Doktor Glas

Небольшая история о докторе, который волей судьбы одинок. Но к сожалению, одиночество поглощает его рассудок и он становится вершителем судеб не как врач, а как душегуб.Медленное повествование о жизни доктора подводит к трагической истории. В руках медиков наши жизни, они должны дарить возможность нам выжить...а что если сам врач лишает жизни? Эта книга вроде не нравится многим из-за угнетающей атмосферы. Но прочитав ее, я задумалась ведь и в жизни настоящей так бывает. Придешь в поликлинику лечиться от простуды, а уйдешь со смертельным недугом. Эта книга имеет глубокую внутреннюю завязку, которая заставит нас задуматься о влиянии одиночества и неудовлетворенностью в жизни на мировоззрение человека.

Дневник доктора Гласа погружает читателя в меланхолию, присущую умам того века. Это было одно из немногих переведенных на русский язык произведений, упомянутых в Истории меланхолии . Доктор Глас, герой Сёдерберга, регулярно садится за написание дневника, поверяя ему свои мысли и волнующие его вопросы, рассказывая о прошлом, о травмах и утратах. При этом у романа явно наличествует завязка-кульминация-развязка, что придает ему завершенный вид, пусть он и продолжает оставаться довольно рыхлым произведением в связи с выбранным автором стилем. Главное здесь - декадентская атмосфера.

Герой дневниковых записей очень одинок. Каждый день он несет свое одиночество, как улитка - свой дом. Он плотно в него закутан и чувствует себя довольно уютно. Эта меланхолия, окружающая доктора плотным покровом, не требует активных действий для своего преодоления. Она - часть самого доктора, которого так хорошо звать на приемы, потому что он удобно молчит. Вокруг него постоянно есть кто-то, кроме той самой, с которой хотелось бы разделить жизнь. Мимолетным дуновением ветра оказалась надежда на счастье, утонувшая вместе с той девушкой, чьи губы единственные он смог познать. Его одиночество - добровольный выбор человека в его субъективном восприятии мира и себя. Вот такой он, доктор Глас. Другой на его месте нашел бы хозяйку, заработал бы денег, устроил себе жилье, но только не он, чувством общей неприкаянности и оторванности от всего земного неспособный прикрепиться к другому человеку.

Будучи известным доктором, он регулярно принимает у себя женщин в сомнительном положении, бросающихся к нему за помощью. Увы, он отгорожен от них словом "долг", за которым, как мы потом поймем, скрывается нечто другое. Только однажды он решается помочь женщине, в этой помощи заглянув в бездну. Доктор Глас - фигура очень достоевская с тварью дрожащей, но абсолютно другой реакцией на произошедшее, хотя его размышления отдают чем-то внемирским. Его рассуждения о луне, пытающейся заменить свет солнца, о ветвях елок на фоне неба, приводящих его в грусть...Чем дальше движется сюжет, тем сильнее засасывает текст, а конец печален, пусть и логичен.

Серые у меня дни, черные минуты. Я не из счастливцев.

Это, пожалуй, основное настроение всего романа.

Лиценциат медицины Тюко Габриель Глас, "помогающий время от времени другим, но никогда не умеющий помочь самому себе", человек тридцати трех лет, ни разу не познавший женщину, ведет дневниковые записи, в которых излагает свои мысли о жизни, о морали, о наслаждении и долге, о вере и принципах. Кроме того, он вспоминает свою молодость, неслучившееся счастье из-за смерти своей возлюбленной.

Душа содрогается пустоты и жаддет общения любою ценою.

Изо дня в день он посещает и принимает пациентов, среди которых - шестидесятилетний пастор Грегориус, женатый на молодой хорошенькой женщине Хельге. Она же не может до конца понять, как угораздило её выйти замуж за старого пастора. Хельгу сильно тяготит не столько сам брак, сколько исполнение супружеского долга "по воле Господа". И немудрено, что находится молодой, богатый и красивый, в объятьях которого и оказывается красавишна-Хельга. Но какой же предлог отыскать, чтобы освободться от ужасного деления ложа с супругом-пастором и быть только с возлюбленным Клаусом Рекке? За помощью молодая женщина отправляется к доктору Гласу...

Из минусов книги могу назвать лишь унылое настроение, которое при других обстоятельствах воспринималось бы мною совершенно иначе, чем в данный период времени. Захотелось шведов и книгу с другим настроением, без грусти, хандры и безнадеги, без детективной составляющей и убийств... И как "по заказу" попался мне скандинавский автор, в книге которого нашлось всё то, чего я старалась избежать, кроме детективности. Только лишь из-за этого оценка снижена (не удалось полностью прочувствовать роман по причине вышеназванной).

А если говорить о плюсах, то:

* Роман атмосферный. Ощущение, что действительно гуляешь по улицам Стокгольма, вдыхаешь его воздух, намокаешь под его дождем и иногда видишь проблески солнечных лучей сквозь свинец тяжелых туч. Это очень понравилось.

С других холмов и пригорков взвивались пламенем другие костры. Над нашими головами парила вселенная, огромная, светлая, синяя, внизу у наших ног лежали заливы, проливы и широкий фьорд, холодно поблескивающие, глубокие.

Серые дома острова Освящения, изъеденная временем деревянная готика старинных бань, дробно отражающаяся в текучей воде, большие старые ветлы, окунувшие листья в поток.

Ветер отряхивает промокшие дубы на кладбище, и дождь журчит в водосточном желобе.

* Хороший язык повествования. Читалось легко, несмотря на сложность проблем, затронутых в романе, и на большое количество размышлений.

* Книга написана в виде дневника, что для меня является, конечно, плюсом.

* Персонажи были интересны с точки зрения времени своего существования в книге и своим менталитетом. Это мне любопытно всегда. Шведы всё же иначе воспринимают очень многие моменты.

* Сюжет интересен и не затёрт, отсутствие клише - всё это несомненное достоинство произведения.

* Актуальность. Очень многое из романа можно расписать на цитаты.

Ничто так не умаляет и не принижает человека, как сознание, что он нелюбим.

* Немало интересных размышлений. В наличии то, о чем можно подумать надосуге. Что тоже, несомненно, могу отнести к плюсам книги.

Знакомство с автором однозначно продолжу и посоветую любителям скандинавской литературы, неравнодушных к потоку сознания, а так же тем, кого не смущает подобное настроение произведения.