помощью палача, гильетины или повешения, своеобразное шоу. О человеке будут плакать только единицы, остальные пришли поглазеть от скуки, любопытства. Как только голова катилась в сторону, интерес пропадал.
В своём повествовании Гюго привёл несколько примеров того, как, казалась бы сиюминутная смерть превращалась в пытку. Пять раз палач ударял и все время промахивался нанося смертнику невыносимые боли. Описывать смерть этого человека я буду, там вообще жесть. А люди стояли и смотрели, когда он кричал о помощи и прощении.
Наш герой приговорен к смерти. Конечно у него был шанс на всю жизнь стать каторжником, но там такая участь, что и врагу не пожелаешь. Приговор вынесен и с этой минуты жизнь разделилась на до и после.
Очень подробно описаны его мысли и переживания на маленькую дочку, которую ему разрешили увидеть перед смертью. Но трёх летний малышка, год не видевшая отца, его не узнала и называла дядей. Его желание в последний день помолчать, окунуться в свои мысли передавалось со страниц.
Очень поразил охранник своей тупостью. Конечно, на его счёту таких смертников куча, но подойти к человеку, который доживает последние часы своей жизни с такой дуристикой, ещё больше показывает, что человеческая жизнь ни чего не стоит.
Сложное, глубокое произведение, да Гюго других и не пишет.

Что-то я не прониклась романтикой Гюго на этот раз, и герой меня не тронул. Ну да, лакей, влюбившийся в королеву, это сильно по тому времени, но нет, не торкнуло. Мне больше понравился дон Цезарь, и посвящённое ему четвёртое действие я прочитала с огромным удовольствием. Тут можно было развить тему и написать ещё отдельную пьесу, мне кажется... Жаль, что у дона Цезаря ничего не вышло, хоть я и понимаю, почему автор так сделал. (Спасибо Гюго за пояснение, как надо читать его пьесу, ага. Я сначала даже не хотела читать предисловие, потому что занудно, но всё-таки прочла. Заодно сделала вывод, что читала "Рюи Блаза" - по классификации автора - даже не как женщина, а как толпа, ну что ж. Да, позабавиться хотела :)).
Читается пьеса легко и приятно, спасибо переводу Щепкиной-Куперник. Увидеть, как это смотрится на сцене, тоже хочется, конечно. И есть ещё фильм, который я не смотрела, далёкий от Гюго, зато как раз развлекательный, с него начать, что ли?..

Да, а ещё в послесловии было интересное про другие варианты названия. Мне понравилось "Королева скучает" - как рифмуется с "Король забавляется"! И внимание привлекает гораздо сильнее, чем непонятный "Рюи Блаз".

В данный сборник вошли два произведения – повесть «Последний день приговорённого к смерти» и драма «Рюи́ Блаз».

Я прочитала только повесть, а взялась за неё из-за интригующего названия.

Интересно узнать мысли и чувства приговорённого к смерти: он знает, что обречён, ничто его не спасёт, хоть и лелеет надежду на помилование в последнюю минуту. Он знает день и час своей смерти. Терзает ли его чувство вины за совершённое злодеяние? Испытывает ли он раскаяние? Что творится в его душе?

И вообще, что он совершил такого, из-за чего приговорён к смертной казни? Может он не виноват вовсе?

Такая интересная тема и такое унылое исполнение . Повесть не вызывает вообще никакого трепета. Слишком уж пафосные мысли приходят в голову осуждённому, слишком многослойные и всё не о том. Абсолютно не верится, что человек, который через несколько дней умрёт и он знает об этом, будет вести себя, как герой этой повести: практически никаких эмоций, только в финале немного, но и те слишком слабые, слишком литературные.

Я у Гюго читала до этого «Собор Парижской Богоматери», и роман меня не впечатлил. У меня на полке стоят «Труженики моря» и «Девяносто третий год», которые я хотела прочитать. Но теперь, после прочитанной повести, думаю, можно сказать, что Виктор Гюго не мой автор.

Страшные два слова - смертный приговор! Это как услышать от врача диагноз о неизлечимой, смертельной болезни... Только во втором случае люди не виноваты, как в первом. Это ужасно. Это безысходность.
Хотя раньше я иногда думала, что с убийцей нужно поступить так же, а после этой книги понимаю, что больше наказана будет семья убийцы, чем сам убийца...
В общем, страшно это всё.
Эта книга мне очень понравилась, особенно рассуждения автора о смертной казни. С ним нельзя не согласиться, он прав во всём.

Как-то давно, в моём родном городе участились случаи насилия. Люди в шоке, в городе паника и т.д. И вешать их, и убивать и что только люди не кричали. А я другу своему задала тогда вопрос, вот представь, например, что твоего ребенка изнасиловали,(не дай бог, конечно) что ты сделаешь? Он сказал мне со злостью, да я его убью, уничтожу!!! Тогда я спросила, а если твой ребенок изнасилует, что делать будешь? Он ответить не смог.

Наказать надо, но убивать не имеем права!

Гюго этим произведением призывал отменить казнь. Он считал, что общество не может выполнять функцию Бога и карать человека таким образом. Общество не имеет права отнимать жизнь у человека, все итак рассудит судьба.
Главный герой, приговоренный к смерти, проводит томительные шесть месяцев в ожидании своего конца. Неспроста Гюго не говорит за что его осудили, стремясь показать, что неважно какой грех совершил человек, его нельзя убивать.
Приговоренный рассуждает о своей жизни и смерти и не понимает, как он, будучи свободным человеком ровно год назад в этот день теперь сидит здесь и практически мертв. Он размышлял о том, что король такой же человек, как и он, у него две руки, две ноги, у него те же потребности. Но от его решений зависит все. И от одного только его слова можно отпустить нашего пленного. Но король отказывает в помиловании.
Осужденный, проведя мучительные месяцы в камере до последнего верил, что приговор отменят. Но этого не произошло.

Это очень сильное произведение. Оно короткое, но такое мудрое.

Узник описывает свои последние дни в тюрьме перед казнью. Он выражает свои мысли и чувства по этому поводу, наблюдает за другими заключенными, которых отправляют на каторгу.
Автор хотел показать свое отношение к казням, убедить, что так жестоко обращаться с человеческими существами недопустимо, даже если это заключенные. Но, увы, историей главного героя я не прониклась: с самого начала повествования он давит на жалость, но при этом умалчивает о том, за какое деяние оказался за решеткой. Может он маньяк какой-то. Ведь суть тюремного заключения не в том, чтобы издеваться над людьми, а в том, чтобы защитить честных граждан от опасности. Во времена автора и обычные люди жили в далеких от комфорта условиях, что уж говорить о заключенных. Но споры о необходимости смертной казни не прекращаются до сих пор. Большинство цивилизованных стран уже отказались от этой высшей меры наказания.
Повесть мне не понравилась: герою не сопереживаешь, интересных моментов нет, интерес к чтению книга не поддерживает. С исторической и социальной точки зрения произведение имеет место быть, но как художественное произведение оно кажется слабоватым.

Жанр: Социальная критика, призыв к гуманизму, размышления перед казнью.
О чём: Сама повесть разбита на две части, причём я бы эти части поменял местами. Первая часть достаточно длинная и теоретическая. Она доказывает вредность и не гуманность гильотины. Вторая часть это уже сами записки осуждённого на смерть. Правда эти записки не обрываются выходом из камеры и благодаря литературе проследуем за осуждённым до самого конца, что нарушает правдоподобность, но обогащает само произведение.
Понравилось:
Гуманизм. Я полностью согласен с автором и хотя сам рассказ не произвёл на меня сильное впечатление, но идею поддерживаю - ожидание смерти страшнее казни.
Разочаровало:
Мало эмоций. Сам рассказ осуждённого эмоционально сухой. Много подробностей жизни и злоключений, но нет душевных мук и сомнений. Всё время вспоминал другой рассказ, название не помню, то ли "Ночь перед казнью" то ли "Расстрел". В рассказе показаны откровения человека, которого утром расстреляют если он не выдаст лидера сопротивления. Эти душевные сомнения и переживания от первого лица на столько заряжены, что даже вспоминания пускают мурашки по коже. Слушал этот рассказ трижды и каждый раз не мог сдержать слёз, а эту повесть воспринял вполне спокойно.
Тут нет мучений и желания быть в живых во чтобы то ни стало. Очень слабо, сухо и не убедительно. Хотя это не уменьшает литературный гений Гюго в описании и повествовании.
Кому хочется посоветовать: всем тем кто ратует за возвращение смертной казни. Всем остальным будет скучно.

Юрий Селезнев "Достоевский".

Федор Достоевский "Идиот".

На рисунке изображена тюрьма Консьержери, через которую прошли многие узники и были отправлены на эшафот.

Когда пишешь о чем-то подобном, то человеком, как правило, руководят исключительно чувства и эмоции. По крайней мере со мной происходит именно это. Повесть Гюго заставила меня встрепенуться и задуматься. Уже с самого начала я была поражена только одним предисловием. Это было что-то невероятное! Мне так и виделся сам Гюго, яростно и страстно отвечающий за трибуной перед народом, отстаивающий свою мысль и идею. После описанного мурашки по коже. Я представляла несчастного приговоренного, которому рубили голову аж целых пять раз, а она все никак не собиралась отлетать. Я представляла ужасающую виселицу Монфокон, на которой за раз могли повесить до 50 человек. А сколько еще человек сотворил орудий пыток и умерщвлений, вы только вдумайтесь! И все это для чего? Для того, чтобы вершить ПРАВОСУДИЕ! Гюго прекрасно раскрывает все ужасы смертной казни, показывает, насколько это неправильно и бесчеловечно. Мне кажется, это предисловие нужно показывать каждому, кто является сторонником подобного наказания. Да, я и сама до сих пор не могу понять для самой себя: правильно это или нет? Ведь есть такие преступники, с которыми, как нам кажется, нельзя так не поступить. Не расстреляли бы Чикатило, может быть, он бы и сейчас доживал свои годы в тюрьме. Достоин ли он такой жизни? А достоин ли он смерти? Нет-нет, и все же, я понимаю, что так нельзя, ведь мы не в праве, не в праве мы лишать человека жизни, мы не можем судить таким образом. В голове всплывают слова князя Мышкина:

Но потом я вспоминаю СС-овцев, Нюрнбергский процесс... Но разве эти люди не заслуживали смертной казни? Заслуживали! И тут уже мое мнение идет в разрез с мнением великого французского писателя.

Но я восхищаюсь Гюго. Его взглядами и тем, как ценна для него человеческая жизнь. В своем творчестве он пытается донести до нас, что даже самый падший, самый опустившийся на наш взгляд человек является именно таким же человеком, как и мы, он так же, как и мы заслуживает сострадания и утешения. Таким предстает его главный герой в повести "Последний день приговоренного к смерти", такими предстают и его герои в масштабном романе "Отверженные". Честное слово, если бы Нобелевскую премию мира вручали на несколько десятков лет раньше, я уверена, что Гюго получил бы эту премию, как один из величайших гуманистов и защитников беззащитных.

Эта маленькая повесть показывает нам насколько люди черствы и равнодушны к чужой судьбе. Одни выносят смертные приговоры, другие собираются с дичайшим интересом на кровавые зрелища. Они приходят на площадь и с животным интересом наблюдают за очередной экзекуцией. Они посудачат над этим несколько дней, а вскоре забудут. Они будут жить: есть хлеб, смотреть на солнце и воспитывать своих детей. Они не вспомнят о том, что смотрели на лишение жизни человека. Не подумают о том, что он также ходил, дышал, чувствовал. Что он также, как и они, ел хлеб, смотрел на солнце и воспитывал своих детей. Но теперь его нет. Был человек и нет. Просто в мире стало на одного человека меньше. И все. Нам некогда думать об этом. У нас семья и работа, и куча всяких проблем. В конце концов, жизнь продолжается! Что нам до того, кого уже и нет на свете?

Виктор Гюго – великий манипулятор: рассказывает о последнем дне героя, приговорённого к гильотине за убийство, но, игнорируя подробности преступления и мотивацию, погружает читателя в его мысли о раскаянии, сожалении и муках ожидания казни. И даже упоминание малолетней дочери сопровождается рассуждениями о её будущем сиротстве: мать и бабушка при смерти, а теперь государство отбирает у неё и отца – который все эти годы не занимался ни её воспитанием, ни содержанием.

Это ли не читерство? Тема смертной казни неразрывно связана с тяжестью совершённых преступлений, и потому споры о её уместности актуальны до сих пор. Что, если герой не просто убил, а планировал убийство? Что, если он перед убийством издевался над жертвой? Что, если это был не первый случай? Так много «если», которые добавляют неоднозначности к чувствам, которые испытывает читатель по отношению к преступникам, когда знакомится с их историями. Гюго в этом плане выбрал лёгкий путь. Ещё проще было бы разве что казнить героя за булку хлеба, украденную для умирающей от голода дочери.

Бесспорно, есть эпизоды, которые трогают: всё-таки, независимо от наличия или отсутствия судимости, чувства у всех людей одинаковые.

Прямо передо мной окно было совсем отворено. Я слышал, как на набережной смеялись продавцы цветов, а на краю подоконника какая-то хорошенькая жёлтая травка, выросшая во шве двух плит и вся пронизанная солнечным лучом, играла с ветром.

Точно так же, как и в день отправления каторжных, моросил осенний дождь, частый и холодный, который моросит и теперь, когда я пишу это, и, без сомнения, проморосит целый день; он переживёт меня.

В историю так же вплетён рассказ вора, приговорённого к смерти, который хотел начать новую жизнь после первого срока, но был поставлен перед выбором: умереть от голода, поскольку никто не хотел брать на работу, или приняться за прежнее – критика системы, которая актуальна и в наши дни.

Проводя последние часы в камере смертников, герой читает надписи, нацарапанные на стенах, – имена и даты прежних заключённых. Некоторые были знакомы герою из газет, и он делится с читателем их историями. Но, что странно: не рассуждает о том, что сам убил человека, который был кому-то дорог. Может, тоже оставил кого-то сиротой.

Самая запоминающаяся сцена – подготовка каторжников для отправления по этапу. Интересно, что сам герой – ещё до оглашения приговора – думал о том, что лучше быть приговорённым к смерти, чем пополнить ряды этих людей. Оно и понятно – быстрая смерть всегда лучше, чем медленная, в муках. Сегодня осуждённый на смерть может ожидать дня икс несколько лет, тогда – стандартные шесть недель. Гюго точно писал манифест против смертной казни?

В общем, сам опыт был интересным, но повесть показалась мне слишком поверхностной и в некоторых местах чересчур манипулятивной.

Пьеса «Рюи Блаз» тоже огорчила. И особенно печально оттого, что я выбрала этот сборник в том числе из-за неё: люблю пьесы, не знала Гюго с этой стороны.

Но, во-первых, она оказалась в стихах, что, с одной стороны, и удивило, и восхитило – Гюго, оказывается, мог писать и так. А с другой – стихи, фу! Мне редко когда удаётся погрузиться в историю, поверить в её реальность, читая о героях, рифмующих слова. В общем, эмоциональной вовлечённости не произошло.

До кучи, и сюжет банальный: вельможа мстит королеве, которая его изгнала за связь со служанкой. Яд тоже будет. Воистину «романтический» Гюго. Но штука в том, что в предисловии автор рассказывает об исторической подоплёке пьесы, о четырёх героях, которые олицетворяют испанскую монархию конца 17 века – намекает, что тут не просто любовные страсти, а символизм! И это сбивает с панталыку.

Да, герои каноничные и однозначные, носители определённых качеств, что вписывается в предложенную Гюго схему – и является стандартом для подобной формы. Потому, на мой взгляд, все эти рассуждения автора про испанскую монархию – натягивание совы на глобус, желание превратить банальное во что-то большее. Не получилось – увы.