Цитаты из книги Каліґула

Я отметила, как менялось отношение братьев к решению императора. Невозможность поверить своему счастью быстро перетекла в горделивое самодовольство, которое братья зачастую, не отдавая себе в этом отчета, демонстрировали Калигуле и Лепиду. Потом, когда первые восторги поутихли, а Нерон и Друз осознали истинный смысл и опасности своего нового статуса, их охватила нервная, тревожная покорность. По-моему, они были рады покинуть Рим, получив свои трибунаты. Меня и Друзиллу прощание с братьями опечалило, Калигула провожал их с пониманием, а наша сестра Агриппина была разочарована. Наверное, она ожидала, что их внезапное возвышение каким-то образом повлияет и на ее положение. Этого не случилось, а с отъездом Друза и Нерона всякие надежды на перемены и вовсе растаяли.

Глаза Виниция сердито заблестели. – Он не должен целовать им руки в ответ, я согласен. Но при этом Калигула целует руки вольноотпущенников, чьими услугами пользуется, открыто отдавая им более высокое место при дворе, чем сенату. Это оскорбление. Такое поведение недопустимо. Тем не менее сенат стерпел и это, стараясь вернуть его расположение. В прошлом месяце старший Вителлий предложил, чтобы императора признали божеством и оказали ему соответствующие почести. При жизни, Ливилла, а не после кончины, как это было сделано в отношении его предшественников. Представляешь? Бог правит нашей империей, словно мы египтяне или эллины! Сенаторы посвятили ему храм на Форуме, и теперь этот храм соединяется с дворцом на холме прямо через храм Кастора и Поллукса. Сенат обесчестил священных близнецов, превратив их храм – один из старейших в Риме – в проход к императорскому дворцу. Пожалуй, это уже чересчур. Неужели автором этой нечестивой идеи был Калигула? Или все-таки сенат? Хотя это не важно. В глазах Рима имело значение только то, что было сделано.