После мартовских событий ряды сенаторов редели на глазах, проскрипции стали обыденными, а бесчисленные судебные разбирательства, инициированные при Тиберии, были безжалостно доведены до их неизменно неприятного финала. К последним дням мая, когда вновь созвали заседание, присутствовал всего двадцать один сенатор. На римскую знать оказывалось невероятное давление, и сенат сдался. Калигулу можно понять. Это была не просто месть, им еще двигало элементарное чувство самосохранения. В домах Ливии и Антонии, во дворце Тиберия нам преподали несколько жестоких уроков, и в конце концов мой брат решил избавиться от всех злонамеренных личностей в своем кругу; впрочем, число их росло с каждым новым объявлением о казни.
Tatyana93420 февраля 2026После мартовских событий ряды сенаторов редели на глазах, проскрипции стали обыденными, а бесчисленные судебные разбирательства, инициированные при Тиберии, были безжалостно доведены до их неизменно неприятного финала. К последним дням мая, когда вновь созвали заседание, присутствовал всего двадцать один сенатор. На римскую знать оказывалось невероятное давление, и сенат сдался. Калигулу можно понять. Это была не просто месть, им еще двигало элементарное чувство самосохранения. В домах Ливии и Антонии, во дворце Тиберия нам преподали несколько жестоких уроков, и в конце концов мой брат решил избавиться от всех злонамеренных личностей в своем кругу; впрочем, число их росло с каждым новым объявлением о казни.
17 понравилось31