Хранительница книг из Аушвица

... мы не гонимся за внешним блеском, мы  стремимся светиться изнутри.

Правда престижна, говорить правду удел мужественных людей.

Быть вовлеченным во все сразу позволяло ему, кроме всего прочего, скрывать то обстоятельство, что, будучи таким популярным и таким востребованным, он всегда один.

Неизвестность оставляет место надежде

Самая большая слабость та, несомненно, именно та, что свойственна сильным : им свойственно в конце концов уверовать в собственную непобедимость

Если есть Бог, то есть и дьявол. Оба едут по одному железнодорожному пути :  один в одну сторону, другой - аюв противоположную. Так или иначе, добро и зло уравновешивают друг друга

Храбрецы питаются собственным страхом

Наша библиотекарша блока 31 по по-прежнему живет в Нетании и раз в год на несколько дней приезжает в Прагу, в свою маленькую квартирку. И будет продолжать делать это, пока ей позволяет здоровье. Эта женщина до сих пор отличается любопытством, даром предвидения, любезностью и мужеством, причем эти ее качества превосходят все вообразимые пределы. До настоящего момента в героев я не верил, но теперь я знаю, что они есть: Дита - одна из них.

- Если мы глядим на то, что вокруг нас, нас охватывает отвращение и ярость. Так что единственное, что нам остается, - это воображение...

Она с грустью признаёт, что именно в тот день, а вовсе не в день первых месячных, рассталась со своим детством, потому что именно в тот день перестала бояться скелетов и стародавних историй о руках-призраках и начала бояться людей.

Ребенок? Ничего подобного, дорогая пани! Чтобы быть ребёнком, необходимо, чтобы у тебя было детство.

Когда люди начинают раздражаться по мелочам - это означает, что жизнь возвращается в свое русло.

После всего того, что произошло, не только что страницу перевернуть, лучше всего - захлопнуть одну книгу и открыть другую.

"Бедные муравьи", - думает она. Муравьям в Аушвице и так приходилось несладко - поди найди здесь хоть крошку для пропитания.

Как жаль, что вскоре, следуя законам жанра, эта славная женщина умерла.

Часы в Аушвице сходят с ума - так теряют ориентацию ведьмы, слишком близко подлетевшие на метлах к Северному полюсу.

В этом сумрачном месте, где человечество достигло состояния собственной тени, присутствие книг являлось свидетельством существования менее мрачных времен, когда слова звучали намного весомее, чем пулеметы. След ушедшей эпохи.

Ей было тогда всего девять лет, но сердце ее сжалось от страха. Не слышно было ни звуков духового оркестра, ни взрывов хохота, ни обычной болтовни, ни свиста... Это был безмолвный парад. Для чего здесь люди в военной форме? Почему никто не смеется? Внезапно ей пришла в голову мысль: молчаливый парад напоминает похоронный кортеж.

- Что же нам теперь делать?
- Идти вперёд. Всё это - как лабиринт, в котором можно заблудиться, но отступить - ещё хуже.

Дед когда-то был каменной крепостью, а теперь он — всего лишь песочный замок.