Хранительница книг из Аушвица

Жизнь, любая жизнь, длится недолго. Но если человеку удалось побыть счастливым хотя бы одно мгновение, такую жизнь прожить стоило.

Если тебя закрывают на замок в сумасшедшем доме, самое страшное, что с тобой может случиться, — что ты останешься в своем уме.

В таком месте, как Аушвиц, где все создано с одной целью - заставить плакать, улыбка и смех - акт резервирования.

На всем протяжении всемирной истории у всех диктаторов, всех тиранов и угнетателей, будь они арийцами, африканцами, азиатами, арабами или славянами, какого бы цвета ни была у них кожа, выступали ли они за народные революции или защищали привилегии высшего класса, действовали ли они именем Бога или подчиняясь воинской дисциплине, вне какой бы то ни было зависимости от принятой идеологии, у всех у них общим было одно: упорное преследование книг. Книги чрезвычайно опасны - они заставляют думать.

Чтобы быть ребенком, необходимо, чтобы у тебя было детство.

Храбрецы — это не те, кто не боится. Такие люди — безрассудные, они не понимают, что такое риск, и потому подставляются, не осознавая опасности. Всякий, кто не может оценить грозящую ему опасность, заодно подвергает риску и окружающих его людей. Такие мне в нашей команде не нужны. А вот кто мне нужен — так это тот, кто боится, но не отступает. Тот, кто отдает себе отчет в том, что рискует, но при этом идет вперед.

Начиная книгу, ты как будто садишься в поезд, увозящий тебя на каникулы.

Новости в Аушвице, особенно плохие, подобны масляному пятна на бумаге.

Хрaбрецы питaются собствeнным стрaхом.

В oтвет Хирш улыбнулся — тoй свoeй осoбeнной улыбкoй, как будтo бы oн наблюдает за несoвершенствами мира, с удoбствами устрoившись в мягкoм крeсле.

"...Я хотела спросить, думаете ли вы, что он в действительности тот человек, которым кажется.
Процессор секунду раздумывает.
- Нет, не думаю.
- Он не такой каким кажется?
- Нет, не такой. И я не такой, и вы тоже. Никто. Бог затем и сделал наши мысли беззвучными , чтобы только мы сами могли их слышать. Никто не должен знать, что мы думаем на самом деле. Каждый раз, когда я, например, говорю то, что думаю, люди на меня обижаются...."

Она знает, что обязана его ненавидеть. Но кое в чем ненависть очень похожа на любовь - ее также нельзя выбрать.

Хорош тот солдат, который не ожидает приказа, а поступает по своему разумению, всегда помня о своём долге и исполняя его.

Воздействие литературы подобно эффекту спички, зажженной в ночи посреди поля. Одна спичка практически ничего не осветит, но она покажет нам, какая тьма царит вокруг.

Уильям Фолкнер
(цитируемый Хавьером Мариасом)

Правда — престижна, говорить правду — удел мужественных людей. Но верно и то, что порой правда обездвиживает все, чего ни коснется.

Достаточно быть счастливым ровно то время, в течение которого загорается и гаснет спичка.

Кто-то, кто где-то тебя ждет, — это спичка, что загорается ночью посреди поля. Она, быть может, и не разгонит всей тьмы, но покажет дорогу, ведущую к дому.

На всем протяжении всемирной истории у всех диктаторов, всех тиранов и угнетателей, будь они арийцами, африканцами, азиатами, арабами или славянами, какого бы цвета ни была у них кожа, выступали ли они за народные революции или защищали привилегии высшего класса, действовали ли они именем Бога или подчиняясь воинской дисциплине, вне какой бы то ни было зависимости от принятой идеологии, у всех у них общим было одно: упорное преследование книг.