Бумажный занавес, стеклянная корона

И вдруг Андрей первый раз подумал, какое злое и глупое выражение лица у великолепного Сергея Алексеевича. Решетников-старший напоминал сома, проповедующего внутри аквариума и убежденного, что тысячи рыб почтительно вслушиваются в его речь.

Подобные сцены повторялись пару раз в месяц. Если Андрей пытался огрызаться, отец с наслаждением размазывал его, как масло по бутерброду, острым лезвием своего сарказма. Если угрюмо молчал, яд беспрепятственно проникал в него и разъедал изнутри. «Я никто. Ошибка природы». Утром он вставал с посеревшим лицом, и его тошнило от самого себя.

Ее манило исходящее от него ощущение до странного уютной опасности. Как от домашнего удава, закусывающего мышами, но временами с гастрономическим любопытством поглядывающего и на хозяина.

... чем дольше они возят какое-нибудь важное тело, тем плотнее на них оседает воображаемая золотая пыль, сдуваемая с босса кондиционированным воздухом. Через десять лет глядишь – не шофер за рулем, а светящийся божок, исполненный высокомерия и осознания собственной значимости. Ягодицы приняли форму автомобильного сиденья, нижняя губа брюзгливо оттопырена, над лысиной нимб в форме руля.

Если у певца грядет концерт, для него особенно важно выкупить ротацию. «Чтобы люди шли тебя слушать, они должны тебя слышать».

Ротация, сказал Вороной, это постоянный повтор песни в эфире. На радио или на телевидении, не имеет значения. Ротация для певца означает, что он востребован и успешен или скоро станет таковым. Это популярность, народная любовь.

Никита вне зависимости от перспектив знал, что он пуп земли, центр мира и всеобщее солнце.

Самодовольством от них разило почище, чем перегаром от утреннего алкаша.

Только тренированный человек или прирожденный актер может отслеживать движения собственных лицевых мышц.

Самый простой способ ощутить превосходство над более умным и образованным собеседником – это продемонстрировать осведомленность в какой-нибудь бессмысленной для него теме.